Неизвестный Арсеньев - Иван Николаевич Егорчев

год), были высоко оценены ещё в дореволюционное время. В.К. Арсеньев также часто выступал перед различными аудиториями, считая своим долгом доносить до самых широких масс знания о крае (в основном общегеографического характера). При этом он понимал, что надо рассказывать о восточной окраине России, о её природе и людях не только в докладах и научных статьях, но и более простым языком беллетристики. Заметим, что и при жизни В.К. Арсеньева, и сейчас порой высказывается мнение, что как писатель он довольно слаб. Но даже по текстам его первых полевых дневников 1906–1907 годов, то есть сугубо деловых записей, видно, что попытки беллетризованного описания экспедиционной жизни автору вполне удавались.

Создание своих первых художественных произведений В.К. Арсеньев в целом завершил ещё до событий 1917 года, но издать их тогда не смог. Только в 1920 году в Уссурийске вышла 17-страничная брошюра с двумя его рассказами – «Амба» и «Ли-Цун-Бин» из будущей повести «Дерсу Узала». В 1921 году владивостокская типография «Эхо» издала книгу, названную довольно громоздко: «По Уссурийскому краю» (Дерсу Узала). Путешествие в горную область «Сихотэ-Алинь». В 1923 году издательство «Свободная Россия» там же, во Владивостоке, выпустило книгу В.К. Арсеньева «Дерсу Узала. Из воспоминаний о путешествии по Уссурийскому краю в 1907 г.». Обе книги были изданы в мягких обложках, на плохой бумаге, с множеством опечаток. Особого внимания читающей публики и критиков эти издания не удостоились, что, впрочем, понятно, если учесть сложный политический момент того времени – Гражданскую войну в Приморье.

Хотя даже в те годы в местной периодике появилось несколько рецензий, в одной из которых (газета «Русская Армия» от 9 сентября 1921 года) было отмечено: «Нельзя обойти молчанием появление на местном книжном рынке этого солидного и в высшей степени ценного и полезного труда В.К. Арсеньева, представляющего собою научно-популярное физико-географическое описание Уссурийского Края… и предназначенного для широкой публики и учащейся молодежи. Положительно вниманию всех, начиная с юноши и кончая учёным специалистом, можно рекомендовать эту прекрасную книгу. Написана она удивительно живым и легким языком и читается с захватывающим интересом. Каждый, кто возьмет её в руки и заглянет в первые страницы её, непременно дочитает её до конца – так увлекательно и интересно ведет автор свой дневник путешествия, в форме которого предложена им эта замечательная книга…» [24].

В 1926 году некий «литератор», так и оставшийся инкогнито (судя по последующим письмам В.К. Арсеньева, это был не сам автор) значительно сократил тексты этих двух книг и объединил их под одной обложкой с новым названием «В дебрях Уссурийского края». «Совмещённое» издание состояло из двух частей без отдельных заглавий, примерно соответствующих по общему содержанию двум первым книгам В.К. Арсеньева. Прекрасно иллюстрированная художником С.И. Яковлевым, эта книга вышла во Владивостоке, в издательстве «Книжное дело», потом в Хабаровске; затем много раз переиздавалась, в том числе и в Москве. Именно её похвалил М. Горький, написав хрестоматийные строки: «Книгу Вашу читал с великим наслаждением. Не говоря о её научной ценности, конечно несомненной и крупной, я увлечён и очарован был её изобразительной силой. Вам удалось объединить в себе Брема и Фенимора Купера, – это, поверьте, неплохая похвала…» [8].

С этого издания и началась слава В.К. Арсеньева как писателя. Следует отметить, что в целом «В дебрях Уссурийского края» гораздо динамичнее и проще для чтения, чем отдельные издания 1921 и 1923 годов. Однако известно, что сам В.К. Арсеньев выражал неприятие редакторского вмешательства, с которым была издана эта книга. Кроме весьма значительных сокращений, о чём более подробно будет сказано ниже, первоначальные тексты были отредактированы без всякого уважения к авторскому праву и порой даже обессмыслены. В письме 1926 года В.К. Арсеньев сообщал профессору-этнографу Московского университета Ф.Ф. Аристову: «Как знак признательности и уважения к Вам не откажите принять от меня авторские экземпляры первого издания «По Уссурийскому краю» и «Дерсу-Узала», напечатанные в 1921 и 1923 г.г. Обе эти книги гораздо полнее, хотя изданы значительно хуже, чем в «Дебрях Уссурийского края», которая по существу есть переработанное и сокращенное издание первых двух» [25]. (Все письма здесь и далее цитируются с сохранением авторской стилистики, пунктуации и орфографии).

Ещё более резко высказывался В.К. Арсеньев в письме в издательство «Молодая Гвардия» (июнь 1929 года): «Просматривая книгу «В дебрях Уссур. края», изданную Книжным Делом, я сделал ряд неприятных для себя открытий. Эта книга является сокращённым содержанием двух моих книг «По уссурийскому краю» – 1921 г. и «Дерсу-Узала» – 1923 г. Книжное дело, без моего ведома, выпуская целые абзацы и даже страницы, не позаботилось сгладить переход от одной мысли к другой. Мало того, вместо выпускаемых абзацев, какой-то, неведомый мне, гражданин, по поручению Книжного дела, вставлял мостики, совершенно безграмотные. В следствии этого получились частые повторения одного и того-же слова, нелепые и бессмысленные выражения… Всё это при том условии, что я живу и нахожусь рядом. Кроме того, такое бесцеремонное обращение с чужой книгой, иллюстрирует невнимание, как то пренебрежение к читателю и аттестует издательство. Меня это даже как то расстроило, потому что лицо, позволившее себе такое отношение к моей рукописи, спряталось за моей фамилией…» [21].

Таким образом, самые первые, владивостокские издания своих книг В.К. Арсеньев считал более удачными, чем последующие. Надо сказать, что веские причины для недовольства у автора имелись. В первую очередь следует принять во внимание общий объём сокращения текстов. Так, в первоначальном варианте книги «По Уссурийскому краю» было 40 глав – после правки в 1926 году осталось 29. Повесть «Дерсу Узала» в 1923 году насчитывала 30 глав, после редактуры их стало 24. Правка была жёсткой и во многом непродуманной: некоторые главы сокращены более чем на треть, иные две и даже три соединены в одну, из-за чего сменилась нумерация глав и они были переименованы; порой между отдельными эпизодами переброшены вполне произвольные «мостики», заменившие (явно неудачно) целые абзацы авторского текста. Кроме политических мотивов, рукой редактора водили и мысли о сокращении «ненужных» длиннот и подробностей. Поэтому были массово выброшены описания природы и погоды, ландшафтов, местных достопримечательностей, притоков рек, а также все латинские названия животных и растений.

Порой логика редакторского вмешательства понятна – с учётом реалий того исторического периода. Так, были исключены все «идеологически неверные» (с точки зрения советской цензуры) фрагменты. Например, глава «Рождественские праздники» из повести «Дерсу Узала» переименована в «Зимние праздники», убрано само упоминание Рождества Христова и текст беседы В.К. Арсеньева с членами его отряда о религиозных истоках этого празднества. В издании 1921 года подзаголовок XI главы книги «По Уссурийскому краю» обещал читателю огласить «Признаки приближения