Беспринципные, циничные, и уродливые - Андрей Арсланович Мансуров

— Нет. Вы представляете угрозу. Для всего мыслящего и живого.

— А если я… Поумоляю? И доставлю тебе ещё… Наслаждения? Ты изменишь решение?

— Нет.

— Ах так?! Ну, пеняй на себя, «дорогой»!

Две ручки оказались вовсе не так нежны и хрупки, как он было подумал! Во-всяком случае, за горло его схватили — будь здоров! Джо подумал, отчаянно пытаясь оторвать мощный зацеп от шеи, что Мать звать бесполезно: ни манипуляторы, ни вообще никакие их механизмы на нематериальную сущность не подействуют! И видит её сейчас наверняка лишь он!

Стало быть, и справляться нужно самостоятельно!!!

Однако сил даже его тренированного тела явно не хватало! И вот уже полные неприкрытой теперь ненависти глаза — прямо возле его лица! Гнусная и коварная «обольстительница» явно намерена насладиться его агонией — по полной!

Внезапно женщина зашипела — словно обжегшись обо что-то! И чуть отодвинулась, не расцепив, впрочем, рук! Но Джо уже сообразил: убрал правую руку с тонкого запястья, и схватил маленький крестик, что находился сейчас на его груди. После чего крестик вонзил прямо в грудь вампирше — благо, та оказалась очень близко!

Тварь с искажённым гримасой лицом громко закричала, отдёрнувшись!

Джо крестик с тонкой синтетической нити, на которой тот и висел на его груди все эти долгие годы, в отчаянном порыве сорвал, и впечатал пока не очухавшейся женщине в центр лба!

Кожа под серебром зашипела. Превратившаяся из ангела словно в легендарную горгону-медузу женщина с диким визгом пропала.

Джо застонал. Откинулся вновь на подушку. Спросил:

— Мать! Ты — видела?

— Что?

— Как мне… Ну, словом, как меня удовлетворяли… э-э… орально. И как потом я боролся с… Женщиной. С четвёртой планеты.

— Нет. Ничего этого я не видела. Поскольку прибор Теслы мы оставили в тамбуре, и я и предположить не могла, что эти сущности могут… Всё же путешествовать сквозь космическое пространство. И являться в материальном теле. Но то, что ты… Хм. «Разрядился», и то, как ты метался, словно во сне, я видела, разумеется. Так — что? Это был не кошмар?

— Н-нет. Думаю, всё же — не кошмар.

— Прости. Знала бы — вмешалась бы!

— Да нет, не думаю, что ты помогла бы мне. Ведь получается, видел напавшую только я. А для тебя и Пола она — так и нематериальна.

— Кстати, о Поле. Давай-ка я его разбужу. А то он тоже… Выказывает признаки беспокойства!

Джо, подумав, что Мать права, и «воздействовать» могут и не только на него, ринулся в каюту напарника. Успел вовремя: тот как раз пытался стянуть узлом простыню, завязанную вокруг шеи! Правда — лёжа.

Простыню у Пола отобрали манипуляторы Матери. Джо поторопился вылить на напарника стакан с водой, к счастью стоявший на тумбочке у койки. Не помогло: Пол продолжал шипеть и извиваться.

Но от интенсивной тряски за плечи, диких воплей в ухо, и ударов по щекам, напарник, разумеется, очухался.

Выпученные глаза уставились на Джо. Но осмысленное выражение вернулось туда лишь через несколько секунд:

— О-ох!.. Вот уж спасибо, что разбудили!

— Матери скажи спасибо. А я был настолько под впечатлением, что и не подумал, что тебя тоже могут… Прищучить!

— Как? Тебе тоже снился кошмар?

— Хм. — Джо покачал головой, — Ну, вначале он был, конечно, не совсем кошмар. А как бы… Даже приятный сюрприз. «Мечта поэта». Муза, мать её…

А что «снилось» тебе?

— Ну-у-у… Хм. Я как бы очутился в безбрежной пустыне. Из чистой соли! И вся она так сверкала, так блестела на солнце! Искрилась, словно ёлочные гирлянды и алмазные россыпи. И там… Было очень жарко. Я весь изнывал. И от жары, и от жажды. Но потом… на меня как будто кто-то напал! И его самого я не видел, но щупальца… Сомкнулись на горле! И уж так давили, так давили… Дышать стало вообще невозможно! Да и кричать — тоже!..

А потом, вроде, как кто-то дал мне воды. И стало легче. И тут я проснулся! А что было на самом деле?

— На самом деле ты душил себя сам. С помощью простыни. От неё тебя избавила Мать. Ну а я полил тебя водой из твоего же стакана. А потом надавал тебе по морде!

— Вот не думал, что скажу это за такой поступок… Но — спасибо! И Матери и тебе! Не дали… сдохнуть ни за понюшку табаку!

Джо только усмехнулся:

— Да ладно уж. Чего не сделаешь для напарника!

— Э-э, погоди-ка! Ну-ка, расскажи, что там привиделось тебе!

— Да уж — привиделось… Да и послышалось — мы имели «содержательную» беседу с призраком. И рассказать придётся. Потому что, похоже, не рассчитали мы расстояния, на которое нужно было отлететь, и которое было бы безопасным для нас — во сне.

Да это и понятно: спящий человек как бы… Становится и более восприимчив и внушаем. И, следовательно, эти твари могут эффективно воздействовать на нас! Мать! Почему не предвидела?

— Не могла. Потому что, как я уже говорила, не было прецедентов!

— Ну ладно. Теперь они — есть. Так вот. Видел я следующее. И не думаю, что оно было — сновидение. А, скорее, эти твари могут как-то… Преобразовываться и в реальные Сущности. Только — гораздо меньших размеров! Но! Всё ещё невидимые для постороннего глаза. Так сказать — сугубо «индивидуальное» видение! «Ориентированное на конкретного потребителя»!

Значит, дело было так…

Когда Джо закончил рассказ, по возможности подробно пересказав диалог с «дамой», Пол вздохнул:

— Какое счастье, что так решили воздействовать на тебя! Я-то — уж точно: растаял бы, как свинячий студень на солнце! Поддался бы. Ну вот не могу я отказывать женщинам!

— А по-моему, повезло нам не с этим. А с крестиком моей бабушки! — Джо показал его. Он всё ещё сжимал семейный талисман в руке: на всякий случай, — Если б не серебро, мы бы и не выжили!

— Пожалуй, Джо прав. — Мать говорила несколько удивлённо, — Ведь согласно древним легендам как раз серебро и помогает против всяких… Тёмных, злобных, и нематериальных сущностей!

— Ха! Оно помогает и против материальных! Например — оборотней! И вампиров! А тут, похоже, тоже — вампиры. Только, вот именно — нематериальные. Но то, что оно обжигает и делает им больно — точно! Я успел заметить ожог на лбу и груди этой… Соблазнительницы!

— Выводы напрашиваются сами собой.

— Да? И какие же? — Пол не скрывал скепсиса.

— А очень простые и логичные. (И как это мы не сообразили сразу: раз средства «обнаружения» взяли