Мои крылья - Татьяна Мороз

подлокотники кресла с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Медленно я положила свою руку сверху его руки и почувствовала, как теплая волна спокойствия пронизала меня. Он расслабил свою хватку, повернул ладонью вверх в которую я вложила свою руку он сжал ее, было ощущение что моя рука всегда должна быть в этой руке.

Другой рукой я осмелилась снять маску с его лица. Наверно это была наглость, но в этой ситуации, когда у нас возможно осталось несколько минут мне было все равно, что он подумает, я должна была увидеть его лицо. Да, это был он, его губы что я видела в своих видениях. На мгновение, я забыла, как дышать, радость, счастье и спокойствие охватило меня.

— Нет, мы не умрем. Не можем. Я не для этого встретила тебя сейчас, пронеслась мысль в голове.

Он был очень красивый мужчина из моих грёз, азиатский разрез глаз, как и у волка из моих видений, алые губы на белой коже. Он был корейцем, безумно привлекательным. Я не мола отвести взгляд. Ему было лет сорок с небольшим. Красивые темные волосы падали на лоб легкими волнами. От тоже пристально смотрел на меня, не говоря ни слова. За все это время мы не обмолвились ни словом, наверно прошло всего несколько минут. А в моем сознании это была целая вечность.

Я заметила, что он немного стал спокойнее, паника в глазах сменилась интересом.

Самолет снова тряхнуло, и мы будто полетели вниз, наверно снова попали в воздушную яму, было ощущение что мы падаем.

В салоне снова послышались крики женщин и детей.

Я крепче сжала его ладонь, закрыла глаза и в мгновение увидела себя на своем обрыве.

— Хочу показать ему это место, пусть он тоже увидит его.

Я почувствовала свои крылья, увидела их так четко, открыв глаза, я увидела, что он пристально смотрит на меня. Открывая глаза, я не потеряла ощущение крыльев, я чувствовала, что они сейчас со мной. Так мы смотрели друг другу в глаза, я растворялась в нем, мысленно закрывая нас крыльями как в кокон я отстранялась от всего что было вокруг, чувствовала, как затихает остальной мир, я больше никого и ничего не слышала и не видела.

Мы вместе стояли на моем обрыве держась за руки. Время перестало существовать. Мы смотрели друг другу в глаза и казалось память прошлых жизней приоткрыла свою дверь, чтобы мы вспомнили, чтобы мы узнали друг друга и поняли, что эта встреча не случайна.

Мы были вместе раньше и волею судьбы встретились вновь, чтобы снова пройти этот путь, чтобы снова пройти уроки жизни вместе, которые вероятно были не пройдены нами раньше.

Я услышала его мягкий приятный голос в своей голове:

— Я знаю это место, я был здесь.

Он посмотрел на меня с вопросом в глазах, так же мысленно я ему ответила:

— Я знаю, я тоже видела тебя здесь рядом со мной. Вероятно, нам предстоит выяснить почему мы возвращаемся сюда снова, что мы сделали или не сделали в прошлой жизни, я чувствую, что мы должны что-то исправить.

Вдруг пелена с глаз резко спала, я как очнулась от наваждения, он тоже заморгал, пытаясь сообразить, что произошло. Мы все- еще сидели, взявшись за руки, и смотрели в глаза.

Так хотелось спросить, что он видел, и был ли он там со мной или это плод моего больного воображения. Вдруг он посчитает меня сумасшедшей, и на каком языке он разговаривает.

Самолет перестало трясти, тишину нарушали лишь тихие всхлипывания и иногда детский плач. Пилот объявил, что мы прошли зону сильнейшей турбулентности, у нас загорелся один двигатель, но мы дотянем до аэропорта Инчеон в Сеуле. И попросил подготовиться к жесткой посадке.

Но мне уже ничего не было страшно, я встретила того, кто был моей судьбой. В эту минуту мы осознали, что все еще держимся за руки. Я убрала свою руку и на английском сказала,

— Привет.

— Привет, ответил он мне тем же приятным голосом что я услышала в голове.

— Я Йен, сказал он на английском.

— Саша, ответила я и протянула ему руку.

Он взял ее двумя руками и улыбнулся. Боже, когда улыбается он становится еще красивее, разве это возможно? Мое сердце запрыгало. рискуя вырваться и прыгнуть к нему в руки.

— Спасибо, что была рядом, тихо сказал он.

— И тебе спасибо, что твое кресло рядом было свободно.

— Оно всегда свободно, когда я куда-то лечу. Наверно всегда ждал, когда ты свалишься мне на голову, и поэтому покупаю два места в самолете, развеселился Йен.

Мне стало так легко и спокойно. Хорошо, что он говорит на английском, или мне пришлось бы и день и ночь учить корейский.

Он отпустил мою руку и сразу стало неуютно, я засунула руки в карманы толстовки, которую я надела в самолете, чтобы не наброситься на него с объятиями. Нужно держать себя в руках.

— Расскажи о себе, зачем летишь в Сеул. Я не силен в английском, но постараюсь понять.

— Ты знаешь я тоже не сильна в английском, засмеялась я, но постараюсь чтобы ты понял.

Я рассказала ему о себе почти все. Даже не понимая, почему видя человека впервые я выкладываю ему всю свою жизнь. Мы смеялись, как будто не было только что смертельной опасности, и как будто не будет еще впереди опасной посадки. Было легко и хорошо вместе. Только моя рука так и тянулась чтобы взять его за руку, чтобы постоянно чувствовать тепло его рук. Я сдерживалась, уцепившись за ткань толстовки внутри кармана.

Пилот объявил, что через 20 минут мы начинаем снижение, попросил оставаться на местах и пристегнуть ремни безопасности.

Я хотела встать, чтобы пойти на свое место, но он удержал меня за руку

— Не уходи, попросил он. Посадку без тебя я не переживу.

— Хорошо, тихо ответила я, и снова взглянув в глаза закружилась голова и весь остальной мир перестал существовать. Только чувство что моя рука в самом надежном месте. Чувство что я дома. Весь мой мир перевернулся за эти несколько часов, мое сердце больше мне не принадлежало.

Самолет резко начал снижаться, в салоне снова послышались крики, кто — то начал читать молитву в полный голос. Но мне внутри было тихо и спокойно. Я знала, что все будет хорошо. По- другому не могло быть, мы только нашли друг друга и не могли потерять, не сейчас.

При приближении к земле мы заметили много пожарных машин и