Волшебные меридианы. Книга первая. Картограф. - Юрий Николаевич Москаленко

– Да, ничё, – пожал я плечами. – Вернулись они.

– А этот… который остался?

– А-а-а-а-а!!! – оживился я, вспомнив про этот хитрый поворот. – Они там в начале фильма раскопали какой-то саркофаг и всё врубиться не могли, чей он?

Тут Лёха аж руками замахал:

– Подожди, подожди! Саркофаг раскопали? Какой саркофаг? Они в Египте что ли раскопки вели?

– Зачем в Египте? – опешил я. – У себя там, в Америке.

– А во Францию как попали?

Вопрос был совершенно логичный, вот только я не знал на него ответа. Снимались американские актёры, значит, и копали они в Америке… Тогда, действительно, при чём здесь Франция? И крендель этот, он же во Франции остался… Ну да! И это… в Америку он уплыть никак не мог, потому что Америку тогда ещё не открыли. Это даже я знаю.

Решив не усложнять, тем более что всё равно не знаю, я это место в рассказе обошёл. Захочется Алексейке киношку про коллег посмотреть, тогда сам разберётся, а не захочется, тогда не судьба.

– Короче, это оказался саркофаг с тем самым археологом, который в прошлом остался. Выходит, он сам себя откопал.

– Мда… прикольное кино, – пробормотал Лёха.

Это я ему ещё не рассказал, что по ходу пьесы у бесстрашных (читай безмозглых) путешественников во времени за каждым кустом пряталось даже не по роялю, а по оркестру из здоровенных таких органов. Ну а, по-другому у них бы просто вообще без шансов было бы. В смысле, без шансов на выживание, а не на удачное завершение миссии. Даже до обеда бы не дожили.

Глава 3

ГЛАВА ТРЕТЬЯ.

Мы ехали и болтали о разной фигне. Когда Лёха свернул с федеральной трассы, мне показалось, что я чего-то не понимаю:

– Лёш, а оборонительный вал, он разве не дальше? Я думал, нам куда-то аж за Самару надо. Ты не рано поворачиваешь? Или ты по полям решил срезать?

Мой товарищ усмехнулся и проговорил:

– Андрюх, ты правильно говоришь. Только это ты сейчас про главный, большой вал... а я же сказал, что мы на вспомогательный едем. Ты вот про киргизов услышал, а про это нет. Вот как с тобой разговаривать?

Походу, и правда, прослушал. Ну, что ж, прослушал и прослушал, значит, теперь нужно переспросить:

– Ты тогда давай, ещё разок… для тех, кто на бронепоезде. Что за вспомогательный вал такой? Первый раз сейчас от тебя слышу.

Лёха снова усмехнулся:

– Ты и про киргизов, судя по всему, раньше тоже никогда не слышал. Это же не говорит о том, что их не было. А вспомогательный вал… ну, это я просто немного не так выразился. Он, может быть, к основному валу вообще никакого отношения не имеет. Стоит такой сам по себе. Его, наверное, ещё раньше соорудили. Даже скорее всего, что раньше.

– А чего мы тогда туда едем? – искренне удивился я. – Если он совсем старый, так там может и нет ничего…

Сказал и подумал, что чего-то я походу не догоняю с этими валами. Но Лёха уже полез с комментариями:

– Андрюх, смотри, если он старый, ну, в смысле старше того, большого вала, то там на нём по-любому есть чем поживиться. Там, может, вообще Тохтамыш с Тамерланом рубились. Если так, то это просто натуральный Клондайк будет.

– Кабздец! Мало мне калмыцких киргизов в заполярной тундре, так теперь ещё Тамерлан на тахте с какой-то мышью. Лёш, я, конечно, не такой большой знаток истории, как ты, но мне мыслится что-то тут не так. Тохтамыш – это же что-то про Чингисхана, а Тамерлан, он ведь из древней Персии? Или я его с Тимуром путаю? Ты уверен, что эти двое вообще в одно время жили? Хотя бы примерно?

В этот раз Лёха просто заржал, а отсмеявшись, заявил:

– Андрон, Тимур и Тамерлан – это один и тот же человек! А Тохтамыш, он не просто про Чингисхана, он его внук. Про Тимура и Тохтамыша: я не просто уверен, что они жили в одно и тоже время, я ещё абсолютно точно знаю… Ну, насколько это вообще возможно, что они ещё и воевали между собой. Сначала дружили. Тимур постоянно помогал этому придурку. Его разобьют, он бежит прятаться к Тамерлану. Тот ему войско даст, этого опять разобьют. Он опять к Тимуру. Тот ему снова армию соберёт, и всё по новой. И так раз пять. Потом Тохтамыша каким-то ханом назначили, и он обнаглел. Стал на земли Тамерлана нападать. Вот так, дружили, дружили, а потом разосрались. И, прикинь, воевали они примерно где-то в наших краях. В смысле, и в наших тоже. Вполне возможно, что там, куда мы сейчас едем, у них могло быть знатное рубилово. Пусть даже и не главное. Они же несколько раз такие знатные мочилова устраивали, что Куликово поле на их фоне – местечковая разборка.

– Ладно, – примирительно произнёс я. – В конце концов, кто я такой, чтобы спорить с академиками?

Лёха широко улыбнулся и подытожил:

– Вот и не спорь. Приедем на место, походим часок-другой, сразу понятно станет что к чему.

– Ты мне только вот что скажи, Тимурлан этот, он всё-таки из Персии, или нет?

Знаете, когда у человека сил смеяться уже не хватает, у него такая устало-безразлично-снисходительная улыбка на лице образуется… Видели, наверное? Ну, вот у Лёхи в тот момент как раз такое выражение мимики и случилось:

– Из Персии, из Персии, – покивал он. – А ещё из Туркестана, Афганистана, Пакистана, Восточной Индии и здорового такого куска Средней Азии.

– Ого! – впечатлился я. – Серьёзный чувак! Авторитетный.

С асфальтированной дороги мы свернули на грунтовку. Ну, это как раз нормально. Большинство вот таких археологических раскопок происходит в некотором отдалении от цивилизации. А то, что находится в непосредственной близости от обжитых мест, так это и без нас давно раскопали.

– Андрюх, а ты нож часом не захватил? – ни с того, ни с сего вдруг спросил Лёха.

– Мне ножи с собой носить нельзя. Это мне, то что называется, до первого