Восхождение язычника 3 - Дмитрий Шимохин

дикие края, где не ведают ромейского (греческого), на что я предложил ей вернуться обратно, благо недалеко отплыли, и, возможно, она сможет самостоятельно добраться вплавь. На этом все закончилось, и народ начал старательно изучать новый язык.

Да и о нашем новом попутчике, нелюде Кероне, не стоило забывать. Реакция на него была довольно забавная, все тогда таращились на него, когда он залез в ладью, но ничего, со временем привыкли. Агрессии он не проявлял, только любопытство. Хотя напряжение в первый день нашего пути все же чувствовалось, но дети такие непоседливые. Так что Денис, сын Прокопа, и Римма, сестра Димитра, на следующее утро незаметно приблизились к Керону и начали к нему приставать, тыкая своими маленькими ручонками. Как по мне, смотрелось это забавным, вот только на лице Доры и Ирины, когда они это увидели, мелькнул ужас. Так что они бесстрашно бросились к Керону через всю ладью, не обращая внимания на товар и людей, и оторвали детей от Керона, который лишь скалился. Возможно, это была улыбка, слишком мы мало знакомы, чтобы об этом говорить с полной уверенностью. Вот только и я был напряжен, готовый вмешаться в любой момент или применить силу ветра и располовинить Керона, если бы увидел угрозу детям, но все закончилось хорошо.

И это событие в какой-то мере расплавило лед недоверия между нелюдем и нами. Да и я старался дружелюбно вести себя по отношению к нему, и другие это видели, так что отношение к нему стало ровным, хоть и с легкой опаской.

Я же, глядя на это, лишь улыбался и не спешил лезть в душу с вопросами к Керону, пусть пообвыкнет, а там и поговорим, хотя мне было интересно, откуда он такой красивый взялся.

На второй день нашего путешествия я решил провести эксперимент и призвал силу ветра. Парус сначала едва заколыхался. Постепенно усиливая и разгоняя потоки ветра, я наполнил его, и ладья понеслась по волнам. Я мог бы еще больше разогнать ее, но оставался страх, что парус не выдержит или мачта сломается, так что мне приходилось быть аккуратным.

Пол дня я толкал ладью силой ветра, давая своим людям дополнительное время отдыха. И за это время половину моего резерва как корова языком слизала. Но результат неплохой, на мой взгляд, так что в случае чего я смогу придать скорости своей ласточке.

Под конец третьего дня мы пережили одну бурю, которая быстро началась и достаточно неожиданно закончилась. И во время этой бури нас снесло в сторону, и мы сбились с пути, так что пришлось еще вдоль берега пройти до Днепра.

А после мы зашли в Корсунь, он же Херсонес, чтобы пополнить запасы продуктов для дальнейшего путешествия. Вот только я вспомнил, что в родных краях не так часто расплачиваются золотыми монетами. Так что пришлось лезть в тайник, а после давать поручение Димитру о размене монет. И это задержало нас, но зато на один маленький бочонок, который был полностью забит серебряными монетами, стало больше.

Дальше мы поднимались по Днепру вверх по течению, так что на веслах приходилось выкладываться по полной, против течения шли, так что приходилось и мне применять свою силу, чтобы наполнить парус. Да и остановки приходилось делать чаще, чтобы люди отдохнули, у меня же не полная команда, чтобы я мог часто заменять людей на веслах.

Так и пролегал наш путь по Днепру, попадались малые ладьи и моноксилы, идущие вниз по течению в сторону Корсуни и Черного моря.

В один из дней уже ближе к вечеру я услышал шум, идущий от реки, и мне он был знаком. Так что я начал вглядываться в местность и узнал ее, впереди были пороги. Значит, и до Киева не так далеко осталось, да и печенегов стоит ждать.

— К берегу правь, Дален, — отдал я приказ. А сам продолжил вглядываться в местность, пытаясь найти следы битвы. Ведь вроде как где-то в этом районе пал князь Святослав, но нет, никаких следов рядом я не находил. Возможно, они будут дальше.

Когда пристали к берегу, я распорядился об отдыхе. Ирина и Дора занялись готовкой еды, и им в помощь я отрядил троих человек, остальные же разбрелись по берегу.

Хотел пройтись вдоль реки и посмотреть, что нас ждет завтра, но темнело быстро, так что идею пришлось отложить до утра. А там и еда подоспела, я быстро перекусил и распределил людей в охрану. А после направился к Керону, настало время поговорить. Усевшись рядом с ним возле горящего костра, я заговорил:

— Вот и вывез я тебя из города.

— Человеч-ч-че сдерж-жал слово, Керон тоже сдерж-ж-жал. Керон тихо уш-ш-шел!

— Не сомневался, — кивнул я.

— Здесь нет других человеч-ч-че, Керон готов уйти, — произнес нелюдь и посмотрел прямо мне в лицо своими желтыми нечеловеческими глазами. Непривычно, это вызвало некую оторопь. Керон был серьезен и ждал моего ответа. А я усмехнулся и продолжил разговор:

— Если ты действительно хочешь уйти, — я пожал плечами, — здесь есть река, но, как по мне, не самое лучшее место. Ты можешь продолжить путешествие с нами и выбрать более подходящее. Можешь даже дойти с нами до моих родных мест, тебя там никто не тронет, ты сможешь жить свободно, никто не посадит тебя в клетку, и не будет охотиться за тобой, это я обещаю. Мой род там сильный и сможет тебе помочь.

— Керон благодарен, Керон будет думать над словами человеч-ч-че.

— Слушай, а почто ты меня все человече называешь, ты же знаешь мое имя? — улыбнувшись, спросил я.

— Яромир человеч-ч-че, — синекожий ткнул в меня пальцем, а после в себя, — Керон трол, Керон все верно говорит.

— Так ты трол, а я человек? — задумчиво спросил я. На что он кивнул и оскалился.

— Я понял тебя, ты мне расскажи, как оказался в окрестностях Мелитены возле Ефрата? — И, видя непонимание Керона, я добавил: — Возле большой реки, ты ведь явно не из тех мест.

Керон почесал за своим остроконечным ухом и, взглянув в костер, начал говорить:

— Керон охотник, Керон пош-шел в лес для добыч-ч-чи, для племени, для семьи, Керон добытч-чик. Керон шел следом, Керон проткнул копьем добыч-чу и взял много мяса. Керон вышел с мясом из леса, — синекожий замолк на пару мгновений, а после с горечью продолжил: — Нет семьи, нет племени, только река и человеч-ч-че рядом.