Искупление - Сюзанна Бэк

Спустя примерно три часа, я сидела в библиотеке и наслаждалась тишиной. Урок прошел немного лучше, чем предыдущий. Я почти отчаялась донести основы английского языка до моих учениц.

Корина сидела напротив и что-то писала.

Вдруг странный звук донесся из коридора, заставив меня встать с кресла. Тело недовольно застонало, но я не собиралась давать ему поблажки.

"Это еще что такое?"

Корина промолчала, одаривая меня своей потрясающей и загадочной улыбкой.

Звук повторился и вскоре стал постоянным. Новые голоса присоединялись к стройному хору. Раздались удары металла о металл, регулируя ритм выкриков. Я прислушалась, пытаясь понять слова. Скоро я поняла, что не слова, а слово повторялось снова и снова. Мне представилось, как банды сошлись в драке, а остальные заключенные кричат, подбадривая своих фаворитов.

Как это случалось довольно часто, Корина умудрилась прочитать мои мысли и успокаивающе улыбнулась:

"Они не дерутся, прислушайся".

Я старалась как могла, но ничего не могла понять.

"Это то о чем ты говорила?"

"Скорее всего, оно и есть"

"И это не драка?"

"Нет"

"А что же это?"

"Есть только один способ узнать, Ангел".

Мне было тяжело стоять, не то, что ходить.

"Лучше, чтобы это был чертовски хороший сюрприз", - пробормотала я.

"О, так и будет", - хитро улыбаясь, ответила Корина.

Кинув в ее сторону уничтожающий взгляд, я двинулась в путь.

Стоило мне выйти из библиотеки и направиться к главной тюремной площади, как крики усилились. "Болото" сделано из восьми уровней камер, расположенных буквой "О" и образующих круглую площадь. Когда я увидела ее, то растерялась от того, что увидела. Сотни заключенных в ярко оранжевой форме кричали, прыгали и свистели в унисон, их лица светились от предвкушения. Они разделились на две группы. Оставляя между собой дорожку, что выглядело как будто войско расступилось и ожидало когда кто-то пройдет сквозь строй. Даже лестницы были забиты заключенными, которые смотрели на дальний вход с ожиданием.

Из-за маленького роста, я не могла разглядеть большего. Любопытство убивало меня. Как Красное или точнее Оранжевое море, заключенные расступились пропуская меня к ухмыляющейся Пони, которая ждала меня на одной из первых ступенек лестницы. Криттер и Сони тоже были там, улыбаясь и похлопывая меня по плечу, они поздравили меня с тем, что я выжила в ночной драке.

Я счастливо улыбнулась в ответ и спросила, пытаясь перекричать толпу.

"Что происходит?"

Криттер подмигнула и ответила:

"Скоро увидишь!"

Я поняла, что нормального ответа я не дождусь и решила устроиться поудобнее, чтобы лучше видеть происходящее. Наконец, я расслышала, что кричала толпа.

Недоумевая, я повернулась к Пони?

"Айс? (прим. переводчика - Лед)

Моя подруга просто кивнула и обратила мое внимание на другой конец площади. Я стала высматривать, что же происходит, когда крики прекратились и начались хлопки, усиливая громкость с каждым ударом. Я думала, что с барабанными перепонками можно попрощаться.

Неожиданно, главная дверь на том конце площади распахнулась и я увидела оранжевое пятно формы заключенной, которую окружала охрана в коричневой униформе.

Тюрьма взорвалась от крика. Я заткнула уши и смотрела на этот спектакль с удивлением.

Двое охранников вошли первыми, а за ними, с крепко закованными руками и ногами, вошла та, которую все так ждали. Меня как стукнули. Звуки вокруг меня исчезли, хотя тело все еще ощущало вибрацию от их громкости. Возвышаясь на полголовы над мужчинами, окружавшими ее, с королевской грацией, видение вошло на тюремную площадь. Она, казалось, управляла толпой, не говоря ни слова, просто силой духа и я не могла сопротивляться этой силе. Ее волосы были черными и блестели, спускаясь по ее плечам на спину. Даже тюремная форма, облегающая ее как любовница, не могла скрыть потрясающую фигуру. Как бы я хотела стать именно той тюремной формой. Правильные черты лица, как у древней богини, полной огня и неистовства, высокие скулы и полные красные губы. Но ее глаза. Я могу дожить до ста лет, но не смогу описать их совершенства. Сверкая яростью и гордостью, они были ярко-голубого цвета, как самая горячая часть пламени свечи. Или, может быть, такие голубые, как центр ледяной глыбы. Тут я поняла значение ее тюремного имени, которое подходило ей как никакое другое.

Ее взгляд был и огнем, и льдом одновременно. Ее ноги, длинные и сильные, несли ее как дикое хищное животное. А охрана смотрелась рядом с ней как королевский эскорт, сдерживающий толпу почитателей.

Она смотрела прямо пока не дошла до лестницы. Потом, жутко медленно, ее голова повернулась и я почувствовала как тону в этом взгляде, окутавшем мое сознание. Наши глаза встретились и я уверена, что побледнела. Целая вечность прошла за одну секунду. Ее душа позвала, а моя ответила, видения пронеслись между нами, рассказывая о прошлых жизнях и жертвах, которые были принесены во имя совершенной любви, которая никогда не рождалась и никогда не умрет.

Вся тюрьма смотрела на нас, а я только на нее. Она представляла собой свободу, которой не каждый способен достигнуть даже за пределами тюрьмы. В ее взгляде была синева солнечного летнего дня, обещание безопасности и измученная душа, а еще любовь..., все это в одной секунде, и я могу получить все это стоит только собраться с силами и взять этот дар. Мое тело последовало зову души и бессознательно, я подняла руку, пытаясь почувствовать тот контакт, который так глубоко проник в мою душу. Убедиться, что это не сон, а реальность. Вдруг, охранник оказался передо мной, возвращая меня на землю. Я почувствовала, как мою руку аккуратно отвели, не давая мне продолжить движение. Полуулыбка появилась на мягких и полных губах моего видения. Слегка приподняв бровь, с тенью удивления на лице, она двинулась выше, оставив меня без воздуха. Неожиданно, все звуки вернулись и моя голова пошла кругом. Пони поймала меня, пока я сползала по стене на пол. Толпа начала расходиться, а Пони и Криттер, взяв меня под руки, пошли в библиотеку. Сони шла немного позади.

Я мало что помню о том, как мы добрались до места. Лучшая метафора, которая приходит мне на ум, это прикосновение к забору под напряжением, остающееся в памяти надолго и оставляющее чувство присутствия на коже. Погруженная в эти мысли, я не заметила, как оказалась в кресле, а надо мной столпились друзья, которые ухмылялись над моим невменяемым состоянием.

Следующее, что я помню, это Корина предлагающая мне чай.

"Ты в порядке?", - спросила она мягким и спокойным голосом.

"Я... я не знаю, думаю, что да", - посмотрев на нее я попыталась собраться с мыслями.

"Что случилось?"

Корина улыбнулась. "Случилось?... Айс!"

Глава 2

"Кто она?" Этот вопрос внезапно завладел всем моим существом. Ответ был мне необходим как воздух и пища.

Моя подруга встала с кресла и подошла к столу. Выдвинув один из ящиков, она достала альбом с газетными вырезками и положила его передо мной.

-Это может ответить на некоторые из твоих вопросов.

Открыв альбом, я прочла первый заголовок, и смутная тень узнавания замаячила перед глазами. Даже если вы никак не относитесь к этой области общественной жизни, но вам было достаточно лет, чтобы читать газеты в конце шестидесятых, вы должны помнить имя Морган Стил. В то время за ней прочно закрепилась сомнительная слава самой юной женщины - массового убийцы в американской истории. Сейчас, наверное, кто-то превысил ее рекорд, но тогда имя Морган не исчезало из заголовков.

Она выросла на улицах. Ей было пятнадцать, когда ее лучшего друга убили из-за наркотиков. В то время девушки не было в городе, а вернувшись и узнав, что случилось, Морган обезумела от горя и ярости. Украв оружие в ломбарде, девушка выслеживала убийц своего друга около месяца, и наконец загнала их в ловушку на складе. Там было шестнадцать членов уличных банд, и она убила их всех. Когда кончились патроны, она начала добивать выживших ножом, а когда и он сломался, Морган прикончила последних голыми руками.

Приехавшие из-за звонка по поводу "нарушения спокойствия" копы прибыли на склад как раз вовремя, чтобы увидеть, как Морган сворачивает шею последней жертве. Ярость девушки еще не улеглась, и она напала на двух полицейских, попытавшихся ее арестовать.

Она получила пять огнестрельных ран и провалялась в госпитале несколько месяцев, прежде, чем предстать перед судом. Вердикт был известен заранее, но приговор вызвал интерес. Поскольку Морган была несовершеннолетней, смертная казнь, возможно справедливая, но невозможная, не была решением. Большинство считало, что до 21 года она будет отбывать срок в колонии для несовершеннолетних, а потом выйдет на свободу без последствий. Но судья решил иначе (и это сыграло очень важную роль в рассказываемой истории): пожизненное заключение без возможности досрочного освобождения в колонии строгого режима для взрослых.