Мой некоронованный принц, или Золушки не продаются - Юлия Бузакина

– Какие они красивые… – серо-голубые глаза Павла потемнели, и он с жадностью сжал ладонями тугие груди.

Осторожно вздохнув, Аня подалась вперед, навстречу ласке. Его пальцы сжимали, ласкали, покручивали тугие соски и заставляли кожу нежной груди покрываться мурашками.

Прикрыв глаза, она ощущала, как по телу медленно растекается тепло давно забытого желания. Терпкое и жгучее, оно постепенно охватывало все ее существо, заставляя подчиняться прикосновениям.

Его рука скользнула ниже, под платье, и он с вожделением провел пальцами по резинке черных ажурных трусиков. Резко дернул изумрудное платье вниз, и оно упало к ее ногам.

Аня, вздрогнув от неожиданности, мгновенно очнулась от сладостной неги.

– Какая ты… потрясающая, оказывается… – Павел, словно завороженный, отошел на шаг и любовался открывшейся взору картиной. – У тебя идеальная грудь… Нет, определенно, у тебя идеальные пропорции! Полная грудь, упругие, округлые бедра. И никакой болезненной худобы. Нет, это великолепно, Аня! Интересно, какой мастер тебя создал?

По коже новой волной полетели возбуждающие мурашки.

«Чертов перфекционист!» – подумала она и смущенно потянулась к упавшему к ногам платью.

Павел тут же перехватил ее руку.

– Нет, нет! Милая, тебе совершенно ни к чему платье. В платье не принимают горячую ванну.

Он усадил ее на край кровати, присел перед ней и осторожно, одну за другой, снял черные лаковые лодочки с ее ног. Аккуратные ступни тут же утонули в ворсе ковра.

Его руки скользнули выше, коснулись бедер с внутренней стороны и принялись их оглаживать. Пальцы медленно потянули вниз резинку шелковых прозрачных чулок.

Аня зачарованно следила за его действиями. Сердце стучало где-то в висках, а низ живота наполнялся теплом. Руки протии воли потянулись к его шее.

– Поцелуй меня, – расстегивая пуговицы на его рубашке, выдохнула она.

Он не заставил себя ждать, вторгся между ее колен и впился губами в ее губы. Аня придвинулась к нему ближе, обхватила бедрами его за талию. Ее руки, поглаживая крепкие, мускулистые плечи, освобождали его от рубашки. Он усыпал жадными поцелуями ее шею, и у нее под кожей растекалось горячее желание.

Не дав ей опомниться, он подхватил ее на руки и, крепко прижав к себе, понес через гостиную.

Аня тихо прильнула к его груди. Сердце стучало, как бешеное. Ей было страшно подпускать его настолько близко, но тело предательски желало его ласки. Да и Павел, судя по всему, принял решение за них двоих и не собирался от него отказываться.

Просторная ванная комната была выложена плиткой цвета графит, вперемешку с мелким золотистым вкраплением. Посреди комнаты стояла огромная четырехугольная ванна с подсветкой и бурлящей водой.

Павел осторожно опустил ее на пол.

– Горячая ванна подана, – торжественно улыбаясь, произнес он. – Забирайся, а я принесу нам шампанское. Придется влить в тебя побольше этого напитка. Мне совсем не нравится твоя застенчивость.

Он вышел, оставив ее стоять у края ванной. Аня растерянно осмотрелась по сторонам. Заметила в углу шкафчик из резного дерева, в котором хранились полотенца, и шагнула в его сторону. Нашла полотенце и завернулась в него. Да, с полотенцем она чувствовала себя немного лучше. Снова подойдя к краю джакузи, девушка попробовала воду. Тепло-горячая. Именно такая, как она любит.

«И что я, в самом деле? Как маленькая… Мы же встречаемся с ним, он приходит ко мне домой, его знают родители. На банкете он выставил меня на всеобщее обозрение перед своими знакомыми. Рано или поздно это должно произойти. Не сегодня, так завтра или в субботу – все равно я бы оказалась здесь, в его квартире, и все бы закончилось постелью. Надо просто расслабиться, плыть по течению. Я закрою глаза и позволю ему все сделать. Ведь он сам решил, что сегодня это должно произойти».

Она оставила полотенце у одного из бортиков, и смело вошла в горячую воду.

Устроившись у бортика, Аня расслабилась. Горячая, бурлящая вода – это именно то, что ей сейчас нужно. Натянутые нервы понемногу успокаивались, и проклятые воспоминания о дешевом крымском шампанском и влюбленном в нее Максиме больше не возвращались. Пора, уже давно пора начать новые отношения. Иначе она так и останется старой девой, чахнущей в папином магазине среди пыли и сувениров.

Глава 4

Шампанское кружило голову, горячая вода расслабляла, и Аня позволила себе придвинуться ближе к Павлу. Ее уже не так сильно смущало, что под водой они совершенно без одежды.

Он забрал у нее бокал, скользнул хищным взглядом по вздымающейся под водой упругой груди и притянул девушку к себе.

– Нет, ты, правда, идеальна, – он обхватил ее лицо ладонями, и его рот обрушился на ее губы. Настойчивый и уверенный, поцелуй разливался по ее телу теплом, не давал перевести дыхание, затягивая в терпкую, жгучую пучину желания.

Руки Павла гладили под водой ее спину, идеально очерченную грудь, мяли тугие горошины сосков, скользили по изгибу округлых бедер и осторожно касались манящего островка между ног.

Ане казалось, она плавится в его руках. Бедра инстинктивно приподнялись, и она подалась навстречу его ласкам. Пальцы его рук не заставили себя ждать. Они проникали повсюду, в самые чувствительные места, отодвигая нежные складочки и прорываясь сквозь запреты.

– Какая ты сладкая… и чувственная… – срывались короткие, хриплые фразы с его губ.

Он потянул ее на себя, и она ощутила, как сильно он возбужден.

– Коснись его, – заглядывая в ее глаза, шепнул Павел. Аня, сгорая от желания, охватившего каждую клеточку ее тела, легонько сжала его восставшую плоть рукой.

Поддерживая ее под спину ладонью, он слушал ее участившееся дыхание и продолжал играть с нежными складочками, осторожно сжимая и дразня мягкую, чувствительную горошинку.

Разомлевшая от шампанского и горячей воды, она закрыла глаза и полностью отдалась во власть его рук.

Он приподнял ее бедра и усадил на себя сверху, лицом к лицу. Она всхлипнула, впилась пальцами в его плечи. Поддавшись, словно мягкий бархат, позволила насадить себя на вздымающийся от желания орган и тут же ощутила, как он заполнил ее изнутри. Не желая ее спугнуть, Павел двигался внутри нее осторожно, бережно прижимая ее голову к своему плечу.

– Тебе хорошо так, детка? – гладя ладонями ее мокрую спину, хрипло поинтересовался он.

– Я хочу еще… сильнее… – прикрыв глаза, прошептала она.

Он снял ее с себя и резко развернул спиной.

– Одно мгновение, моя кошечка, – легко шлепнул ее по упругим ягодицам он. – Фокус-покус…

Она впилась пальцами в бортик джакузи, и до ее слуха донесся шелест рвущейся обертки презерватива. «И откуда только он появился? Паша еще и