Королевская кровь-12. Вороново сердце. Часть 1 - Ирина Владимировна Котова

в центре трепещут не в такт, как трепетала бы трава, в которой, невидимая глазу, быстро ползет большая змея. Змея эта была очень осторожна и тот, кто не знал, чего ждать, ничего бы не заметил.

Но Ренх-сат помнил, что колдун Дармоншир слишком бережет людей и не оставит их без помощи. Поэтому ждал и увидел.

И когда зеленая волна достигла места меж вершин, а хрустальная нить загудела, показывая, что ловушка сработала, и по ней прошли голубоватые блики чужой силы, помогая стать еще крепче, еще опаснее и шире, Ренх-сат велел стрекозам взлететь — и затем опуститься по дуге, чтобы накрыть добычу. И взревел от досады, когда понял, что колдун ускользнул.

Ренх-сат видел, как тот уходит, — по вихрям с той стороны холма. Он пытался вновь накрыть его сетью, ориентируясь на звуки выстрелов, но колдуну, которому повезло с ловушкой, повезло и во второй раз: он так беспорядочно и странно разбрасывал вихри, что ухитрился переломать крылья раньяру-спутнику Ренх-сата отлетевшей стрекозой. Тиодхара потянуло вниз, за рухнувшим раньяром, привязанным к сети, и спасло его только то, что он успел мысленно подозвать к себе одну из свободных стрекоз и спрыгнуть на нее. Неудачно, опять выбив плечо и потеряв сознание, — но хотя бы не разбившись всмятку.

Пока пришел в себя под охраной норов, пока отвязал от рухнувших раньяров сеть — отступающие уже растворились под покровом ночи в густом лесу.

— Ну что же, — процедил Ренх-сат, сплевывая кровь с разбитых при прыжке губ, в то время как один из норов вправлял ему плечо, — ты дал мне еще опыта, колдун. Я учту и его.

Ночь на четвертое мая, графство Нестингер

Люк Дармоншир

«…Как слышите? Прием. Прием. На нас напали. Иномиряне на охонгах. С ними какие-то твари, мы таких еще не видели! Двигаются быстро, вырезают всех. Обычным оружием с ними не справиться. Мы находимся под щитом мага. Нас осталось семь человек. Остальные мертвы. Враги еще здесь. Щит долго не выдержит! Просим подмоги. Просим подмоги! Прием. Прием!»

Долго наслаждаться ужином Люку не пришлось. И поспать полковнику Майлзу тоже не удалось.

В ночи под грохот артиллерии одна за другой стали приходить радиограммы, что на позиции дармонширцев по всему фронту произошли жесточайшие нападения. Выжившие сообщали, что враги появлялись молниеносно, малыми отрядами, и после атаки откатывались обратно, за укрепления иномирян. Сообщали, что наемников на охонгах сопровождали некие твари, выглядевшие так, как если бы муравья сплавили с человеком и дали ему разум убийцы.

Три передовых стрелковых батальона молчали, и по молчанию этому все было понятно. Люк метался от позиции к позиции — но враги уходили так же быстро, как нападали. И он, опускаясь туда, где лежали изуродованные трупы солдат — его солдат, людей, которых он призвал на защиту дома, — шипел и выл от жалости и ярости. И едва удерживался от того, чтобы броситься к замку Нестингер и самому разбить его, разрушить, похоронив слишком умного, слишком умелого в войне врага под камнями.

Нет. Пусть работает артиллерия.

Сумели отбиться берманы — но и они потеряли десяток своих людей, при этом разорвав куда больше странных тварей. С потерями, но справились огнеметчики, а также те отряды, в составе которых было хотя бы несколько магов. Особенно магов с амулетами, подаренными Марине старшими сестрами.

— Огнедухи жгут этих тварей, как обычных инсектоидов, — докладывал ближе к утру один из стихийников, пока Люк рассматривал обугленных существ, воняющих паленой плотью и муравьиной кислотой, тела которых лежали вперемешку с телами иномирян. Половина головы у одной твари была выжжена, и от мерзкого переплетения человеческих и инсектоидных элементов Люка замутило.

Маг продолжал:

— Нам повезло, что дозорные успели подать голос и запустить сигнальную ракету. В ее свете я увидел нападающих и сразу активировал амулет. Огнедухи их подчистую всех выжгли. Мы посчитали — пятьдесят охонгов и пятьдесят этих… особей. А в моем камне восемь огнедухов, они почти не истощились. Так и спаслись. Хотя и не все. — Он мрачно посмотрел под дерево, где лежали тела дозорных.

В погребальных кострах после нападения горели все, потому что дармонширцы при продвижении к Нестингеру ежедневно встречали группы нежити. И ее становилось все больше.

Утром от одного из пленных удалось узнать, что новых тварей называют невидши и они и есть секретное оружие вражеских богов. Примерно в это же время пришла информация из Рудлога, что в сражении в Йеллоувине участвуют подобные бойцы и нужно быть готовыми к их появлению.

Не успели передохнуть от ночной атаки, как со стороны врага тоже заработали артиллерийские орудия — пусть их было не так много, как у дармонширцев, но, значит, врагу удалось сломить кого-то из пленных операторов боевых машин и заставить работать на себя.

— Они поджимают нас артиллерией к фронту, — резюмировал бледный Майлз на очередном коротком совещании. — И пытаются рассечь армию. Делают ровно то, что мы. Их командующий, — он поморщился, — слишком быстро учится.

Проблема заключалась в том, что удары были хаотичны и коротки, — Люк не успевал подняться в воздух, чтобы засечь расположение машин противника, как выстрелы прекращались. И пусть в ответ расположение иномирян тоже «гладили» из бортовых орудий эмиратцев и из тыла дармонширцев — по всему выходило, что артиллерия иномирян спрятана где-то в городках, в которых еще находились жители. И поэтому тотальная зачистка была невозможна.

Таммингтон спал и просыпаться не собирался. Люк, поднимаясь выше зоны поражения артиллерией, летал над городками, искал места дислокации машин. Как минимум две находились в районе замка Нестингер: с высоты герцог заметил парную вспышку, но точное местоположение определить не смог.

Хватило суток, чтобы над дармонширцами вновь замаячил призрак поражения. Сейчас не было фортов, к которым можно было прижаться, не было системы укреплений. Ничего не было — но враг настойчиво напрашивался на столкновение.

— Что мы будем делать? — спросил Люк хмуро. — Ночью нападение наверняка повторится.

Майлз потер глаза в воспаленных прожилках, отчего они стали еще краснее.

— Мы примем приглашение, ваша светлость.

Часть 1

Глава 2

Ночь с четвертого на пятое мая, Истаил, Пески

Ангелина

Вечером после прилета спасенных драконов в Истаил дворец Нории превратился в гигантский лазарет и одновременно огромную кухню. Слуги и служащие потрудились на славу, подготовив его к приему почти трех с половиной тысяч драконов.

Прямо во внутреннем дворе у фонтана стояли котлы, в которых доваривался мягко-пряный мясной суп ха́ши, липкий и жирный, придуманный давным-давно для восстановления