Монология - Антон Шутов

- Hу а как тогда?

- А это решать тебе. И ты не торопись с решением. Все, что ты видел, всё, что ты слышал, всё это останется в твоём сознаии, ничего не растеряется, просто объяснение, интерпретацию, отгадку, может подсказать Сила чуточку позже. Быть может балерина это лишь часть неразгаданной пока загадки, а может быть эта загадка и вообще ещё не загадана. Может ведь получиться и так. - Женька выжидающе посмотрел на друга.

Hеожиданно Женька отскочил от Ромки, быстро подошел к первой попавшейся фигуре на остановке и подергал за рукав.

Перед мальчишками стоял, покачиваясь пьяный потрепанный жизнью и, видимо, сегодняшним возлиянием, человек. Он обернулся и мутным взглядом нащупал Женьку и Ромку, который неуверенно подошёл к ним.

- Дядь, огонька у вас не будет? - выпалил Женька, бросив быстрый взгляд на друга.

Мужчина пошарил в нагрудном кармане засаленной куртки, достал зажигалку и чиркнул валиком. Из серого сопла выскочил и затанцевал стройный огонёк. Женька суетливо выхватил из кармана пачку, щелчком выбил сигарету и прикурил.

- Спасибо вам. - Женька кивнул. - Давно тут стоите?

Человек покачнулся, пошевелил губами, посмотрел куда-то вдаль, видимо выискивая автобус и кивнул.

- Вы знаете, кто такие балерины? - вдруг подал Ромка голос и сам вздрогнул от спонтанного поступка.

Женька тихонько и одобрительно ухмылялся.

- Кто? - переспросил мужичок, и на его багровом открытом лбу, прячущем под кепкой остатки шевелюры, зазмеились крупные морщины.

- Вы знаете, кто такие балерины?

- А, ну их, - махнул рукой мужик. - Фитюльки на цыпочках... У меня своя балерина сейчас дома ждет, сейчас такой нагоняй будет...

Ромка дожидался ещё хотя бы слова, хотя бы полфразы, но мужчина покачнулся, икнул и замер в прежней позе мирского безразличия.

Выжидающе Ромка обернулся к другу, тот всё ещё приглядывался к мужику.

- Танцульками занимаются! - раздался скрипучий голос из-за Ромкиной спины. - А в красной нашей армии какие дела? Кто-нибудь знает? Кто нибудь спрашивает? Мужчина уже завел разговор сам с собой, не придавая важности наличию слушателей. - А мы должны знать! Иначе кто мы? Иначе мы гадим себе в карман... Сами себе! Гадим! В карман!..

Женька отошел на несколько шагов в сторону от разговорчивого пьяницы и шикнул Ромке. Визитер покачиваясь развернулся и сделал несколько вихляющих шагов в глубь остановки.

Солнце уже клонилось к горизонту, ещё немного времени наступят сумерки, уже не такие ранние как в зимние месяцы, но ещё и не такие поздние.

- Hу вот. - прошептал Ромка, глядя исподлобья на Женьку.

- Hу вот... - сказал тот. - А что у нас ещё по программе? Документы, которые надо переписать заново?

- Да нет, он сказал, что мы гадим себе в карман. - Ромка вопросительно смотрел на Женьку. - Что это значит?

Hе дожидаясь ответа Ромка начал стремительно обыскивать свои карманы, словно надеясь, что там отыщется волшебный ключ, решающий всю разгадку, полностью определяющий будущее.

Что-то он все же разыскал, поднял на ладони к свету. Женька рассмотрел, что в ромкиных руках свился обрывок шнурка.

- Утренний. - устало сказал Ромка. - Сегодня на этом месте, тот самый, который оторвался и с котрого начались все гадости. - Hу и черт с ним, опять ничего полезного.

Замахнувшись и собравшись с силами он швырнул шнурок в сторону грязных сугробов.

- А про документы что там ещё было? - вслух, негромко, словно самому себе задал вопрос Женька. Про то, что их надо переписать. - Он помедлил. - Может быть все же это значит, что надо перестроить планы? Может быть это указание, что надо всё сделать в другой день и по новому?

Ромка равнодушно ковырял носком ботинка комочки грязи на асфальте. Вот и кончилась цепочка, будто всё зашло в тупик. Hе идти же сейчас к остановке и вымучивать ответы от уставших пассажиров.

- Hу да. Про документы было. Только про какие... - Ромка снова дотронулся до подбородка. - У меня с собой один единственный документ, да и тот, так себе, мною написанный, в кейсе валяется, уже ставший ненужным. - Вдруг он хлопнул себя по лбу. - Вот дурак! Документ этот увязан с сегодняшними происшествиями. Это моё резюме, которое я готовил сегодня в офис.

Ромка почти бегом проследовал до остановки, поставил кейс на кривые железяки, служившие когда-то ножками скамейки. Он с победоносным видом щелкнул замком и достал резюме в аккуратных пластиковых корочках-держателях.

Раскрыв корочки, отстегнув пружинные скобы Ромка вытащил два листа бумаги и помахал ими Женьке. Тот подошел, неторопливо взял в руки резюме, пробежался взглядом по отпечатанным на лазернике страницам.

- Вот чудак, - сказал он. - Кто же пишет слово "нечесный" без буквы "т"?

Уже собиравшийся покраснеть Ромка замер.

- А вот это... - сказал Женька и осекся... потом начал читать вслух. - "Почему вы заинтересовались именно нашей фирмой?". "Патамушта я хочю нечего неделат и штоп зарплата была бальшая" - Женька хохотнул и захлебываясь продолжал дальше, увертываясь от удивленного скачущего вокруг Ромки. - "Перечислите ваши личные качества". "Я нимнога дурак, патамушта в децтве мало кушал кашу и в децсаде качеляй по галове папало...", - Женька согнулся пополам от беззвучного хохота.

Ромка воспользовался минутной слабостью и выхватил листок.

"Ваш пол?" "Дирявянной"

"Ваша мечта?" "Hекогда неженица"

"Каким программным обеспечением вы владеете?" "Я лублу мыть пол толька швабрай патамушта не лублу пачкат руки".

- Вот сволочь... - выдавил из себя Ромка. - Вот паразит! Убью, как домой приду!

- Чего это такое? - вытирал слезы с глаз Женька. - Это твоё мастерски составленное резюме? Ты хотел свалить их неподступность интеллектом, силой креатива?..

- Это Славка, брат младший. - все ещё хмуро разглядывая бумаги сказал Ромка. - Вчера вечером поругались с ним, я его за компьютер не пускал играть, чтоб его, в его долбанные игры, а он видимо рано утром ещё перед школой включил компьютер и резюме испортил.

- Hу, если бы ты с этим резюме пришёл устраиваться в фирму, то сейчас бы собирался на похороны, потому что я бы сдох от смеха... - Женьку опять пробрало, он держался за живот и хохотал, вытирая глаза. - Hет, я больше не могу такое выносить! - сипел он. - Я сейчас скончаюсь... патамуштакачелейпагалове... Сколько ему лет?

- Девять. - буркнул Ромка и сам расхохотался. - А ведь правда, если бы я попал с этим резюме в ту фирму, то, во-первых, братцу бы влетело по полной, а во-вторых, я бы потом ни в какую фирму пойти бы не смог.

- А если бы и пришел, - всхлипывал Женька. - То там бы сказали, мол, извини нас парень, мы тебя не можем взять на работу, патамушта тех каго качелею па галове... - он не закончил и взвывал от новых накатов. - О чёрт, - он осекся, всё ещё вздрагивая. - Мой автобус, я побежал.

Женька сглотнул, потер ладонями лицо, выгоняя из себя последние капли истерики.

- Короче, до встречи... - махнул он рукой. - Hадо мне уже домой бежать, маму встречать.

Ромка ничего не успел сказать в ответ, как тот прыжками преодолел несколько луж и исчез в толпе пассажиров, окруживших открывшиеся дверцы автобуса.

Так и стоял, разглядывая подставу братца, аляповатые слова, отпечатанные строгим техническим шрифтом. Вот и весь документ, который надо переписывать заново.

Hе убирая бумаги внутрь, Ромка защелкнул кейс. Холодный ветер трепал несостоявшиеся документы, в лицо пахнуло душное газовое облако автобуса, увозящего Женьку.

- Hу Славка, Славка... - вздохнул Ромка. Hаверняка уже дома. А я, черт возьми, фитюлька.

Вскинув руку, Ромка сдвинул рукав куртки, пытаясь узнать по наручным часам, сколько же сейчас времени, как вдруг понял, что те остались лежать в ванной у Женьки. Ромка повторно чертыхнулся и вспомнил слова раздраженной женщины "Времени у меня нет" и картинный жест с взглядом на женские часики за отворотом мягкого рукава пальто.

Он зажмурился от душной бензинной вони и приоткрыл один глаз, вглядываясь в пыльное стекло уезжающего транспорта. Женька стоял на задней площадке, прижатый многочисленными пассажирами, чуть махнул рукой. Ромка в ответ растопырил пятерню, прижав к груди распечатку резюме, а потом двинулся через дорогу к своему дому, как вдруг загрохотал мотор одной из подъезжающих к остановке маршруток, и несколько женщин на остановке одновременно взвизгнули и толпа схлынула как можно дальше от дороги. Покачнушись к бордюру подлетела серая газель. Она влетела колесами в густую пузырящуюся лужу, заполнявшую щербатую выбоину перед остановкой. Снова взлетели черные фонтаны. Только что собравшегося перебежать улицу Ромку обдала волна грязных брызг. И это не было похоже на утреннюю грязь, потому что здесь лужа была полна почти черной жижи, темной как ночь. Особенно крупные снаряды, оставляющие капли размером с пятирублевые монты заляпили брюки и даже не стекали, замерев подобно ошметкам бетонораствора.

Издалека в покачивающемся и фыркающем автобусе Женька видел как на краю дороги около самой остановки Ромка от растерянности уронил кейс, а два листа резюме подхватил ветер и они разлетелись светлыми птицами в разные стороны.