Лялька. По волчьим законам - Ромеро Екатерина

Пячусь от него назад, но комнатка маленькая. Мне не уйти, не убежать от Змея. Замечаю, как стекло это битое в моей руке уже ходором просто ходит. Я и правда, скорее пораню себя, чем его.

– Почему вы такой жестокий? Вы ничего не знаете!

– Так расскажи. Я послушаю и может быть, мне понравится то, что я услышу.

Бандит подходит ко мне вплотную, острый край битого стекла впивается ему в бок, но кажется, он не боится поранится. Боже, он совсем ничего не боится! Как хищник дикий необузданный, наглый, дерзкий, самоуверенный ублюдок!

Я чувствую его запах, он слишком близко и от страха даже пошевелится не могу. Ощущение такое, что это не я сейчас держу острое стекло у его тела, а он приблизил лезвие к моей артерии у шеи.

– Чего застыла, кукла? Режь! Или кишка тонка?

– Не подходите!

Шах смотрит на меня глазами своими дикими сверху вниз, а я теряюсь. Осколок подрагивает в руке, но ладонь я не убираю. Это единственная моя защита, но вместо того, чтобы остановится, Змей делает еще шаг ко мне прямо на стекло! Я вижу, как вскоре пропитывается кровью его белая рубашка, а он даже бровью не ведет. Совсем!

Боже, он и правда, психопат…Шах ничего не боится: ни боли, ни крови, в отличие от меня.

От вида его крови меня пошатывает, пальцы становятся деревянными и стекло вываливается из ладони. Я боюсь ранить даже его.

– Показала свое “я”? А теперь я покажу.

Чеканит Шах, после чего одним рывком стягивает с меня одеяло. Оно сразу же валится тряпкой к моим ногам, полностью оголяя меня перед бандитом.

Глава 7

Я думала, что стойкая, спокойная, но сейчас мое спокойствие трещит по швам. Шах не нежен со мной, не ласков, не терпелив. Он с легкостью толкает меня на кровать, навалившись сверху.

– Нет, пустите, не надо!

Резко поднимаюсь, но он придавливает меня коленом, цементируя на месте.

– Чш…Тихо, блядь! Что противен тебе, да? Перед остальными не противно было ноги раздвигать?

– Нет, не смейте трогать меня! Я лучше умру, неет!

Он чертовски силен, мои слабые трепыхания ни к чему не приводят. Змей с легкостью собирает мои руки, заводит их над головой, придавливает собой, порабощая, как зверь.

Я же пугаюсь. Его напора, агрессии, жестокости, беспощадности. В какой-то момент начинаю кричать, задыхаться в руках этого бандита, чувствуя жар и вес его тела, но резкая пощечина по лицу мигом отрезвляет и я, наконец, смотрю в его черные, как смоль глаза. Потемневшие, диковинно-красивые, наполнены лютой ненавистью. Ко мне.

– Пришла в себя? А теперь слушай меня внимательно, лялька. Я оставил тебя в живых, но не думай, что безвозмездно. Ты должна меня слушать, если и дальше хочешь жить! Во всем.

Рустам практически сидит на мне, зажал меня собой, вдавил в матрац, как ципленка, от чего я даже дернутся не могу. Всхлипы только вырываются из груди. Я ведь еще не была с мужчиной, и это все…просто дико для меня.

– Пожалуйста…не делайте мне больно.

Мои слезы стекают к вискам, делая волосы мокрыми. Он меня не пожалеет. Шах не знает, что это такое.

– Буду драть, как пожелаю, и чтоб не пищала! – его сильные руки по обе стороны от меня сомкнуты в кулаки. Змей меня просто по стенке размажет, я понимаю, что никто со мной не играет. – Запомни правила, кукла: не касаться меня, не говорить без спросу, не рыдать! Раньше надо было думать. Будешь отрабатывать, не то клянусь, на тебе места живого не останется!

Рычит на меня и я откидываюсь на подушку, прикрываю глаза, коротко киваю. Если хочу выжить – я должна его слушать. Я должна поломать саму себя. Чувствую только, как слезы снова и снова катятся к волосам, но не дергаюсь больше. Это только сильнее раззадорит зверя, а выводить его я не хочу.

Нащупываю пальцами простынь. Впиваюсь в нее обеими руками до боли. Дышать тяжело, но реветь больше себе не позволяю. Буду сильной, я должна быть сильной, обязана!

Не двигаюсь, не прошу его не трогать меня. Нос лишь царапает запах Шаха. Терпкий, такой мужской, совершенно чужой, сильный. Он не противен мне, но я его не знаю, а еще я его до чертиков просто боюсь.

Я лежу под ним, как лягушка распятая. Голая, беззащитная и чуствую только, как Змей проводит руками по моим волосам, шее, груди, маленькому еще свежему порезу на ключице. Глаз не открываю. Не могу. Это сильнее меня.

Вскоре понимаю, что дышать мне стало легче. Шах поднялся с меня. Приоткрыв глаза вижу, как он расстегивает рубашку. Я же даже не шевелюсь. Тело как одеревенело. Он сказал его не трогать, не говорить и кажется, это даже хорошо, потому как у меня нет слов, а тело совсем перестало меня слушаться.

С замиранием сердца слышу, как щелкает пряжка ремня. Бандит полностью раздевается, а я лишь пытаюсь держать свое сердце в руках. Не бойся, не бойся, не бойся! Терпи, ты же всегда так делаешь, подумай про что-то хорошее, как обычно, но нет. С ним это не работает. Когда Змей рядом, я могу только смотреть на него.

Мельком поглядываю на Шаха. У него мускулистая спина и широкие плечи, жилистые руки, упругие ягодицы, сильные ноги. На теле нет тату, кожа смуглая матовая, видно, на левой стороне у ребра есть небольшой шрам.

Развернувшись, Шах подходит к кровати и я замечаю его торс. Подтянут, ни капли жира нет, на груди волосы черные, весь поджарый, очень высокий.

Медленно опускаю глаза и тут же отворачиваюсь, видя его возбуждение, все его…мужское. Боже, Шах меня прикончит своим членом, мне особо не с чем сравнивать, но кажется, он очень большой. Ровный, эрегированный, толстый.

– Не надо…Прошу, я девственница.

Подползаю к стене. Свожу ноги вместе, прикрываю руками грудь. У него же должно быть сердце и это та правда, которую я могу ему сказать.

– Хорошая попытка, но глупая. Ты думаешь, я поверю в эти сказки?

– Это правда…

– Молчать! Будешь открывать рот, когда я позволю! На колени.

Рычит, кивает на пол, а я лишь головой мотаю.

– Нет. Не могу. Не стану.

– Или сама или я помогу!

Сцепляю зубы, осторожно спускаюсь с кровати. Лучше я сама, чем он коснется меня.

Становлюсь на колени, как раз напротив его эрекции. Толстый член покачивается напротив лица, как удав. Боже, дай мне сил.

– Открой рот.

Сижу и даже не шевелюсь. Я не могу. Я просто не способна пересилить себя. Без любви. Нельзя. Нельзя так.

– Не буду!

Вздрагиваю, когда чувствую жесткий захват волос. Шах больно отклоняет мою голову.

– Ты забыла про послушание?

– Пожалуйста, не надо. Не надо так со мной!

– Глаза открой, русалка, блядь!

Распахиваю глаза. Напротив покачивается большой член чудовища. Венка пульсирует на нем. Теоретически, я знаю как это делается, но еще не пробовала. Мужчину ласкать. Это же по любви всегда делается, не так ли? Нет, только не в моем случае.

– Быстрее!

Рычит Шах и я вижу, что он теряет терпение.

Тянусь к нему. Обхватываю рукой, которая от его размера даже не смыкается. На головке поблескивает капля смазки. Чувствую мужской мускусный запах и запах мыла. Не противен, но очень новый для меня, необычный, терпкий.

Осторожно касаюсь губами головки. Целую. Провожу по ней кончиками пальцев. Целую снова чувствуя, как дрожит каждая клетка в теле.

– Ты что, сосать не умеешь?!

Хватка на волосах становится сильнее и приоткрыв мне рот рукой, Рустам обхватывает член и заводит сам мне его в рот. Глубоко, слишком неожиданно глубоко до самого горла, заставляя сразу же начать давится, задыхаться от его плоти.

– Дыши, блядь!

Пробует снова, но я так сильно боюсь, что начинаю задыхаться, как только чувствую этот огромный орган у себя во рту. Как, как они делают это? Нереально же.

– Сучка. Иди сюда.

Шах рычит и вынимает член из моего рта. Кажется, я все же взбесила зверя.

Глава 8

Огромными руками Шах подхватывает меня за талию и укладывает на кровать. Подтягивает к себе как куклу, игрушку, собственность или кто там я для него.