Сокрытое временем - Юлианна Перес

— Очищение! — как-то разочарованно произнес Пели. — Я должен идти к своим ребятам.

— Подождите, последний вопрос! Как давно возрос интерес к рунам среди студентов?

— Вы не считаете эту тему достойной интереса?

— Напротив! Мне только любопытно, проводились ли тематические вечеринки месяц назад, ходили ли такие толпы людей на ваши элективы тогда?

— На что вы намекаете?

— Вы не ответили!

— Вечеринка проводятся всего лишь второй раз. А на мои элективах всегда многолюдно! — бросил Пели, отодвигая стул.

Малдер и Дана остались вдвоем за столом.

— Вы довольны их реакцией? — бросила Дана.

— На данном этапе да! Тут сильное внимание уделяется древней религии, и в частности рунам.

— Вы думаете о секте?

Малдер улыбнулся ее предложению.

— Вот видите, вы недооценивали себя! Вполне рациональное предложение, но мне кажется, тут что-то другое. Дана, вам нужно быть аккуратней, мы не знаем, кто именно замешан!

— Ваша невеста не против, что вы тут? — язвительно заметила Дана.

— Вы познакомились с Дианой. Скалли…

— Не нужно оправдываться. Ваша личная жизнь меня не касается. Мне просто не понравилось ее предвзятое отношение ко мне.

— Вы не должны волноваться о ней.

— Я волнуюсь только о деле.

— Хотите поужинать?

— Я хочу досмотреть представление.

Малдер не знал, как объяснить Дане о Фоули. Ему трудно было рассказать все своей Скалли даже после смерти Дианы. И реакция напарницы тогда была не лучшей. Что он может сказать этой Дане, которая даже не знает его толком. Все происходящее словно возвращало его в 1998 год, когда они со Скалли потеряли секретные материалы, а в его жизни снова появилась Фоули. Целый год невыносимого напряжения тяготил над ними, когда они собирались втроем. Малдер думал, что неприязнь между Фоули и Скалли в первую очередь касается профессиональных отношений. Скалли не доверяла ей, а Фоули пыталась вернуться в его жизнь, оттесняя Скалли. Теперь же в этом времени они даже не знают друг друга, но умудрились при первой встречи обменяться колкостями. Послужила ли этому ревность Фоули?

Вернувшись с места преступления, Малдеру пришлось выслушать всю недоброжелательность Фоули о Скалли. Радость от встречи сменилось раздражением.

Размышления Малдера прервала подошедшая Джена.

— Дана, я оставлю тебя. Мне лучше пойти домой! — глаза девушки опухли, а нос покраснел.

— Да, конечно. Тебя проводить?

— Нет.

Джена быстро ушла.

Представление больше не интересовало Дану, она внимательно смотрела на Малдера. Что в нем так ее притягивало? Согласиться на ужин и еще раз проверить свою выдержку? Но она хотела активнее участвовать в расследовании. Узнать, как работают агенты.

— Я согласна поужинать при условии, что вы расскажите мне больше о деле!

— Тогда как на счет другого места…

— Только если вы угощаете!

— У меня в номере есть фото и отчеты. Мы могли бы взять еды и поехать ко мне! — предложил Малдер.

— Агент Малдер, вы не забыли о своей невесте?

— Я не собираюсь вас соблазнять! Всего лишь предлагаю поработать в более тихой обстановке.

— Хорошо. Но не забывайте, у меня есть адвокат! — улыбнулась она. — Кстати, Джек мне сегодня рассказал кое-что о вас!

— Буду рад услышать это в машине, пойдемте.

Дана встала и проследовала за Малдером к выходу.

— И что же вам Джек обо мне поведал? — спросил Малдер, выезжая со стоянки.

— Ничего хорошего. Призрак, который всех пугает манерой работы и верой в невероятное.

Малдер улыбнулся, вспоминая, как за глаза Скалли начали называть миссис Призрак, тем самым как бы признавая, что он и она неразлучны.

— Я не буду разубеждать!

— А я не просила. Что насчет дела?

— Профессор нам сегодня соврал. Я проверил списки: еще месяц назад электив проводился раз в пять недель, а не как сейчас два раза в неделю, и тогда там не набиралась и десяти человек. Сейчас же это стало модной тенденцией у молодежи.

— Ты думаешь, Пели замешан?

— Возможно…

— Тебе надо было срочно позвонить днем из-за…

— Найденных вещей пятой жертвы! — закончил предложение Малдер, замалчивая, от кого поступила информация. — Было несколько несоответствий с другими похищениями. Вещи в парке появились на два дня позже, и клочок бумаги был с другими рунами. Как ты слышала от Пели, они означают очищение, а не защиту. Эта девушка определенно отличалась от остальных. Следов насилия также нет. Никаких сообщений о выкупе. Похититель верит, что защищает и очищает девушек с помощью магии рун. Не думаю, что этот человек наслаждается похищением. Он больной, искренни верящий в свой праведный путь… Это намного страшнее.

Дана зевнула. Она откинула голову назад, устраиваясь удобней. За два последних дня она мало спала, только и мечтая об отдыхе, но обстоятельства не позволяли. Теперь же, расслабившись, она слушала рассуждения Малдера.

Дана пыталась наблюдать за дорогой, но картина расплывалась, а глаза слипались сами собой. Хоть бы Малдер не уснул за рулем! Может надо было все же попросить отвезти ее в общежитие? Нет, нельзя проявлять слабость. Она же думает о работе в ФБР. А если хочешь выбрать этот путь в жизни, нужно вести себя соответственно и не поддаваться усталости. Может, хоть кофе в номере Малдера поможет взбодриться.

Дана очнулась в тускло освещенной комнате. Она чувствовала себя в чем-то теплом и уютном. Постепенно приходя в себя, Дана поняла, что обнаженная находится в теплой ванне. Оглянувшись вокруг, она ужаснулась: это была та же самая комната из прошлого сна.

Кошмар продолжался. Дана надеялась, что в комнату никто не войдет.

«Это сон. Просыпайся», — твердила она себе и щипала руки — безрезультатно. Она только собралась встать, как дверь заскрипела.

Дана резко села в ванне, прижав колени к груди, и обняв себе руками. В комнату зашел Фицджеральд.

— Сэйла, как тебе ванна? Ушибы болят уже не так сильно? — зло усмехнулся он.

— Почему ты так говоришь? Ты обещал, что мне не причинят вреда!

— О, видимо ванна, действительно, творит чудеса! Ты стала разговорчивой! Я думал, тебя опять придется заставлять… Ты согласна вступить в орден?

Фицджеральд склонился к ней, опираясь на ванну.

— Я не Сэйла!

— О нет, это больше не сработает!

Фицджеральд грубо схватил ее руки и отвел от груди.

— Ты уже принадлежишь мне! Тебе осталось решить, как это будет: жестоко или нежно.

Фицджеральд сильней сдавил ее руки. Дана сопротивлялась что есть силы.

— Нет! Отпусти меня!

— Скалли! Проснись! Скалли!

Малдер тормошил ее за руку. Резко открыв глаза, Дана выдернула руку из его захвата. Тяжело дыша, она все еще приходила в себя.

— Скалли, это всего лишь сон!

— Нет, этот кошмар с продолжением!

Дана взглянула на свою руку, где уже образовался кровоподтек.

— Извини, я не хотел тебя так сильно хватать, — произнес Малдер, посмотрев на нее. — Давно тебя мучают кошмары?

— Второй день.

— Тебе повезло. Меня — всю жизнь.

Дана покосилась на него.

— Это все из-за работы?

— Частично… Но по большей части кошмары личного плана.

— Я не привыкла к таким кошмарам. Я знала, что сплю, но не могла проснуться.

— Расскажи, что тебе приснилось. Я попробую расшифровать, что хочет сказать твое подсознание.

— Ты? — удивилась Дана.

— Я — психолог! Попробуй, тебе станет легче.

— Я была в ванне посреди жилой комнаты, обставленной под старину.

— Ты была обнажена? — спросил Малдер, не отводя глаз от дороги.

— Это важно?

— Для общей картины.

— Малдер, ты точно психолог?

— Да, могу показать документы! — усмехнулся он.

— Ладно, да, я была обнажена! — выпалила Дана, чувствуя как щеки начали гореть.

Малдер громко сглотнул.

— Что дальше?

— Пришел мужчина, он был очень груб. Хотел, чтоб я вступила в какое-то братство.

— Скалли, а что было в первом сне? — резко спросил Малдер, все еще не веря в такое совпадение.

— Я очнулась за решеткой в подвале. Там было двое мужчин. Один из них уговаривал сказать «да». Я не понимала, о чем он. Второй мужчина заставил его освободить меня. Его имя Фи… как-то…

— Фицджеральд! — резко остановил машину Малдер около обочины.

— Как ты догадался? Это какой-то психологический трюк?

— Нет, Скалли. Я кое-что должен тебе рассказать и, пожалуйста, выслушай меня.

Дана кивнула. Малдер начал пересказ своего сна, глядя в окно. Когда он закончил, Дана не могла произнести ни слова.

— А теперь найди десять отличий в наших снах! — нервно хмыкнул Малдер.

— Этого не может быть! Ты и Фицджеральд! — нахмурилась Дана.