Экспансия - Роман Пастырь

внешние силы. Артефакты были отдельной, интереснейшей темой, и чего только на рынке не встречалось.

Помимо стандартного снаряжения, сегодня у нас почти ничего и не было. Запасы на неделю, лечебные зелья на всякий случай, вот и всё.

***

Лес здесь почти ничем не отличался. Те же деревья, те же стебли — которые здесь вообще не считались угрозой. Так, досадная помеха, которую тупо срезали на своём пути. Мы таких грубых следов предпочитали не оставлять, поэтому рядом со мной шёл Резано и своей силой отводил главные препятствия. Он же и дорогу выбирал. Зная всего лишь приблизительное направление, каким-то образом парень чувствовал лес и понимал, куда идти. Я тоже знал, но благодаря связи с совсем другим архетипом.

Топали мы в место, которое находилось относительно близко, но куда охотники не любили заглядывать. Несмотря на большую ценность добываемых внутри специй. А конкретно — черной смолы, которая являлась одним из важнейших компонентов для зелий, что укрепляли связь с внешними силами. По тысяче старших тонгов за сто грамм. Сложность в том, что смола находилась на глубине в несколько сотен метров, в сети сложно переплетенных пещер и подземных ходов, где обитали Кав-Слуги, обслуживающие матку седьмого ранга опасности. На поверхности этих монстров убить легко. Они ночные создания, достаточно было их ослепить, чтобы дезориентировать на несколько минут. Но внизу, где матка их защищала своей аурой, этот трюк не прокатывает, и всего лишь «пятый» ранг превращается в крайне неудобного противника.

На карте у интенданта было отмечено больше пятидесяти секторов, каждый с приличной площадью. Это при том, что постоянно действующих команд было не больше десятка. Так что лезть под землю, в неудобное место, было вовсе не обязательно.

Пещеру нашли в первой половине второго дня. Перед этим неплохо отдохнув. Повезло, ночью никто не беспокоил, что считалось удачей. Мы это знали не из личного опыта, а из разговоров, выуживая крупицы сведений на протяжении двух лет.

— Вроде как и говорили, — неуверенно заметил Резано, оглядывая открывшуюся нам дыру в земле. — Хала?

— Сейчас… — ответила девушка, доставая свой бубен.

Пару раз ударив по нему, она прикрыла глаза и прислушалась. Отмерла где-то через минуту и кивнула.

— Информация подтверждается. Тварей там не счесть. Сейчас они в спячке, движения почти нет.

— Тогда я пошёл, — сказал остальным. — Ждите здесь и будьте готовы.

— Аккуратнее, — сказала мне Кая. — Этот план мне по-прежнему не нравится, но если ты так решил…

Ирония в том, что наша команда идеально подходила под это место. Кая прекрасно ориентировалась в темноте и могла залить всю пещеру светом. Хала создавала вибрации, а под землей, среди камней, это ультимативное оружие. Резано не особо пригодится, но и двух девушек за глаза хватит, чтобы чувствовать себя уверенно.

Только вот ставку мы сделали на другое. На мою скрытность, способность быстро передвигаться и силу копья, которую я буду использовать как кирку.

— Нам хотя бы полтора килограмма, чтобы закрыть основные долги, — напомнил Резано.

— Как повезет, — встряхнулся я и направился вниз.

Также из слухов мы узнали, что смола была мелкой, плохо заметной, встречалась редко, и, чтобы набрать грамм сто, требовалось залезть на глубину, а, если переть напролом, можно на пару дней увязнуть в боях с риском разбудить матку. Та и вылезти могла. Тогда мало не покажется.

Вместо входа земля обрывалась, и, что там дальше, внизу, видно плохо. Я позволил себе на минутку задержаться у обрыва и рассмотреть, с чем буду иметь дело. После чего сделал первый шаг, второй, третий. Минут через десять осторожного спуска засек первого монстра. По виду они больше всего напоминали помесь осьминогов и летучих мышей. От первых им достался набор лап, а от вторых — любовь висеть головой вниз. Ну, или затекать в труднодоступные щели — структура их тел позволяла подобный трюк.

Ещё минут через десять монстры стали попадаться куда чаще. Постепенно я адаптировался к этому месту, мой дар заработал на полную катушку. За два года он успел трансформироваться, благодаря внешней силе движения. Я словно видел пути, оптимальные дороги, места, куда можно ступить, а куда лучше не стоит. Систему скрытности тоже доработал, поэтому и шагал беспечно. Пусть и медленно, но без каких-либо проблем.

Сама пещера никак не менялась. Тоннели были достаточно просторны, чтобы я не чувствовал себя стесненным.

Первую крупицу смолы нашёл часов через пять блужданий. Звучит просто, а на деле я всё это время находился в напряжении и расходовал внутреннюю энергию. Которой значительно прибавилось. Не только у меня, но и у всего отряда. Сейчас вспоминаю, с какой важностью мне преподнесли таинство средоточия, так смешно становится.

То, чем владел Темный Герцог, ну, или то, что он передал мне, было, скажем так… Знанием низшего уровня, которое утекло к варварам. Утекло от тех, кто смог пробиться с позиции раба на нижние социальные ступени. Уж не знаю, сколько десятков лет назад это случилось. Если же подняться повыше, на уровень школ, то с удивлением можно обнаружить, что средоточие — это что-то типа стандартного набора, доступного для всех. И, как в случае всех стандартных наборов, это таинство имело бесконечное количество вариаций и длиннющий список специй, которые могли помочь на этом пути.

Главное отличие, если на землях третьего ранга к основанию крепились ядра, относящиеся к какому-то направлению, то здесь ядра внешних сил. И делалось это далеко не всеми, потому что число мест ограничено, и внешние силы не только даровали возможности, но и накладывали ограничения. Ещё и были разными по «качеству».

Я ведь только на первый взгляд всего двумя силами овладел. На практике же это совсем не так. Иерархия выстраивалась следующим образом: от частного к общему. В архетип движения входило любое движение в принципе. Архетипы бега, шага, прыжков, сражения, путешествий, любых процессов в мире. На деле это выглядело так. Практик мог установить связь с архетипом движения и получить бонус в виде повышенной чувствительности к любому движению. Практикуясь, он… Ну да, начинал лучше двигаться. Архетип ему почти напрямую помогал совершенствоваться в этом. Рано или поздно происходила конкретизация. В основном из-за опыта. Если практик эту силу постоянно использовал для шага, как староста Джон в поселении рабов, то