Библейские исследования. Исход - Рами Юдовин

«Кто поставил тебя начальником и судьею над нами? Не думаешь ли убить меня, как убил Египтянина? Моисей испугался и сказал: верно, узнали об этом деле» (Исх. 2:14).

Неслучайно автор книги Исход вводит эту историю в повествование – она объясняет причину бегства Моисея из Египта и носит поучительный характер. Даже в одной из книг Нового Завета, христианский мученик Стефан приводит именно эту историю в качестве аналогии, сравнивая Моисея с Иисусом. Как не принимали великого Моисея в качестве заступника и спасителя, так и отторгли Иисуса Христа, принесшего спасение народу Израиля (Деян. 7:24-29).

Болонский папирус рассказывает о жалобе писца, о том, что некому работать в поле, так как работники сбежали, после того как их жестоко избил сборщик налогов.

Причалил писец к берегу. Он будет распределять урожай. Привратники следуют за ним с палками, а нубийцы – с прутьями. Они говорят: «Подай зерно», а (его) нет. Бьют они (земледельца) яростно. Он связан и брошен в колодезь. Он захлебывается, будучи погружен в воду вниз головой. Его жена связана перед ним, и его дети (также) в оковах.

Однако с точки зрения официальных властей Египта, действие Моисея расценивалось бы как преступление, потому что избиение нерадивого работника входило в обязанности представителя власти.

Бегство Моисея

Из-за убийства египтянина, Моисей был вынужден бежать в Мадиан, к востоку от залива Акаба, где нашёл приют у священника Мадиамского. «Моисей  убежал   от фараона  и остановился в земле  Мадиамской, и сел у колодезя». (Ис. 2:15).

Существует рассказ под названием «Странствование Синухе», о бегстве одного из приближённых фараона в Сирию, где Синухе (герой повествования) нашёл прибежище у вождя кочующего племени, который отдал ему в жёны свою старшую дочь.  Возможно, эта история поможет нам  окунуться в атмосферу времени бегства Моисея из Египта. Понять ощущения и переживания беглеца, которому пришлось покинуть по тем временам цивилизованную страну и поселится у азиатов.

А возможно, подобного рода истории, послужили источником вдохновения для биографов Моше.

«Смятение овладело моим сердцем, мои руки простерлись в стороны, дрожь напала на все мои члены. Я опрометью бросился бежать в поисках места, где спрятаться, и забрался меж двух кустов,– чтобы уклониться от встречи с тем, кто шёл по дороге.

Я двинулся в путь к югу, (но) не думал возвращаться в эту столицу: я полагал, что вспыхнет междоусобная война, и не надеялся остаться в живых после неё.

Я переехал через Маати поблизости от Смоковницы (и) достиг острова Снефру. Я провёл там всё время на окраине поля, и я отправился дальше, едва забрезжил день. Я повстречал человека, оказавшегося на моём пути. Он почтительно приветствовал меня, который боялся его.

Когда наступило время ужина, я добрался до города Гау. Я переправился в барке без руля благодаря дуновению западного ветерка и проследовал к востоку от каменоломни, выше Владычицы Красной Горы.

Я зашагал на север и достиг Стен повелителя, сооружённых для того, чтобы отражать бедуинов, чтобы сокрушать тех, кто кочует среди песков. Я пригнулся в кустарнике из боязни, что меня заметит стража, которая несла на стене своё дежурство.

Я отправился дальше в ночную пору; когда рассвело, я добрался до Петена. Во время моего пребывания на (одном) острове Великой черноты приступ жажды одолел меня,– я задыхался, моё горло пылало; я сказал: «Это вкус смерти». Но я воспрянул духом и напряг свои силы, когда услышал нестройное мычание стад и увидел бедуинов.

Меня узнал их шейх, который когда-то был в Египте. Затем он дал мне воды, вскипятил для меня молоко. Я отправился с ним к его племени; они хорошо обошлись (со мной).

Одна страна передавала меня другой стране. Я оставил Кепни и вернулся в Кедем. Я провёл там полтора года.

Меня увёл (к себе) Амуненши, правитель Верхней Ретену, он сказал мне: «Тебе будет хорошо со мною, ты будешь слышать египетскую речь». Он сказал это потому, что он знал о моих. достоинствах, слышал о моей удачливости. Египтяне, бывшие там у него, дали сведения относительно меня.

Затем он сказал мне:

– Как ты дошел до этого? Что это значит? Уж не случилось ли чего при дворе?

– Царь Верхнего и Нижнего Египта Сехотепибре ушёл в небесный чертог; никто не знает, что случилось вследствие этого. Затем я сказал, утаив правду.

– Я вернулся из похода против Земли Тимхиу, когда мне рассказали. Мой ум помутился, моё сердце – его не было больше в моём теле – увлекло меня на путь бегства. На меня не взвели хулы, не оплевали моё лицо, я не услышал порочащего слова, не услышали моего имени из уст глашатая. Я не знаю, что привело меня в эту страну. Это было как предначертание бога.

– Что же теперь будет с землёй египетской без него, без этого благодетельного бога, перед которым страны были объяты таким же страхом, как перед Сехмет в годину мора?

Я же сказал ему в ответ:

– Ведь сын его вступил во дворец. Он восприял наследие отца своего. (Ведь) это бог, которому нет равного, И подобного которому не было до него.

Он исполнен мудрости: его замыслы совершенны и распоряжения превосходны;

Уходят и возвращаются (в Египет) по его повелению.

Это он покорял чужеземные страны, в то время как отец его пребывал во дворце.

И он доносил (отцу), что предписанное ему выполнено.

Поистине это богатырь, разящий своей могучей дланью, храбрец, не имеющий подобного себе,

Когда видят, как он обрушивается на лучников и бросается в битву.

Он тот, кто сокрушает рог и расслабляет руки:

Не восстановить его врагам (свои) боевые порядки!

Он тот, чей грозен лик (?), кто рассекает лбы:

Не устоять вблизи него!

Он тот, чья стремительна поступь, когда уничтожает беглеца:

Нет спасенья для того, кто обращает к нему тыл!

Он тот, чьё сердце стойко в минуту нападения.

Он тот, кто возвращается,– он не обращает тыла,

Он тот, кто сердцем твёрд при виде тьмы (врагов):

Он не даёт унынию овладеть своим сердцем.

Он тот, кто рвётся вперёд, когда он наступает на обитателей Востока;

Радость для него – нападать на лучников;

Он хватает свой щит и (мгновенно) попирает (врага);

Он не повторяет удара, когда убивает.

Никому не отклонить его стрелы, не натянуть его лука.

Лучники обращаются перед ним в бегство, как перед могуществом Великой.

Он сражается без конца, он не щадит, и не остаётся никого.

Он пленителен, исполнен обаяния, он победил