Король Призраков - Роберт Сальваторе

Вдруг шевельнулся стоявший на поле камень. Потом еще один дрогнул и наклонился сильнее.

Джарлакс сделал шаг по направлению к древним памятникам.

Луна исчезла, скрывшись за большой тучей, и темнота сгустилась. Но глаза уроженца Подземья были способны видеть и при более скудном освещении. В глубоких пещерах, далеко от поверхности земли, клочок светящегося мха для него был таким же ярким, как горящий факел. И без света луны Джарлакс увидел, как стоявший вертикально камень снова шевельнулся. Совсем немного, словно кто-то ворочался в земле у его основания.

— Кладбище… — прошептал дроу, узнав, наконец, в камнях старинные надгробия и вспомнив предположение Атрогейта.

В этот момент снова показалась луна, осветила пустошь. В грязи, под покачнувшимся камнем, что-то шевелилось.

Рука — рука скелета.

Странная, зеленоватая молния зажглась на поле, и ее ветви расползлись во все стороны. В этом ярком свете Джарлакс увидел, как закачались другие камни и под ними зашевелилась земля.

Я нашел тебя, дроу, — донесся до него зловещий шепот чудовища.

— Атрогейт, — негромко окликнул Джарлакс своего спутника, — просыпайся, мой добрый дворф.

Атрогейт фыркнул, кашлянул, рыгнул и перевернулся на бок, спиной к дроу.

Из висящего на поясе чехла Джарлакс достал небольшой арбалет и проверил натяжение тетивы. Потом он представил себе тяжелый дротик с тупым концом, и волшебный колчан тотчас выдал его в протянутую руку эльфа.

— Просыпайся, добрый дворф, — повторил дроу, не отрывая взгляда от ожившего поля.

Костлявая рука у подножия сильно наклонившегося камня отчаянно хватала воздух.

Не дождавшись ответа Атрогейта, Джарлакс опустил арбалет.

— Эй, вот она, расплата за бекон! — возопил дворф, когда дротик ударил его пониже спины.

Дворф прокатился по земле, завозился, словно перевернутый краб, но все же вскочил на ноги. И принялся подпрыгивать на полусогнутых ногах, потирая ушибленную задницу.

— Что ты узнал, эльф?! — крикнул он, немного успокоившись.

— То, что ты своим громким храпом разбудил мертвецов, — ответил Джарлакс и махнул рукой поверх плеча дворфа, показав на усеянное камнями поле.

Атрогейт одним прыжком развернулся.

— Я вижу… темноту, — сказал он.

Не успел он закончить, как из-за туч снова показалась луна, к тому же над полем, словно энергетическая сеть, опять вспыхнула зеленоватая молния. Стало видно, как из могил поднимаются скелеты и бредут к поросшей деревьями каменистой гряде.

— Похоже, они направляются к нам! — воскликнул Атрогейт. — И выглядят достаточно голодными. Даже изголодавшимися, я бы сказал!

— Давай-ка убираться отсюда, и побыстрее, — предложил Джарлакс.

Он запустил руку в поясную сумку и выудил оттуда статуэтку скакуна, у которого вокруг копыт вились языки пламени.

Атрогейт кивнул и достал фигурку кабана.

Они одновременно бросили на землю фигурки и призвали своих скакунов: фыркающего дымом и бегущего на объятых пламенем копытах адского жеребца Джарлакса и распространявшего вокруг себя жар и пламя нижних уровней адского вепря. Джарлакс, первым вскочивший на скакуна, повернул его в противоположную от поля сторону, но, оглянувшись, увидел, как Атрогейт схватился за рукоятки кистеней и с диким ревом погнал вепря на кладбище.

— Так быстрее! — закричал дворф, раскручивая на цепях тяжелые металлические шары. — Ба-ха-ха!

— О богиня Ллос, — застонал Джарлакс, — если ты послала его, чтобы меня помучить, знай, что я сдаюсь, только забери его обратно!

Атрогейт несся прямо к кладбищу, и вепрь под ним злобно брыкался и лягался. Поблизости ударила еще одна зеленая молния, осветив десятки восставших трупов, тянувших костлявые руки навстречу дворфу.

Атрогейт заревел еще громче и сильно сжал ногами бока кабана-демона. Волшебный скакун, разъяренный не меньше своего бородатого седока, устремился в гущу скелетов, и дворф раскрутил над головой шипастые шары. Поднявшиеся скелеты окружили его со всех сторон, но тяжелые кистени крушили кости, отбивали протянутые руки и пальцы, дробили ребра в мелкие осколки.

Боевой вепрь, пробивая себе путь в толпе безмозглых трупов, пустил в ход клыки и копыта. Атрогейт ударил скакуна в бок коленом, и волшебный кабан, прыгнув вперед, изрыгнул пламя нижнего уровня. Из-под копыт тоже взметнулись оранжевые языки огня, опалившие все в радиусе, равном половине роста дворфа. Вокруг Атрогейта образовалось огненное кольцо, земля задымилась, а кое-где загорелись высохшие пучки растительности.

Огонь заставил ближайших противников немного замедлить ход, и они задержали остальных, но мертвецы сомкнули кольцо и не выказывали ни малейших признаков страха.

Ловким движением руки Атрогейт обрушил один из шаров на череп скелета, превратив его в облачко беловатой пыли. Дворф широко размахнулся вторым кистенем, шар описал плавную дугу и сбил сразу три протянутые костлявые конечности.

Но скелеты то ли не замечали потерь, то ли не обращали на них внимания и продолжали наступать. Кольцо смыкалось все теснее и теснее.

Атрогейт отвечал на усиливающийся натиск оглушительным ревом и все быстрее раскручивал усеянные шипами шары. Ему уже не надо было прицеливаться. Дворф не мог промахнуться, даже если бы очень постарался. Со всех сторон к нему тянулись скрюченные пальцы и словно ухмыляющиеся черепа щелкали челюстями.

Но вот вепрь завизжал от боли. Он высоко подпрыгнул и зажег еще одно огненное кольцо, однако безмозглые скелеты даже не замечали, как обугливаются их ноги. Острые когти рвали шкуру вепря, и боевой скакун, озверев от ярости и боли, сбросил со спины седока. Атрогейт отлетел в сторону, сокрушив целый ряд скелетов, но на их место тотчас устремились другие.

Джарлакс ненавидел такие схватки. Применял ли он обычное оружие или действовал при помощи магии, темный эльф всегда старался ошеломить своего противника, вызвать у него растерянность и вывести из равновесия.

Но нельзя рассчитывать на растерянность, когда против тебя идут толпы безмозглых скелетов или зомби.

С тяжелым вздохом он вырвал из шляпы длинное перо, бросил его на землю и на древнем наречии магов прочел соответствующее заклинание. В то же мгновение поднялся клуб черного дыма, а перо превратилось в гигантскую нелетающую птицу диатриму, десяти футов ростом и с шеей толстой, как туловище взрослого человека.

Птица, повинуясь мысленной команде дроу, ринулась на поле и начала сбивать мертвецов ударами коротких мощных крыльев и дробить кости огромным клювом.