Боевая магия не для девочек – 1 - Екатерина Сергеевна Бакулина

протянул мне шпагу. — Попробуй, должна подойти. Легкая и баланс хороший.

Я взяла. Да, действительно легкая, хорошо ложится в ладонь.

Махнула пару раз для разминки.

Федерико наблюдал, чуть скептически ухмыляясь. Да, я знаю, что шпагой так не машут, у нее только острие, ей колоть надо. Но для студенческих поединков это даже безопаснее. Хотя меня больше рапирой учили.

— Умеешь? — спросил он. — Давай разок со мной. Покажи.

— Зачем?

Как-то я не очень готова.

— Ну как? — Федерико усмехнулся. — Мы с Беном тебе шпагу нашли, деньги на тебя поставили, так что интерес есть. Ты уж не посрами.

— Деньги поставили?

Мне даже слегка нехорошо стало.

— А как ты думал? У нас тут дуэль — это всегда ставки. Давай. Вон, Бен идет. Сейчас уже все собираться начнут.

Вот же ж… Я тихо выругалась сквозь зубы. Не нравится мне это. Но теперь уже совсем поздно отступать. Не то, чтобы я отступать собиралась, но и массовое зрелище из этого устраивать не хотелось. С другой стороны — куча свидетелей, что все по правилам.

— Чего ты испугался? — удивился Федерико. И легким движением свою рапиру из ножен достал, вставая в стойку. — Ну, давай.

Ладно. Терять я точно ничего не теряю. Куда уж мне еще-то терять?

Аккуратно положила ножны в сторону на землю. Встала в стойку напротив. Все как учили… кажется.

— Чуть назад корпус, — поправил Федерико, разглядывая меня. — На переднюю ногу не наваливайся. И легче. Так… чуть больше боком развернись. Подбородок выше. Угу… А теперь шагни на меня, посмотрим, как двигаешься. Так… легче, за положением стопы следи, вперед не наклоняйся. Теперь…

— Рик! — окликнул Бенедикто, сам подходя ближе. — Ты неправильно делаешь. Ему не техника нужна. Технике его потом научат, никуда не денется. Ты дрался хоть раз, Селедка? Не в учебных поединках, а по-настоящему?

Я мотнула головой.

— А твой сосед, как думаешь, дрался?

Учитывая, как он попер на меня…

— Не знаю на счет фехтования, но морду бить ему точно случалось.

Бенедикто кивнул.

— Да. Скорее всего. К тому же, скорее всего, он выше и крупнее тебя. Сильнее. Глядя на тебя, он будет думать, что легко с тобой справится. Что ты испугаешься, растеряешься и проиграешь. Значит, он будет стараться напугать. Вот смотри…

И вдруг… я даже не успела уловить как, но он выхватил рапиру и с широким замахом резко шагнул на меня.

Твою мать! Я чуть не заорала от страха. Мне показалось, он мне сейчас снесет голову. Я не успеваю вообще ничего! Чуть шпагу не выронила. Но от первого удара почти инстинктивно уклонилась, от второго тоже, отступая назад, потом дернулась было отразить, как учили, но лезвие рапиры Бенедикто замерло буквально в волоске от моей шпаги.

— Не делай так, — спокойно сказал он, опуская клинок. — Если бы я ударил в полную силу, то вывихнул бы тебе плечо. И дальше — все, ты проиграл. У тебя силы не хватит удержать удар. Не пытайся блокировать, уклоняйся и уходи. Жди момента, когда противник откроется, чтобы ударить самому. Если будешь уходить, он, скорее всего, расслабится и потеряет бдительность.

Я кивала и пыталась отдышаться. У меня сердце так колотилось.

— И не бойся, — сказал Бенедикто. — Тебя никто не убьет. Если ты поступил сюда, то с магией у тебя все в порядке. Убить такого, как мы, обычным клинком — почти нереально. Даже прямой удар в сердце сразу не убьет. Скорее всего даже хватит сил восстановиться самостоятельно, но даже если и нет, то будет достаточно времени, чтобы дождаться врача. Так что реальной опасности нет, поэтому такие поединки разрешены. Но если ты боишься, то слишком сосредоточен на защите, забываешь нападать. Значит, шансов победить у тебя нет. Для победы нужна атака. Так что не бойся. На таких, как мы, шрамов не остается, переломы срастаются, кровь останавливается. Больно — да, но можно потерпеть. Единственное, что реально стоит беречь — это глаза. Но в глаз тебе вряд ли ткнут, это еще попасть надо. Твоя тактика сейчас — уклоняйся и лови момент.

— Ага, — я сосредоточено кивнула.

Глянула на Федерико, он стоял рядом и с большим интересом слушал, убрав рапиру в ножны, сложив руки на груди.

— А ты чего ужинать не приходил? — спросил вдруг Бенедикто.

Я растерялась на мгновение.

— Я… в городе. Ходил погулять и перекусил заодно.

Соврала. Бенедикто не поверил, нахмурился.

— Никогда не отказывайся от еды, даже если боишься встретиться с кем-то в столовой. У тебя не останется сил, чтобы драться. Приходи раньше, позже, подходи сразу к тем, кого знаешь. Ко мне, к Рико, вон. К нему вообще никто не сунется.

— Почему к нему не сунется?

Я глянула на Федерико снова, тот широко заулыбался.

— Репутация такая.

— Репутация, конечно, у него тоже весьма своеобразная, — вздохнул Бенедикто. — Но еще он брат королевы. Федерико Морейра. Так что…

Я честно вытаращила на этого Федерико глаза.

Он ведь не эстелиец, да… делариец скорее. И Морейра… я слышала… Но при знакомстве он фамилию не назвал.

— Не похож? — Федерико взъерошил волосы.

— Не знаю… — призналась я.

— Да ну, — фыркнул Федерико. — Я же не принц. Ничего такого. Из обычной, в целом, семьи. И в Карагоне начал учиться еще до того, как моя сестра замуж вышла. Ну так да, какие-то корни там есть, моя прапрабабка была эстелийской принцессой, поэтому и сложилось. Мой дядя служит в эстелийской Госбезопасности, отец в деларийской. Но у нас тут у половины родственники на высоких постах, это же Карагона. А я — так… Но если что, со мной действительно мало желающих связываться. Только больше не потому, что у меня такие родственники…

— Именно потому что родственники, не тешь себя надеждой, — усмехнулся Бернардо. — Вспомни, как первый год вечно ходил с разбитым носом. А потом, как дядя сюда приехал, как начались переговоры о свадьбе, так желающих драться поубавилось.

— Ну, — Фердерико чуть сморщился. — Не без этого.

— Ага, — согласился Бернардо. — Но так-то он нормальный парень, не зазнается, шкафы вон таскает. Если что, обращаться можно всегда. Ну или ко мне. Я и без родственников могу.

— А у тебя синдром наседки, прям, — прочем Федерико это скорее забавляло. — У него шестеро младших, — сказал мне. — Родители вечно заняты, так он всех воспитывал. И как отец и как мать. Буквально. Так втянулся, что до сих пор пробивает, вечно порывается кого-нибудь из младших опекать. Но в остальном да, нормальный парень тоже.

Засмеялся.

Бенедикто пожал плечами. Словно говоря, что он и не отказывается. Что есть, то есть.

— Ну что, попробуем