Академия обмана - Джен Калонита

Третий Мышонок, в синей повязке, гаденько захихикал. Голос у него был самый писклявый.

– Не такой уж миленький. И не слишком весёленький. Лететь придётся долго, а внизу острые камни.

– Оливина, спаси нас! – взмолилась Рейна.

Саша закатила глаза и резко ткнула её локтём в бок:

– До тебя так и не дошло? Именно Оливина нас сюда и отправила. Она хочет от нас избавиться! Она не собирается нас спасать, ясно? И даже если она явится, то наверняка затем, чтобы устроить нам что-нибудь похуже этого леса!

– Постойте-ка. Вы упомянули Оливину? – спросил вдруг синий Мышонок.

– Да, – Рейна, похоже, решила выговориться. – Это фея-крёстная, которая руководит нашей школой, но Девин обвинила её в том, что она злодейка, и из-за этого нас всех исключили из Королевской Академии. – Подруга указала на меня.

– А про меня забыли? – встряла Саша и посмотрела на мышей. – Я тайно добыла сведения о деятельности феи-крёстной и хотела разузнать побольше об учениках Академии, которых она исключила до нас. – Девочка пожала плечами. – Но тут появилась Девин, которая начала цапаться с Оливиной с первого же дня в школе, и всё пошло насмарку.

– Спасибо, – буркнула я, чувствуя себя всё неуютнее под пристальным взглядом синего Мышонка.

– В общем, – продолжала Рейна, – Девин и затеяла всю эту революцию в КА, в результате которой нас всех вышвырнули.

– Мы не можем им доверять, – сказал синему Мышонку красный. – Это может быть ловушка! Вдруг Оливина знает, где мы? Нужно от них избавиться, и поскорее.

Красный Мышонок двинулся к нам. Рейна взвизгнула. Нас оставалось потеснить совсем немного, чтобы мы свалились с края.

– Вы ведь тоже знакомы с Оливиной, верно? – спросила я, отчаянно пытаясь хоть как-то сдержать их. – Тогда вы, должно быть, знаете, что она представляет собой на самом деле. Пожалуйста... Мы всего лишь пытаемся отыскать дорогу...

– ...домой, – договорил за меня Логан. – А что, вас тоже изгнали?

Чёрный Мышонок с грубым голосом опустил взгляд:

– Да. Мы...

Синий Мышонок треснул его по голове своей тростью:

– Нет, Корден! Не говори им ничего! Давай придерживаться плана.

Чёрный Мышонок в ответ тоже треснул его по макушке:

– Ты назвал меня по имени! Этого тоже нельзя было делать!

– Но я нечаянно!

– Это твоё «нечаянно» может стоить нам жизни! – огрызнулся чёрный Мышонок.

– Продолжай занимать их разговорами, – чуть слышно шепнул мне Хит, пока мыши бранились, и указал взглядом на свои запястья. Ему почти удалось избавиться от верёвки!

– Мы уже столько времени пропадаем в этом лесу! Неужели тебе не надоело прятаться? – спросил Корден синего Мышонка.

– А разве нам тут плохо живётся? Лично я совсем не скучаю по нашей деревне, а ты? – сказал синий Мышонок тихим голосом.

– А я скучаю, – вздохнул красный Мышонок.

Путы Хита соскользнули на землю. Мыши ничего не заметили.

– Девин, – сквозь зубы процедил Логан. – Зови на помощь. Сейчас же.

– Кого звать-то? – шёпотом спросила я. Похоже, бедняга ушибся головой сильнее, чем я думала. Кто может прийти нам на помощь в этой глухомани?

– Твоих лесных зверушек, – так же тихо пояснил он.

Ну конечно! Почему я сама об этом не подумала?! Конечно, стоит мне открыть рот, как мыши смекнут, что у нас есть кое-что в запасе, но, быть может, Хиту удастся от них отбиться. Хорошо бы нам привлечь на свою сторону кого-нибудь большого. Например, дракона.

Ой, нет! Слишком рискованно, да и Логан может тяжело это воспринять (учитывая его аллергию и вообще). Кого же ещё можно позвать? Пегаса? Хм-м-м... скорее всего, мы слишком далеко сейчас от городов и деревень, где держат пегасов. Но нам нужен кто- то большой и с крыльями. Такой, кто сможет как следует припугнуть мышей, пусть даже и таких гигантских. Кто-нибудь вроде... ястреба. Или коршуна.

Я набрала в грудь побольше воздуха, особым образом поджала губы и издала птичий зов, на разучивание которого потратила когда-то уйму времени. Наверняка он подойдёт и для ястреба тоже.

– Коу! Коу-коу-кой-коу! Коу-кой-уааа!

В переводе это означало «На помощь, Крылья Ярости! Спасите нас! Меня и моих друзей захватили в плен!». Хотя последнее «уааа» при небезупречном произношении могло означать и «кокосовый орех». Но попытаться стоило.

Тот, которого звали Корден, нахмурился:

– Что это она делает?

– Коу! Коу! Коу! – снова позвала я, с надеждой оглядывая небо над кронами – не летит ли к нам кто-нибудь на помощь? «Спасите нас, Крылья Ярости!»

Синий Мышонок воззрился на меня с неподдельным интересом:

– Так ты умеешь разговаривать на языке животных! Ну надо же! – он резко повернулся к Кордену. – Хватайте их! Они пытаются позвать... Ай! – освободившийся от верёвок Хит резко нырнул вниз, подсёк Мышонка под мохнатые коленки и опрокинул на землю. Трость синего отлетела в грязь.

Логан, тоже успевший выпутаться, кинулся к поверженному Мышонку и схватил трость:

– Есть, она у меня! Ну, теперь держитесь, грызуны!

Оставшиеся две мыши с громким писком бросились наутёк.

Логан с сияющим видом обернулся ко мне.

– А я и не знал, что могу нагнать такого страху. – Он весело помахал тростью. – Надо, пожалуй, всегда носить при себе такую штуку. Может, тогда от меня и драконы разбегаться будут.

– Логан, берегись! – взвизгнула Рейна.

Над густым пологом листвы показался силуэт огромной птицы. Она была раза в два больше любого пегаса, а размахом крыльев превосходила даже самую массивную крону. Её ярко-алое оперение сияло как пламя. Не сводя с неё зачарованного взгляда, я успела заметить жёлтый хохолок на её громадной голове. И только потом разглядела исполинские зелёные когти. Даже одного из них было достаточно, чтобы рассечь любого из нас пополам.

– Девин, что ты наделала?! – придушенно воскликнула Саша.

Драконы хвостатые! Вместо коршуна или ястреба я умудрилась призвать на помощь существо, о котором мне доводилось только читать в книгах о волшебных животных. Жар-птица! Она, кажется, заметила меня и издала пронзительный крик. Я попыталась понять, что она говорит, но этот диалект был мне совершенно незнаком. Я и сообразить ничего не успела, как великанская птица спикировала на нашу поляну у обрыва.

– Это жар-птица! Бегите! – крикнул Хит. Рейна и Саша тут же рванули в сторону опушки, но я