Странный дом мисс Корицы - Магдалена Хай

Мисс Корица погрозила указательным пальцем в сторону Сюзанны. Но та только вздёрнула подбородок и посмотрела на мисс Корицу сквозь густые ресницы.

– А что я сделала? – грубо ответила она и, как дети часто поступают в таких случаях, показала пальцем на Пекку. – Это он во всём виноват!

– Нет, ты виновата! – заорал Пекка.

– Нет, не я!

– Почему вы всегда… – начала мисс Корица, но вдруг резко захлопнула рот. Последние слова пришли откуда-то извне, словно эхо или словно призраки слов. Она ведь даже не знает этих детей. Они просто появились на её пороге. Мисс Корица нахмурила лоб, поджала губы и сказала: – Это было очень некрасиво!

– Вы не можете мне указывать! – заявила Сюзанна таким высокомерным тоном, что можно было догадаться, что её предки точно были когда-то графами. – Вы ведь не моя мама! – продолжила она.

Обезьяны следили за перепалкой, сложив губы трубочкой. Дом мисс Корицы был полон теней прошлого, и обезьянам казалось, что в точности такой же разговор уже происходил здесь бесчисленное количество раз. Воздух прямо-таки трещал от воспоминаний о подобных сценах.

Но мисс Корица ничего такого не заметила.

– Твоя мама? О чём ты? Слава богу, что я не она! Мне даже не интересно знать, что вам от меня нужно. Просто отправляйтесь к себе домой!

Тут мисс Корица беспокойно посмотрела во двор сквозь прозрачную стену зимнего сада. Там снаружи солнце взошло и тут же опустилось за горизонт. Мисс Корица ещё не забыла, что приличные взрослые не выгоняют даже очень противных детей из дому на ночь глядя (прямо в пасть к тиграм). Поэтому она добавила:

– Как только наступит утро.

«Но оно не наступит!» – подумала Анна-Лиза, но вслух сказала своим тоненьким голосом:

– Я уже немножко хочу спать!

– Я уже очень сильно хочу спать! – тут же громко сказала Сюзанна, делая вид, будто не слышала, что сказала сестра. Якобы это пришло ей в голову абсолютно самостоятельно.

– И я хочу. Но не знаю, засну ли… – произнёс Пекка, – без Смелости.

Сюзанна грозно посмотрела на брата.

– Но нужно ещё решить, где вас разместить, – сказала мисс Корица. – Не могут же дети спать в зимнем саду.

В конце последней фразы мисс повысила голос, как будто это был вопрос. Если бы она не считала себя очень воспитанной женщиной, то, пожалуй, уложила бы детей на коврике у порога. Оттуда их было бы проще всего выпихнуть утром из дома.

«Это было бы очень неприлично? – размышляла она про себя. – Или всего-навсего практично?»

Эрнесто ненадолго оставил в покое свои усы, поднял указательный палец и вежливо кашлянул:

– М-может быть, дети могли бы отдохнуть в пустых спальнях на третьем этаже?

Так одним неосторожным жестом Эрнесто разрушил мечты мисс Корицы устроить детей поближе к входной двери. Она развернулась на каблуках и уставилась на привидение. Её глаза сверкнули от гнева. Бедный призрак разрывался между ужасом и восторгом от неожиданного внимания.

– Это совершенно невозможно! Эти комнаты заняты, они нужны для… – мисс Корица замолчала. Она бы не вспомнила даже под пытками, для чего или для кого предназначались те комнаты на третьем этаже. В очень старых домах бывает так, что всё просто устроено определённым образом, но даже сами хозяева не могут сказать, почему оно так устроено.

– Хорошо! – сказал Эрнесто и улыбнулся. И обезьяны улыбнулись. Только мисс Корица не улыбнулась. – Значит, решено! Детей положим на третьем этаже.

Прежде чем мисс Корица успела что-то возразить, обезьяны подхватили детей под руки и потащили их к дверям.

Когда шумная ватага детей и обезьян покидала зимний сад, мисс Корица лишь безнадёжно прокричала им вслед:

– Н-но это только до рассвета!

Однако за окнами чудесного дома одна ночь сменяла другую, и менялись они всё быстрее и быстрее. Время продолжало свои фокусы, а дом потихоньку сжимался. Но никто этого не замечал, кроме Анны-Лизы и обезьян.

– Забавно, правда? – сказала Анна-Лиза сопровождающей её обезьяне в шляпе Дориана. – Если утро никогда не наступит, то мисс не сможет выгнать нас отсюда.

Обезьяна (это был никакой не Дориан, а Моисей) важно кивнула, раскатала губу по десне, как это обезьяны обычно делают, и сказала:

– Йик!

– И возможно, когда утро наконец настанет, – с улыбкой продолжала Анна-Лиза, – мы сможем выяснить, откуда возник этот дом и почему. Вот было бы здорово!

Глава 3, в которой теряются пуговицы

На платье мисс Корицы было 57 пуговиц. Самая верхняя – прямо под подбородком, а самая нижняя – в районе её изящных щиколоток. Пуговицы были и на ночной сорочке, которую она обычно носила под платьем, и на подвязках, которые поддерживали длинные полосатые чулки.

Один из ящиков в комнате мисс Корицы был набит разнообразными пуговицами специально на тот случай, если одна из многочисленных пуговиц оторвётся от её одежд, упадёт куда-нибудь и потеряется.

За многие годы так были потеряны сотни пуговиц. Ведь в доме мисс Корицы множество щелей и углублений, в которые пуговицы и другие упавшие предметы с таким удовольствием закатываются. Поэтому пуговичный ряд на платье мисс Корицы пестрел всевозможными оттенками и формами – там были и красные пуговицы, и синие, и полосатые, и костяные, и даже пара металлических.

Это невероятно огорчало мисс Корицу!

Она погладила пёстрый ряд пуговиц своими ухоженными пальцами и громко вздохнула, будучи совершенно уверенной, что в комнате нет никого, кто мог бы её услышать:

– Ну почему всё не может просто оставаться в порядке!

(Но почему же мисс Корица просто не пойдёт в пуговичный магазин и не купит себе кучу одинаковых чёрных пуговиц? – удивляетесь вы, наверное, и совершенно справедливо! Но вы же помните, что коврик у двери покрыт толстым слоем пыли? Никто не ходит через эту дверь ни внутрь, ни наружу. Мисс Корица не могла пойти в магазин, потому что для этого ей пришлось бы выйти из дома, а этого она никогда не делала. Она закрыла эту дверь навсегда, помните?)

Мисс Корица прислушивалась к шуму с третьего этажа, который означал, что дети уже в своих спальнях. Теперь, кроме пуговиц, её волновало то, что она никак не могла вспомнить, почему нельзя было заходить в те комнаты. Должно же быть у них какое-то назначение! Но какое – мисс Корица совершенно забыла.

Охваченная непонятным раздражением, она смотрела через окно на потемневший сад.

Тигры лежали под окнами, на садовой дорожке и на крыльце и облизывали друг другу уши. Мисс Корица прищурила глаза. В тиграх