Измена. Бес в ребро (СИ) - Полякова Лана

Мы подъехали к дому, и Александр помог выйти мне из своей высокой машины, словно кавалер. За мной так давно никто не ухаживал, что я растерялась.

Простившись, я направилась к подъезду, не замечая ничего вокруг. Не стала оглядываться и на резкий хлопок двери автомобиля. И вздрогнула, только когда услышала знакомый голос

— Что, ещё не развелась, а уже крутишь хвостом? — Прошипел со мной рядом мой муж. — Не тебе, Серёжа, упрекать меня, — устало проговорила я.

Все настроение, что волшебным образом появилось у меня после поездки с Александром Михайловичем, сдулось, исчезло, словно и не было ничего. Стало сразу холодно и неуютно на улице.

— Я приехал за вещами. Прождал тебя почти час, ты же не берёшь теперь мои звонки. А ты, оказывается, не теряешь время даром, — заводясь продолжил упрекать он.

— Сергей! Привет. Что, заехал помочь бывшей жене? — Вклинился в разгорающийся скандал низкий и рокочущий голос Александра.

— Ещё не бывшей, — усмехнулся мой муж, пожимая руку своему партнёру.

— Отлично, что вы не уехали, Александр Михайлович! Вот и понадобилась ваша помощь. Давайте поднимемся в квартиру, и вы поможете Сергею спустить вниз все его коробки, — сказала я звенящим от злости голосом.

Будут ему его тряпки. Хорошо, что собрала.

Если Сергей сообщил своему партнёру о нашем разводе, то мне нужно поторопиться с оформлением. Завтра же.

Выставив все коробки и сумки из квартиры. я устало опустилась на стул за кухонным столом. Хотелось спрятаться от всего мира. Закрыться на тысячу замков. Ледяной ком ворочался в груди. Стыд то какой. Все в курсе моего унижения, моего позора.

Стоп. В том, что Серёжа потерял мозги и совесть нет моей вины.

Но какой же он помятый и усталый. Как затравленно он смотрел на меня. С дурацкими претензиями этими. Как будто у меня есть душевные силы сейчас на кого-то ещё.

На мне и родители, и девочки. Как я могла так бездумно освободить его от заботы о них. Вот и получила, что он, освободившись, нашел себе другую заботу.

Хорошо быть умной задним умом. Уже по прошествии событий.

И я позвонила Маринке. Где там её обещанный адвокат?

Двенадцатая глава

Когда мы поженились, Серёжкины родители жили в Подольске. В обычной трёшке в хрущёвке. И ещё у них был дом в деревне, недалеко от города.

Девочки у нас погодки. И если Иришка родилась крепкая и бойкая, то Олюшка была послабее. Ей нужен был свежий воздух и натуральные, не измученные обработкой продукты. Хотя бы некоторое время.

И, посовещавшись, мы совместными усилиями, постепенно привели этот дом в порядок. Провели туда газ. Организовали канализацию и водопровод. Электричество там было. Сделали большой ремонт. Даже скорее перестройку всего участка.

Пока девочки были маленькие, мы жили в том доме до холодов. После в дом перебрались родители мужа. Девочки, с удовольствием проводили там лето.

Со временем деревня превратилась в коттеджный посёлок. И моим свёкрам было комфортно жить там круглогодично.

Лет пять назад заболел отец мужа. Он плохо себя чувствовал и никому об этом не говорил. Дотянул, пока не упал. Если бы раньше схватились, то и последствий было бы меньше. А так, случился обширный инсульт. Жена за ним ухаживала, мы помогали, ездил к нему реаниматолог, массажист. На ноги поставили. Выходили. Но оставлять стариков в доме, да ещё и далеко от нас было страшно.

Мы снимали им двухкомнатную квартиру в Москве. В трёх станциях метро от нас — на Ботаническом саду.

И почти ежедневно или я или Серёжа ездили к ним.

Особенно сложно было в последнее время. Когда заболели оба. Основная нагрузка пришлась на мужа.

И именно поэтому я освободила его почти от всех наших семейных забот. И с девочками, и по хозяйству, и с моими родителями.

Серёжиных стариков не стало прошлым летом. Почти год назад.

Почти год, как у него появилось свободное время.

Хлопнула входная дверь. Пришла Оля со школы. Я вздрогнула и очнулась от воспоминаний.

— Мама! Я не хочу никуда поступать после школы. Я буду заниматься танцами. Мне предложили перейти в основной состав, — решительным голосом сказала моя младшая дочь.

— Хорошо. Но у меня условие. Максимально возможный балл по ЕГЭ. Выжми всё, на что ты способна. И я не буду тебя ни к чему принуждать. — Ответила я ей.

Сейчас главное — это настроить её на результат. А там посмотрим. Сейчас нет сил переубеждать её.

Всё разваливается в отлаженной в прошлом жизни. Дети, почувствовав слабину, тут же пытаются выстраивать свои, новые границы. Моментально реагируя на изменение контроля. Вот вроде и не занимался особо Серёжа в последнее время девочками, а сама возможность, угроза, что он может заинтересоваться их жизнью, держала детей в более жёстких рамках.

Что же ты наделал, муж и защитник наш?

Вечером, уже перед самым сном, часов в десять, раздался звонок в дверь.

Кого это принесло?

Тринадцатая глава

Курьер принёс цветы. Мне. С запиской. Среди нежно-розовых тюльпанов был маленький конвертик с короткой надписью «улыбка тебе к лицу»

Мамочки!

Очень странное чувство.

Безусловно, приятно. Хрупкие цветы нежным и очень весенним запахом разогнали мою тоску. Хоть ненадолго.

И, в то же время, как-то очень всё странно. За мной сто лет никто не ухаживал. Я растерялась. Абсолютно не понимала как мне реагировать. Сейчас так не вовремя. Наверное.

Классическое — я подумаю об этом завтра!

На следующий день, вопреки всякой логике, я летала по квартире с настроением. Всё ладилось.

Вот бывают такие дни — всё складывается и кажется, что мироздание подыгрывает тебе.

Я позвонила рекомендованному адвокату — оказалось, что через полчаса ему улетать и он бы смог заняться моим делом только после возвращения. То есть через неделю. А так, он предварительно всё обсудил со мной по телефону. Попросил прислать данные. В общем, дело закрутилось. И мне удалось пристегнуть к нему Иришку. Как помощницу по нашему делу. Он ей будет давать поручения, пока не вернётся. А там посмотрим.

Ещё мы с девочками переклеили в нашей спальне обои. Кривоватенько. Не отодвигая шкаф. Зато передвинув кровать. Поменяли шторы. Получилась абсолютно другая комната. Не знакомая. Можно жить.

Вечером курьер принёс маленькую прозрачную коробочку с ландышами.

Красиво.

Что-то царапало меня в этом подкрадывании ко мне Александра. Михайловича. Хищник на мягких лапах.

Утром перед работой Ира предупредила, что идёт к вечеру в клуб с учебной группой — отмечать чей-то день рождения. Ольга напросилась с ней. Почему бы нет? Клуб рядом с домом. Девочки присмотрят друг за другом, да и не одни же они, а с большой компанией. Я разрешила, с условием, что если что — сразу мне звонить.

И она мне позвонила. Уже ближе к концу смены.

Сквозь слёзы, срывающимся голосом Иришка говорила что-то про Олю. Что она попала в беду.

Четырнадцатая глава

Часть 1

Я летела в клуб как была. В рабочих туфлях на каблуках и без куртки. Сжимая в левой руке телефон. Подскальзываясь на мокром после дождя асфальте и не замечая ледяного, резкого ветра. Сердце стучало как бешеное в горле. Молоточками в висках. Ощущение беды накрывало паникой.

Только бы успеть!

Я влетела в клуб, не заметив и не услышав, что мне говорят на входе.

Ира и ещё несколько незнакомых мне ребят с девчонками что-то пытались выяснить у охранника и у сотрудника клуба, по-видимому. В фойе клуба.

— Мам! Она — там. Он схватил Олю и, перебросив себе на плечо, потащил на второй этаж. Она кричала, — всхлипывая, и тресясь, срывающимся голосом крикнула мне дочь, указывая рукой в сторону лестницы.

Около лестницы стоял ещё один охранник и пара парней ему что-то говорили.

Я подлетела к ним. Объясняться не было времени, и я толкнула одного из парней на охранника. Пока он его ловил, отвлекаясь, я прошмыгнула мимо и бегом полетела наверх, не обращая внимания на крики и возню внизу.