Гимн шута 18 - Антон Сергеевич Федотов

«волк» не стесняется в средствах, — прокомментировал он. — И за дело взялся серьезно…

Несколько секунд «теневой генерал» помолчал, после чего негромко произнес:

— Брат, я вынужден задать вопрос: твой сын жив?

Слова звучали глухо и чуть напряженно. Демидов-младший не стал бы поднимать этот вопрос. Даже здесь. Ведь и у стен бывают уши. Но ситуация была не из простых.

Всеволод Григорьевич оглянулся на брата и медленно сомкнул веки.

— У него есть?..

Еще одно движение ресниц дало исчерпывающий ответ.

— Тогда мы вынуждены предполагать, что Артем пока не может или не хочет воспользоваться этой возможностью, — констатировал защитник клана.

Всеволод Григорьевич качнул головой. Непростой вопрос. С одной стороны, воспользоваться «экстренной мерой» — риск для всего клана. А с другой, даже если наследник активирует «каплю», нет никакой гарантии, что они смогут воспользоваться полученным сигналом. Этот артефакт хранился в семейном Арсенале очень давно. И нередко выдавался родичам в качестве «последнего шанса». Но никто ни разу так и не применил его. И, Глава вполне допускал, для «расшифровки» сигнала, возможно, понадобится кто-то владеющий аспектом Крови.

— Глава, — негромок вздохнул младший брат. — Даже если мы сможем расшифровать сигнал «капли», оперативно среагировать в регионе лишь Волконский.

Патриарх вскинул брови и удивленно обернулся к собеседнику. Он уже понял, к чему тот клонит. Но желал дослушать до конца, чтобы «теневой генерал» сам сказал это. Вслух.

Ростислав прекрасно понял мимику Главы.

— Реши, будем ли мы бороться за наследника или…

Оба прекрасно поняли, какое именно слово должно было оказаться на месте интонационного многоточия: «отказываемся».

— Ты предлагаешь ввести Волконского в курс дела? — напряженно спросил Всеволод Григорьевич, тем самым давая ответ на невысказанный вопрос.

— В этом случае — да, — просто кивнул Ростислав. — Иначе все это не имеет смысла.

Несколько секунд патриарх молчал. Довериться недавнему оппоненту?.. Да еще и на таком уровне… Это нелегкое решение. И да, если на противоположной чаше таки окажется вариант «отказываемся», еще не ясно, в какую именно сторону склонятся весы.

Несколько секунд Глава молчал. Просто смотрел перед собой. Наконец, он смог негромко выдавить из себя.

— Спасибо, Ростислав, — глухо выдохнул Железный Логист. — Я тебя понял. Оставь меня, пожалуйста. Через пять минут я сообщу тебе о своем решении.

«Теневой генерал» коротко поклонился и, бросив взгляд на карточную конструкцию, поспешил покинуть помещение.

Всеволод Григорьевич несколько секунд молчал, рассматривая невидимую точку перед собой. Затем он встрепенулся подобно раненому зверю, и, издав короткий злой рык, одним движением снес «постройку», устроив посреди кабинета карточный дождь.

Еще с минуту патриарх восстанавливал дыхание и вновь брал эмоции под контроль. Лишь убедившись, что полностью успокоился, он устроился в кресле и нажал стопку селектора.

— Соедини с третьим, — все еще отрывисто бросил он секретарю, и уже через несколько секунд отдал короткий приказ. — Собирайся, Ростислав, ты летишь в Красноуральск.

* * *

Цзинь Вэй замерла, укутавшись тенью.

Высокий мужчина со скуластым лицом, только что вышедший из коридора, остановился рядом с ней и несколько недоуменно оглянулся.

И нет, разглядеть лучшую наемную убийцу Лю Фэна он не смог. Именно «дружба» с тенями помогала ей оставаться незамеченной даже посреди штаб-квартиры Партии.

«Хорош.» — невольно оценила девушка.

Боевик Волконского явно полагался лишь на звериное чутье. Однако и оно ему не поможет…

— Серега! — раздался откуда-то громкий зов.

Мужчина еще раз оглянулся, после чего качнул головой и во все горло крикнул:

— Да иду я, Тишь, иду!

«Как необычно.».

Цзинь Вэй уже принимала заказы на гашение облика очень высокопоставленных лиц. В том числе и клановцев империи. Так что теперь она могла совершенно точно сказать: в «логове» нового воеводы работать было сложнее всего.

Просто потому, что его люди вообще не признавали никакой «ритуальщины» и показухи. Исключительно деловитая работа. Даже если господину «не до того» или «неудобно». А

то разом перекрывало половину «лазеек» к цели.

Девушка уже собиралась «выйти из сумрака» как за ее спиной кто-то «заорал»:

— Как спит⁈ — возмутился молодой женский голос. — Он совсем охренел?

Убийца снова застыла, пережидая очередную «волну хаоса», отпечаток которой нес на себе каждый член команды Волконского.

— Щас я ему устрою побудку! — продолжала возмущаться ярковолосая девица с императорскими стигмами на запястьях.

Ее тут же окликнули со стороны одной из комнат.

— Устал, значит… — буркнула она. — Ну тогда ладно!.. Эх, добрая я!..

И была такова, шагнув в один из номеров.

Цзинь Вэй же вновь выжидать. Она проникла на объект уже час назад, потихоньку продвигаясь к своей цели. И готова была потратить столько времени, сколько будет необходимо, чтобы дойти до конца.

Мысли ее, подчиненные привычной медитации, текли ровно и спокойно. Особое психофизическое состояние мягко дарило тепло и умиротворение, помноженные на готовность в любой миг начать действовать.

— Да, господин, — раздался негромкий, прекрасно поставленный голос блондинки-секретаря.

Она шла вдоль коридора, прижав к уху комм.

— Павел Анатольевич будет готов встретиться с вами в районе полудня. Точнее я смогу сказать утром.

«Удивительно», — отстраненно решил Цзинь Вэй. Умение мгновенно считывать людей было основой для ее выживания. И, если она не ошиблась в своих ощущениях, помощница воеводы самостоятельно (!!!) согласовывала с кем-то встречу, даже не поставив в известность сюзерена…

Голос смолк. Блондинка покинула коридор. Цзинь Вэй, для верности выждав пару минут, продолжила свой путь, метр за метром сокращая расстояние до комнаты Волконского — обычного номера в снятом им для нужд команды и воеводства крыле придорожной гостиницы.

* * *

Эмоций не осталось.

Она дошла. Цель рядом.

Цзинь Вэй несколько секунд рассматривала лицо спящего на спине Павла.

Тому снилось явно что-то неприятное. Он уже несколько раз морщился, поворачивал голову в другую сторону, словно сталкивался с чем-то неприятным в мире Чжоу-гуна — бога сновидений и толкователя.

— М-м-м-м-м, — раздался едва слышный чуть болезненный стон со стороны кровати.

Убийца в очередной раз замерла на полушаге дожидаясь, пока ее сегодняшняя «работа» не уснет крепче.

Наконец, она застыла у самого края кровати, в неярком свете пробивающейся сквозь оставленную шторами щель, ее соблазнительная, затянутая в черную обтягивающую ткань фигура казалась образом ночной фейри.

Цзинь Вэй делала это не раз. Она с грацией ловкой кошки перекинула ногу через спящее тело и с осторожностью перенесла вес так, чтобы практически усесться прямо на «жертве».

«Хм», — решила ночная тень, почувствовав промежностью, что организм