Сборник сказок (СИ) - Лора Вайс

 Ступал храбрец осторожно, дыры в полу перешагивал, шел на свет в дальней комнате. Остановился перед входом в помещение, а там посередке стол стоял, на нем чан большой, в котором жижа булькала с торчащими мослами, наполняя воздух отвратным смрадом. В углу этой проклятой кухни печка пыхтела. Иван вдохнул глубоко и хотел уже войти, как услышал голос за спиной:

- Не торопись порог переступать. Ежели не сказать слов особенных, вынырнет из котла чудище и сожрет в один присест.

Обернулся тогда Залетный, глядит, а пред ним дева стоит, смоляные волосы по плечам стелются, глаза бесовским пламенем горят, внешностью обладает чарующей. Стройное тело наряжено в открытый сарафан без исподней рубахи.

- Беляна-краса? – сглотнув ком, заговорил Иван.

- Она самая. Чем обязана? Зачем в мою избу пришел?

- Поговорить надобно.

- Давно ко мне люди не захаживали, все черти да упыри. Ну проходи, дорогим гостем будешь.

Прошептала слова волшебные ведьма и зашли они в комнату, где усадила Беляна Ваню за стол, сама же напротив устроилась. Сидит, смотрит на Залетного вожделенным взглядом:

- Ну, рассказывай. Кто таков, чего надо.

- Звать меня Ванькой Залетным. Пришел просить тебя об услуге. Верни душу русалочке из колдовского озера.

- Ах, вот оно в чем дело, - заулыбалась Беляна и на спинку стула откинулась. – И ты думаешь, что я вот так просто пойду, в озеро вернусь… Ты, Ванюша, никак белены объелся,  раз пришел ведьму о такой несуразице просить. Твоя утопленница сама к озеру пришла, помереть хотела, я лишь помогла.

- Ты мне зубы не заговаривай, - рассердился Иван. – Топиться Вея не хотела, это ты ее сманила, ведьма проклятая!

На этот крик Беляна только засмеялась, после чего хлопнула ладонью по столу:

- Не разоряйся, глупый человек! – цыкнула она на него, заставив замолчать. – Ты пришел в мой дом, а значит, можешь больше не уйти отсюда. Вот позову вурдалаков, вмиг тебя иссушат, тоньше хворостины станешь, или в какого зверя обращу, да на охрану своей избы поставлю, будешь до конца дней своих на цепи сидеть и кости с моего стола жевать. Наглецов не терплю.

- Проси что хочешь, Беляна, но верни душу моей возлюбленной.

- Что хочешь, говоришь, - призадумалась ведьма, затем встала, подошла к Ивану, оглядела его со всех сторон, руками по широким плечам провела. – А ты мужик видный. Давно бабы не было?

Но Залетный молчал, догадывался, чего ведьма потребовать хочет. А Беляна села на край стола, подол сарафана задрала до самих бедер, подтянула к себе Ваню:

- Слушай, я давно одна живу. Окажи услугу одинокой девице.

- Что мне с того будет? Вернешь тогда Вею?

- Все от тебя зависит, Ваня.

И стоило только Ивану посмотреть Беляне в глаза, как пропал парень. Околдовала краса его, отчего схватил он ее, прижал к себе, и слились они в поцелуе страстном. Уже скоро на ведьме не осталось одежды, как и на Ваньке. Обнимал Залетный деву так, что у той дух захватывало, а уж как целовал… от таких поцелуев дрожала Беляна мелкой дрожью, пальцы от напряжения в дерево впивались, а стоны на всю избу раздавались. От бурных страстей даже котел полетел со стола.

Наутро они проснулись вместе, лежали на Ванькиной телогрейке, только не было радости в глазах ведьмы. Залетный же сел, обхватил голову руками да как принялся проклинать себя за то, что изменил возлюбленной с той, которая ее погубила. Смотрела на него Беляна, смотрела, а потом и говорит:

- А знаешь, что со мной приключилось?

- Ведьма ты, вот люди и утопили тебя в колдовском озере, - ответил Иван, не глядя в ее сторону.

- Ложь все это.

- И где же правда?

Усмехнулась та, прикрыла наготу волосами:

- Жила я в семье, как и все. Мечтала полюбить, замуж выйти, детишек нарожать да жить душа в душу. Но предал меня возлюбленный, оклеветал перед честным народом, а сам на другой женился - богатой. Я ж после этого сон потеряла, люди со свету сживали, гулящей обозвали и все ходили, пальцем показывали, вон мол, позорница идет, тухлыми яйцами забрасывали. Но все бы ничего, пережила бы как-то, только вот мало этого показалось деревенским. Схватили меня парни соседские одним вечером, затащили в заброшенную избу и развлекались несколько дней кряду. Думала, что помру, но нет – живая осталась. Тогда-то и захотела отомстить, сходила к бабке, что жила у самого леса, взяла у нее травок сильнодействующих и подмешала в питье мучителям, те после этого лишились силы мужской. А меня потом ихняя родня поймала, раздели догола, исхлестали ремнями до полусмерти да к озеру оттащили, руки связали и бросили в воду. Так и закончилась жизнь моя. А теперь скажи мне, Ваня, я ли зло после этого?

Обернулся тогда Иван, посмотрел на нее и сердце сжалось:

- Жестоко они с тобой обошлись.

- Да, и ведь ни один не вступился. Даже отец с матерью отвернулись.

Вдруг захотелось Ване обнять ее, что-то особенное он увидел в глазах ведьминских, не колдовское, не бесовское, что-то иное. Подтянул ее к себе, а Беляна прильнула к нему всем своим телом, уткнулась в шею, Залетный только и почувствовал, как горячие слезу побежали по его груди.

- Не реви, девица, не реви, - шептал он, поглаживая Беляну по голове. – Прости меня, если обидел чем.

- Давно простила, Ваня

И принялась краса целовать его. Так и легли они обратно, утопая в ласках друг друга.

Когда поутихли страсти, Беляна и молвила:

- Помогу тебе. Выполнил ты обещанное, так что, собирайся Ванюша. Пойдем к колдовскому озеру, верну я твою утопленницу.

Часть 5

Добрались двое до колдовского озера только к следующему утру. Тишина стояла вокруг, раннее солнышко мутными струйками касалось водной глади, стрекозы сновали туда-сюда, водомерочки скользили по воде, оставляя разводы, рыба плескалась. Природа-матушка проснулась, а существа волшебные почивали глубоким сном, покуда их время ночное.

Беляна даже зажмурилась, когда вышла к берегу, отвыкла она от света Божьего, все в сумраке да в тумане обитала, с мертвецами беседы вела.  А здесь разноцветье, все блестит, переливается, птицы снуют с ветки на ветку. Давно ведьма здесь не была, поэтому смотрела на родное озеро, а руки у сердца держала. Вспомнились ей дни печальные,  отчего даже слезы навернулись. Но чтобы не казаться слабой, смахнула их длинным рукавом и к Ивану обратилась:

- Ну, где утопленница твоя? Давай, зови сердешную.

Но как бы ни кликал Ваня русалочку, не вышла она. Тогда сел Залетный на камень у берега, опустил буйну головушку на руки, да и заплакал как дите малое. У Беляны аж брови на лоб полезли, когда увидела она страдания такие. Вздохнула ведьма, махнула рукой, подобрала подол и вошла в воду озерную:

- Явись ко мне, душенька моя ненаглядная, - заговорила она. – Явись, голубушка. Воротилась я, принимай окаянную.

Провела Беляна рукой по водице, и начались чудеса. Вода забурлила, зашипела и из глубины вышла русалочка. Подошла Вея к ведьме, но заговорить не смела. Только вот как увидела Ивана, бросилась к нему, прижалась. Залетный же обнял ее крепко-прекрепко:

- Веюшка, любимая моя. Прости дурака пустоголового, что покинул и слова не сказал.

- Все равно, Ванюша, неважно это. Главное пришел, вернулся ко мне.

А Беляна стоит, смотрит на них и улыбается, да только улыбка у ведьмы добрая, душевная. Как закончили влюбленные с нежностями, встал Залетный и говорит:

- Верни душу Веюшке. Прошу Беляна, выполни обещание.

- Эх, Ваня, Ваня, - покачала та головой. – Ничегошеньки ты-то не знаешь. Не могу я душу вернуть твоей утопленнице.

- Как так? Ты же слово дала, - сердился Иван. – Я поверил тебе!

- Знаю, что слово дала. Но обещала не душу вернуть, а утопленницу.

- Что ты голову морочишь, бесовская дочь!

- Погоди, Ваня, - вдруг остановила его Вея.

Смотрела русалочка на Беляну и будто вспоминала что-то, потом подошла ближе, коснулась руки ведьмы, а та разрыдалась да на колени перед ней упала:

- Прости меня, душенька – причитала Беляна. – Прости ведьму проклятую. Бросила тебя в озере, а сама пошла беду творить. Ну не могла я тебя опорочить, не хотела этого.

В мгновение  глаза Веи округлились, присела она около ведьмы и молвила:

- Вспомнила я все беды наши.

Иван же стоял в замешательстве, не знал, что вокруг творится, чего за тайны мрачные. И почему его Веюшка с ведьмой обнимается. Но скоро поднялись две девы и повернулись к Залетному:

- Пора тебе правду узнать, Ваня, - произнесла Беляна.

Тут-то она и поведала то, что заставило Залетного побледнеть и наземь опуститься.

- Вея не утопленница, а душа моя, которую я в колдовском озере оставила.

- Как душа? Что за проделки дьявольские?

- Когда ходила я к бабке-колдунье за травами, попросила ее о помощи. И в день моей смерти исполнила бабка обещание, явилась к озеру в ночь, наворожила, да вернула меня обратно, чтобы я отомстила, чтобы добилась справедливости. Но дабы не порочить душу свою, оставила ее в озере, забрав всю злость и воспоминания с собой. Нарекла душу Веей, а после ушла. И было говорено, ежели полюбит кто душу невинную искренне, то вернется та в тело родное да обретет вторую жизнь.