Первые шаги (СИ) - Трифонов Илья

— Уф? — фыркнул я, отдуваясь после очередного подхода. Первые отжимания в этом теле давались тяжело. Прошлый владелец то ли ел мало, то ли сам по себе хиляком был. Скорее второе. Натруженные мыщцы бурно негодовали, отзываясь тягучей болью в связках, но я упорно принимал упор лежа и делал отжимания. Через силу. Через «не могу». Теперь Джове, то есть я, таков. И это все, что нужно знать некоторым особо любопытным.

Наверное, эти мысли ясно отразились на моем покрасневшем и потном лице. Больше ко мне никто не лез, и детишки разошлись по делам. Кто досыпать, а кто, злобно бурча, отправился совершать утренний моцион. Скоро и я последовал их примеру, закончив тренировку и оккупировав кабинку еще на десять минут.

Вот тут, правда, случился конфуз. На дверях душевых не было разделения и пометок «для мальчиков» и «для девочек». А мне оно как-то не пришло в голову, пока я не вылез из душевой кабинки и не услышал сдвоенный визг полураздетых девчонок, уже успевшие стянуть с себя туники и взявшиеся за подвязки на штанах. Неловко вышло…

Кстати, твилеки и мириаланка оказались вполне себе обычными девчонками. То есть, никаких там трех пар сисек или мерзких щупалец. Вполне обычнее человеческие тела неоформившихся малолеток, разве что с разноцветной кожей. Ну и лифчики самые простые, видимо, только недавно начали носить. Прикрывать-то там пока нечего, дети еще.

Это то, что я успел разглядеть, пока спешно накидывал на себя сваленную под ногами одежду. После этого походкой гордого лебедя с алеющей мордой, протиснулся мимо потерявших дар речи от моей наглости Ланы и Новы, буркнув смущенное: «Пардон», и выбрался в холл. Там меня нагнал визг уже возмущенный и разъяренный, но скорее больше для игры на публику, застывшую на выходе из спальни клана. Оттуда на меня уставились ошарашенные морды парней, переваривающие произошедшее ровно пять секунд, прежде чем засыпать меня градом восторженных вопросов.

— Да ты что, видал да?!

— Все видел?

— Ну, ты даешь, Джове! А как оно, а?

— А какие они?

— А у них есть… Ну ты понял?!

— Большие?

— С пупырышками? — это уже Мъйят любопытсвует. Я вздрогнул, представив, что может находиться под одеждой кел-дорцев.

— А цвет? А волосы? А…

И еще куча откровенных вопросов, заданных с истинно детской непосредственностью уже в спальне, куда меня затащила мужская часть клана. Еще через минуту на моих красных щеках можно было успешно жарить яичницу. А через две я резко прервал все вопросы и рявкнул:

— Хватит! Я устал после тренировки и случайно перепутал двери, ясно? И ничего не видел. То есть вообще ничего. Все, проваливайте, у меня сейчас занятия в плане.

— Занятия? — недоуменно переспросил Алек. После вчерашнего и теперь уже сегодняшнего безобразия, он смотрел на меня не как на врага, а недоверчиво и восторженно, как на мастера-воспитателя Кару. — Они же в девять, Джове!

— Это у тебя в девять, — отмахнулся я, усаживаясь на пол и вытаскивая голокрон. — А у меня сразу после тренировки.

Следующий час, вплоть до завтрака, я посвятил ознакомлению с учебной программой юнлингов. К моему удивлению и разочарованию, та оказалась на редкость простой. Первая часть дня — тренировки на усиление связи с Силой. Под надзором наставника дети поднимали и опускали камни силой мысли. Пытались манипулировать тонкими энергиями вокруг себя, учась правильно слушать окружающий мир. После обеда шла практика на тренировочных мечах. Основные приемы и связки. Правильная постановка рук. Короче начальные приемы фехтования на световых мечах, которые даже стилем назвать язык не поворачивается. Вот только без этих знаний ни один юнлинг не станет полноценным падаваном, которого возьмет на обучение мастер-джедай.

У нашего клана, как и у двух остальных, этот день должен был настать уже через месяц. Вот одна из причин, почему я начал такой резкий старт. Всего месяц до набора падаванов! А у меня еще и конь не валялся, ни в плане тренировок с Силой, ни с фехтованием на мечах. Джове оставил мне то еще наследство. Пу сути, вскарабкиваться на вершину пищевой цепи придется почти с самого низа.

Уже перед самым завтраком я перехватил девчонок, с которыми нас свела нелегкая на утреннем променаде, и, к их удивлению, попросил прощения. У обеих. После чего пообещал, что больше такое непотребство не повторится.

— Ага! Испугался, что расскажем мастеру А’нзал? — тут же среагировала на мои извинения Лана. Если мириаланка рассчитывала, что я начну молить ее о снисхождении, то ее ждало очередное разочарование. Ведь она все еще меряла меня старыми мерками, но старый Джове мертв. А тот, кто пришел на его место, умел держать планку.

— Нет, почему? — спокойным тоном ответствовал я, наблюдая, как медленно ползут вверх брови Ланы и Новы. — Вы можете рассказать. Я виноват и готов отвечать за свои ошибки. И если вас это успокоит, то вперед, мешать не стану.

После чего слегка поклонился обеим, вызвав взрыв шепотков со стороны веснушек, наблюдавших за сценой со стороны вместе с остальными юнлингами.

— Э-э…

Кажется, Лану замкнуло. Да и не только ее одну. Нова тоже, как и все прочие, ошалело пялились на меня, явно не понимая, что творится с этим странным Лишним. Еще недавно бывший аутсайдером и общей насмешкой первого клана, уже сегодня ведет себя странно, и говорит так… словно и не Джове вовсе. Как будто двух людей поменяли местами, оставив только прежнюю кожу.

Решив не давать им больше времени на раздумья, я деликатно поправил ворот туники и пошел к выходу их крыла, и только на выходе из крыла услышал крик:

— Ты куда?

— Всмысле? — я обернулся, не понимая их. — Завтрак же.

— Так…, — кажется, это был неуверенный голосок забрака Свонга. — А как же мастер А’нзал?

— А что мастер?

— Она всегда нас сама отводит.

Пришло время мне стоять и смотреть на них, выпучив зенки. Во дела. Это что же, меня тут везде за ручку водить должны? Да я так уже к вечеру взвою!

— Скажите ей, что я уже там, — после чего развернулся и, вытащив голокрон, велел. — Карту храма, укажи оптимальный путь до столовой.

Умная машинка не раздумывала ни секунды. Миг, и у меня на рукой появилась схематичная голограмма первого яруса Храма и путь до него. Крыло юнлингов оказалось на втором ярусе, и топать до нужной точки предстояло всего-навсего пять минут. Пустяки. С такой игрушкой, как голокрон, можно хоть весь Храм облазить в одиночку, заблудиться он не даст.

Далеко, правда, уйти не получилось. Уже на втором повороте и у лестницы на первый ярус меня перехватила мастер Кара А’нзал, окликнувшая меня откуда-то сбоку. Женщина сурово уставилась на меня сверху вниз, когда я подошел поближе и грозно спросила:

— Куда ты направляешься, юнлинг Джове?

С поклоном поздоровавшись, я самым невинным тоном ответил:

— В кампус, мастер.

Кара пытливо прищурилась.

— Почему один? Где твой клан?

— Вас дожидаются.

— А ты не дожидаешься?

— Так, не маленький уже, — гордо ответил я, вызвав невольную улыбку мастера. — Сам дорогу найду.

— Да? Что ж. Тогда иди, юнлинг, — сказала она, удивив таким решением не только меня, но и стоящих поблизости джедаев, прислушивающихся к нашему разговору. Может, они чего другого ждали, но я поклонился и уверенно пошел к лестнице, чувствуя на лопатках взгляд Кары.

— На тренировочную площадку тоже сам дойдешь? — услышал я ее оклик.

— Да, мастер.

Мой ответ вызвал немалое оживление среди джедаев, кому повезло услышать наш диалог. Но я уже не обращал внимания ни на них, ни на Кару, спускаясь вниз и с любопытством озираясь по сторонам. Вчера меня вели совсем другими коридорами, а сейчас я вышел в главный и самый большой зал Храма.

Разумеется, первое, на что я обратил внимание, был увеличенный макет учебного голокрона. Почему макет? Все просто. От него не слышалось пения, как от моего голокрона, лежащего в кармане. Это была простая подсвеченная пустышка, висящая на антигравной подушке посреди зала и не представляющая ценности. Обычная замануха для обывателей, посещавших Храм. А вот настоящие голокроны, чье пение я слышал даже сквозь стены, были где-то в другом месте.