Случайная беременность. Наследник магната - Кэти Свит

– подходит к машине и открывает дверь, жестом приглашая пройти. – Прокатиться на такси.

Закатываю глаза.

Лапотникова! Да в кого ж ты упертая-то такая?

Охх.

– Хорошо, – вздыхаю, сдаваясь.

Сажусь на заднее пассажирское кресло, называю адрес.

– Довольна? – спрашиваю, высовываясь из приоткрытого окна.

– Более чем, – лучезарно улыбаясь, произносит подруга. Стучит по крыше. – Езжайте! – дает указание водителю. – Марь, такси за мой счет, – сообщает, подмигивая и не дав мне ни единого шанса что-то возразить на это, уходит.

Машина встраивается в автомобильный поток.

Желая хоть немного унять свои расшатавшиеся нервы, откидываю голову назад и закрываю глаза. Не замечаю, как проваливаюсь в беспокойный сон, где мне снится брутальный гинеколог, орущий не своим голосом, малыш в коляске и тот самый нахал.

– Сам виноват! Я по правилам езжу! – раздается буквально над ухом.

– Правила учи! Я не должен тебя пропускать! – возмущается мой водитель.

С готовящимся выскочить от страха сердцем из груди, подскакиваю на месте и широко распахиваю глаза.

Передо мной картина “маслом”.

– Опять? – выдыхаю обреченно.

Вселенная, ты прикалываешься надо мной что ли?

– Авария? – засунув как можно глубже в одно место упадническое настроение, обращаюсь к водителю.

– Нет никакой авария, – тараторит эмоционально, а от спешки его акцент становится вообще нереальным и трудно разбираемым. – Сейчас поедем, – заверяет меня.

Оцениваю ситуацию и вижу совершенно другое. Как по мне, мы не сдвинемся с места минимум часа два.

– Убирай свою тачку! – водитель высовывается из окна и обращается к стоящему по соседству с нами таксисту. Тот отвечает на другом языке.

Пусть я не понимаю обращенной речи, но все настолько очевидно, что даже не нужно вникать. Два барана не уступили дорогу и притерлись. Заблокировали две полосы и теперь на этом месте образуется гигантская пробка.

Никто из водителей не желает отступать.

– Завершай маршрут, – требую.

– Нельзя завершать! – прилетает в ответ.

Дурацкое дежавю.

Молча забираю свою сумочку, открываю дверь и, не говоря больше ни единого слова, выхожу из авто. Еще одной стычки на сегодня мои нервы не выдержат.

Пишу Лизе сообщение со сложившейся ситуацией, предупреждаю, что поеду на общественном транспорте и прошу не волноваться.

Делаю глоток свежего воздуха, заставляю себя улыбнуться. В ближайшем маркете покупаю ароматный некрепкий кофе и направляюсь к метро.

Плохое настроение медленно улетучивается, новость о беременности уже не кажется чем-то реальным, и я снова начинаю свободно дышать.

Завтра поеду в клинику, где мне делали процедуру на шейке матки, попрошу своего гинеколога принять меня без очереди. Там и разберемся.

Может быть, Лизкин секси-доктор оказался больше секси, чем врач?

Чем дольше иду, тем крепче убеждаюсь в невозможности беременности. Даже радуюсь! А это значит, что у меня точно все будет хорошо.

Допиваю кофе, выкидываю стаканчик и спускаюсь в метро.

Вибрацию телефона чувствую далеко не сразу, а когда понимаю, что мне звонят, то обнаруживаю пять пропущенных.

Странно.

Набираю номер и понимаю, что это звонили из той самой клиники, где делала процедуру.

Странно вдвойне.

Глава 8. Демьян

– Где. Мой. Ребёнок? – сверлю стоящего передо мной врача гневным взглядом. Моей злости нет предела.

Я потратил уйму времени в чёртовых пробках, несмотря ни на что приехал в клинику. Чтобы что? Узнать, что моего ребёнка не существует?!

Отказ я мог получить и без личного присутствия. Меня заверяли в другом.

– Как видите, его нет, – всё так же сухо отвечает мужчина в белом халате.

Молодой, борзый. Он, видимо, не понимает, с кем имеет дело.

Что же… Сам виноват!

Лежащая на кушетке молодая женщина тихо скулит.

– Где ребёнок? – обращаюсь к Марии. У нас с ней заключен договор, и она заверяла меня, будто все в порядке. С ее слов инсеминация прошла идеально, и через девять месяцев я получу своего долгожданного наследника.

Мария девушка умная. Она сразу поняла, с кем имеет дело. Сумма ее гонорара с лихвой покрывает все трудности, через которые ей придется пройти.

– Я… Я… – шепчет, пересиливая слезы. Она вне себя от горя, но мне на её чувства плевать.

Мне важен результат. А его нет!

И это бесит. До невыносимости.

– Что я?! – взрываюсь. – Где?! – выбрасываю руку вперёд, показывая на её живот. – Где. Мой. Ребёнок?! Не ты ли убеждала, что беременна и просила перевести денег на расходы? М? – накидываюсь на нее.

Девушка начинает в голос рыдать, я завожусь только сильнее. Еще немного и нахрен здесь все разгромлю.

– Успокойтесь! – требует врач, повышая голос.

Останавливаюсь. Меня словно ледяным душем окатили.

Медленно поворачиваю голову, пристально смотрю на него. Это твой последний день в профессии, кусок идиота! Тебя сегодня же вышвырнут из клиники со всеми вещами и с волчьим билетом в зубах.

Меня бомбит.

– Мария, можете одеваться, – стойко выдерживая мой взгляд, обращается к рыдающей женщине. Пожалуй, это единственное, что вызывает в нем уважение, но ни стойкость, ни принципиальность никоим образом его не спасут.

Стоящий передо мной мужчина только что подписал себе, как врачу, смертный приговор, и как только я выйду из кабинета, его приведут в действие.

Он больше не сможет работать по профессии. Никогда и нигде.

Ну, только если не уедет в глухую глушь, до которой все никак не доберется цивилизация. Но там, так уж и быть, пусть пашет. Пофиг вообще.

Медсестра предлагает девушке свою помощь, но та её отвергает. Лежит на кушетке и не желает вставать.

– Может ещё раз посмотрим? – обращается к врачу с плохо скрываемой истерикой.

Она на грани. Я тоже, но уже по совсем другому поводу.

– Мы уже посмотрели, – не уступает врач. – Вы не беременны, – произносит с нажимом.

Не желая попусту тратить ещё больше своего времени, выхожу из кабинета и широким размашистым шагом направляюсь прямо к главврачу.

– Туда нельзя! – завидя меня, секретарша подскакивает на ноги. Подбегает к двери в кабинет и встаёт перед ней живой стеной.

Смешно! Будто она меня остановит.

Равносильно тому, чтобы веткой от березы пытаться остановить мчащийся на скорости локомотив.

– Отошла! – грозно рычу, напирая.

Стоит на месте.

Да что ж за день дурака сегодня? Словно сговорились собраться разом рядом со мной.

– Живо! – произношу таким тоном, аж воздух вибрирует. Если у стоящей передо мной курицы