О возвышенном - Бхагаван Раджниш

Они учат подавлять себя, они учат культивировать себя, они учат создавать в себе определенные качества с помощью воли. Но все, что создается с помощью воли, создается эго и не проникает вглубь. Ведь эго — поверхностное явление. Создается красивый фасад — вот и все.

Второй путь лежит через медитацию. Это не культивирование себя, а осознание своих мыслей, действий и чувств — трехмерное осознание. Первое измерение — действие; второе измерение — мысль; третье измерение — чувство. За всеми тремя измерениями следует наблюдать в безмолвии, без суждений. Постепенно произойдет чудо: чем больше ты наблюдаешь, тем меньше остается того, за чем приходится наблюдать. Когда твоя созерцательность станет совершенной, ум остановится полностью. Такая остановка ума и есть мир.

Мир — побочный продукт медитации; в этом истина. Это мост между тобой и бытием.

Месяц второй, день двадцать восьмой

Медитация есть состояние не-ума; она — ни в центре ума, ни на его периферии. Она просто вне ума — наблюдает за умом со стороны. Кстати, таково точное значение слова «экстаз» — находиться вне. Находиться вне ума — значит пребывать в экстазе.

Это и есть медитация: быть созерцателем ума; не быть участником ума, не отождествлять себя с ним. Как если бы ты наблюдал за дорогой, безмолвно сидя под деревом — кто бы ни прошел мимо, какая разница? Ты просто сидишь и спокойно наблюдаешь за всем, что происходит, — без симпатии и антипатии, без предвзятости, без суждений. Как только ты научился созерцать свой ум, ничего не осуждая, ничего не оценивая, не говоря «это — хорошо» и «это — плохо», как только ты научился созерцать в глубоком безмолвии — ты в медитации.

Во время медитации происходит чудо. Постепенно внешний мир уходит все дальше и дальше, постепенно ты перестаешь слышать звуки, доносящиеся издалека. И вдруг это происходит: больше нет ума. Ум заглох, ум испарился. И когда ума уже нет, когда ты остаешься без ума, рождается аромат. Ты пришел домой. Ты осуществился. Тысячелепестковый лотос твоего существа раскрылся. Ты отдаешь свой аромат бытию. Это — молитва. Это — единственный дар, который мы можем предложить бытию, и это — единственный дар, который бытие может принять от нас.

Месяц второй, день двадцать девятый

Медитация может расцвести только при глубоком расслаблении. Расслабление — та почва, где возможна медитация. Медитация не есть концентрация. Запомни это. Концентрироваться — значит направить всю энергию своего ума в одну-единственную точку, исключив все остальное. Это большое усилие, это утомительно. Это полезно в научной работе. Наука требует концентрации, потому что она никогда не выходит за пределы ума. А ум при концентрации функционирует самым эффективным образом, ведь тогда вся его энергия устремлена в одну-единственную точку.

Религия — попытка выйти за пределы ума, и концентрация здесь ничем не поможет. Так что концентрация и медитация — отнюдь не синонимы. Они не только не синонимы — это два противоположных понятия. Медитация предполагает расслабленное состояние, настолько расслабленное, что ум в нем тает. При концентрации ум становится все более и более сильным — чем выше концентрация, тем больше сила ума.

При расслаблении ум слабеет — ничто не исключается из него, в нем присутствует все. И нет напряжения, нет потребности. Потребности нет, потому что ты не пытаешься сфокусироваться. Ты просто всему доступен и для всего открыт. Такая доступность и открытость для бытия и есть медитация. Для медитации нужна полная расслабленность.

Итак, как только у тебя появляется свободное время, расслабляйся. И будь внимателен ко всему: лает собака, ругаются соседи, шумит транспорт… Ничто не отвлекает тебя. При медитации ничто не может быть отвлекающим фактором. Отвлекающие факторы могут быть только при концентрации. Тебя ничто не может отвлечь, тебя ничто не может потревожить, потому что ты все впитываешь в себя.

При такой открытости сознания ум начинает исчезать, испаряться. Ты то и дело видишь проблески не-ума. Это — великое переживание. И так день за днем… Все произойдет вдруг: однажды ты поймешь, что находишься вне ума — полностью вне ума. Ты вышел за его пределы. Вот почему мистики иногда похожи на безумцев. Ведь они, как и безумцы, вне ума. Но безумцы выпали из ума, а мистики вышли за его пределы. И те и другие удалились из ума в разных направлениях, различными путями, но все же между безумцами и мистиками есть что-то общее. Поэтому мистик может выглядеть как безумец и, наоборот, в безумце может быть нечто мистическое.

Месяц второй, день тридцатый

Без медитации человек становится посредственностью. Его сознание ржавеет и покрывается пылью. Он теряет все свои способности, весь свой разум. Постепенно он забывает о том, кто он есть. Он становится тупым. Это такая тупость — забыть, кто ты! Но ведь это произошло со всем человечеством. Благодаря медитации сознание обостряется, пыль сметается, ржавчина исчезает. Твое зеркало вновь становится чистым. Когда твое сознание чисто, оно способно отражать действительность. Бог — еще одно имя действительности. Знать Бога — значит знать все. Не знать Бога — значит жить в невежестве, жить во мраке, не жить.

Месяц второй, день тридцать первый

Каждый человек, если он не полностью глухой, считает, что он способен слышать. Каждый человек, если он не полностью слепой, считает, что способен видеть. Но это не совсем так. Чтобы слышать, надо слушать с большой любовью и сочувствием. Ты можешь слушать, будучи враждебно настроенным, ты можешь слушать предвзято, ты можешь слушать, заранее зная то, что ты хочешь услышать, ты можешь слушать с обусловленным умом, — и все это будет неправильно.

И только любовь способна отбросить все это в сторону. Любовь способна слушать в безмолвии. Тогда процесс просветления может быть «включен» чем угодно. Дождь падает на крышу… если услышать то, как идет дождь, услышать без мыслей, без желаний, без интерпретаций, без стремления понять — этого достаточно. Ты осознаешь: не дождь падает на крышу, а сам Бог. Ветер, шумящий в соснах, — не ветер, а Бог, шумящий соснами, вода бегущая… тогда все, что ты слышишь… Речь не о том, что ты слушаешь, речь о том, как ты слушаешь. Слушай с любовью, и истина окажется рядом.

Месяц третий

Любовь — это птица… она хочет быть свободной

Месяц третий, день первый

Мое послание есть любовь. По-своему оно очень простое, в нем нет ничего сложного: никаких ритуалов, никаких догм, никакой гипотетической философии. Это простой и прямой подход к жизни. Маленькое слово «любовь» способно вместить в себя все мое послание. Не важно, кому адресована твоя любовь. Просто ты должен любить все двадцать четыре часа в сутки — подобно тому, как дышишь.

Дыхание не нуждается в объекте, любовь тоже не нуждается в объекте. Иногда ты дышишь рядом с другом, иногда ты дышишь, сидя под деревом, иногда ты дышишь, плавая в бассейне. Точно так же ты должен любить. Любовь должна быть сокровенным центром твоего дыхания, она должна быть столь же естественной, как дыхание. Ведь любовь имеет такое же отношение к душе, как дыхание к телу.

Месяц третий, день второй

Одно из главных заблуждений человечества: каждый думает, что он знает, что такое любовь. Вот почему никто ее не находит. Вот почему никто ее не ищет, не пытается ее изучить. Именно поэтому любовь исчезла из мира. Любовники есть, любви нет. Родители притворяются, будто любят своих детей, дети притворяются, будто любят своих родителей, мужья притворяются, жены притворяются — кругом сплошное притворство. Нет, люди делают это совершенно бессознательно — они ничего не знают о своем притворстве.

Вы слышали с детства, что любовь — высшее искусство, великая магия, невероятное чудо. Но вы не должны принимать эти слова на веру, вы должны исследовать любовь, экспериментировать с ней, изучать ее пути — это искусство…

Любовь не какой-то особый талант, это потенциал каждого человека. Все люди способны взойти на вершины любви. Тогда родится истинное человечество. Это событие еще впереди.

Месяц третий, день третий

Абсолютная любовь заключает в себе все. Больше ничего нет, все пребывает в любви. И запомни: я не говорю «совершенная любовь», я говорю «абсолютная любовь». Между этими понятиями большая разница. На протяжении многих веков нас учили совершенствовать свою любовь. Из этого ничего не вышло, ведь сама идея усовершенствования любви — полная чепуха. Любовь не может быть усовершенствована. Совершенствовать любовь — значит ее убивать. Но на самом деле любовь нельзя убить, поскольку любовь — это жизнь. Любовь вечна, вневременна. Любовь не знает смерти. Любовь — единственное явление в человеческой жизни, над которым не властна смерть.