Пейзаж ночного видения - Александр Тамоников

Напрасно он это сказал. Подчиненным нужна была тема для поднятия настроения. И тема состоялась. Десять пытливых глаз устремились на майора спецназа, и он невольно смутился под взглядами товарищей.

— Не надо смущаться, командир, — расплылся в широкой улыбке Гриша Амбарцумян. — Дело, как говорится, молодое. Признайся, это та блондинка, на которой ты вчера возлежал, когда вокруг свистели пули? Она спасла тебя, когда та панночка собралась тебе глаз пулей выбить… Слушай, а где ты провел последнюю ночь? Мы уехали, а ты остался. Пытался нас уверить, что у тебя дела в Старомысе…

— Мертвая панночка, гм, оригинально… — пробормотал Рудницкий.

— Я не собираюсь обсуждать свою личную жизнь, — нахмурился Вадим. — Всем советую сосредоточиться на работе.

— Да ладно, Вадим, — заулыбался Рудницкий. — Мы же рады за тебя. На лице у тебя печать, что все серьезно. Иначе не смущался бы так. За это мы выпьем, когда все кончится, поскольку событие, как ни крути, эпохальное. Выпьем, мужики?

— Да хоть из лужи, — хмыкнул Балабанюк.

Микроавтобус был «умеренно»-бронированным, бойцов уверили, что пули калибра 7,62 его точно не возьмут. За себя не переживали, но в случае успешного завершения операции транспортировка Нарбулы могла бы вылиться в увлекательное мероприятие. Бойцы настороженно посматривали из-за шторок. Микроавтобус осваивал заросшие лесами предгорья. Дорога петляла по склону кряжа, мимо окон пробегали криворукие деревья, увенчанные шапками багряной листвы. Впереди шла боевая машина пехоты, выделенная спецназу «местными товарищами» для содействия операции. Замыкал колонну бронетранспортер, оснащенный крупнокалиберным пулеметом. Стрелки не спали, следили за местностью. Командир отряда спецназа в Алгабеке, пристыженный и удрученный потерей товарищей в Харзруме, обещал прислать бойцов для прочесывания прилегающей к аулу местности. Имелась опасность, что сюда уже проникли сообщники Нарбулы с целью его отбить. Этот парень контролировал не только отряды в Сирии и Ираке, но и несколько банд в Дагестане. Механик-водитель БМП был из местных, пообещал, что выберет объездной маршрут, но на подъезде к селу, как ни крути, придется гнать…

Гнал он после спуска с горы, как сумасшедший. Колонна, прыгая по ухабам, промчалась с восточной окраины Харзрума на западную. Боевые машины не могли протиснуться в переулок, пришлось оставить их на улице Джалиля. Жалко, подумал Вадим, такой заманчивой была идея расстрелять дом из пушки и пулеметов. «Газель» вынеслась на пустырь, где было полно людей! В опасную зону никто не заходил, но вблизи переулка и за бетонной баррикадой было многолюдно. Это что — повод для народных гуляний?!

Репнин первым спрыгнул с подножки и сразу начал «строить» руководство местной полиции. Что за бардак в районе, товарищи? Плевать на ваши народные обычаи! Чтобы через пять минут здесь не было ни одного штатского — пусть они и притащили с собой все свое стреляющее фамильное барахло! Полицейские забегали. Приказ начальства был недвусмыслен: майора столичного спецназа слушаться беспрекословно! Прибывшие с группой Репнина местные спецы спешили занять позиции, прогоняли по домам недовольных бородачей. Вадим оценивал оперативно, кто тут чего стоит, и сразу подозвал к себе лейтенанта Даурова. Этот парень был здесь с самого начала, владел информацией и представлялся самым здравомыслящим. У лейтенанта от недосыпания слезились глаза, он еле сдерживал зевоту, но пока не падал. Они лежали за покореженным остовом трактора, наблюдали за домом. Просматривались каменные возвышенности на флангах, где тоже окопались люди с автоматами, изрешеченная пулями ограда, добить которую при желании не составляло труда. Выходящая на пустырь сторона дома представляла жалкое зрелище — ее изрешетили пули, от чердачного окна осталась рваная дыра. Бандиты помалкивали — дом и участок словно вымерли. Вадим посмотрел на часы: три часа дня. Мрачноватую обстановку усугубляли плотные кучевые облака, плывущие с севера. В шаге от закрытой калитки, превращенной в дуршлаг, валялось тело мужчины в жилетке и спортивных брюках. Он зарылся носом в землю, затылок был выворочен в кашу.

— Это кто такой, лейтенант?

— Пару часов назад случилось, — отозвался Дауров, подавляя зевоту. — Хозяин дома Берслан Мурзаев. Был сообщником Нарбулы, но, похоже, не являлся активным членом банды. Решил, что лучше отсидеть, чем погибнуть. Видимо, выбрал удобный момент да рванул через двор. Почти ушел — через порог перелетал, когда ему в затылок дали. Калитку быстро закрыли, откатились. Мы не стали труп Мурзаева вытаскивать — подставлять людей под пули не хотелось. Пусть лежит, потом унесем. Там много укрытий во дворе, товарищ майор. Подозреваю, что у них есть человек или двое, которые постоянно держат на прицеле калитку и ограду с воротами. Среди них Нарбулы, понятно, нет — он отсиживается в доме. У них отчаянная нехватка людей, им нужно одновременно держать все четыре стороны… ну, за исключением, может быть, южной — там не подняться, слишком круто, нужно альпинистское снаряжение. Товарищ майор, скажите, в чем проблема? — решился лейтенант на терзающий его вопрос. — Мы могли бы уничтожить дом из гранатометов, забросать гранатами, сжечь, к чертовой матери…

— Отставить, лейтенант, Нарбула нужен живым. Валить — в крайнем случае, когда не будет других вариантов или жизни бойцов будет угрожать реальная опасность. Откуда у них «РПК»?

— У наших забрали… — Щеки лейтенанта заалели, словно в случившемся была его вина. — Из района прибыл спецназ МВД с капитаном Ганибековым. Пятеро их было, самоуверенные парни, подготовка слабая, а мнили себя крутыми рейнджерами… Жалко ребят, просто так полегли… Двое выжили, но тяжелые, в больницу увезли. Они тупо пошли через калитку, у одного из ребят был «РПК». Ганибеков ворвался в дом, там его и убили. Двоих перед крыльцом срезали. Бандиты, естественно, забрали то, что у ребят было. Теперь у них гранаты есть, большой запас боеприпасов…

— Попыток вырваться не предпринимали?

— Парочка была, но поняли, что не прокатит, убрались обратно в дом. Теперь сидят, не выеживаются.

— Это точно Нарбула?

— По всем приметам, да. — Дауров слегка смутился: — Сто процентов, конечно, не дам… Да он это, товарищ майор, точно он. Всего их четверо. Банда международная — и грузин там есть, и украинец. В каком они состоянии, мы не знаем, но один легко раненный точно есть. В ухо мерзавцу попали… Товарищ майор, — разрешите нам с парнями поучаствовать в операции?

— Не разрешаю, лейтенант! Никакой полиции! Марш охранять правопорядок и защищать граждан! Не обижайся, — сменил тон Вадим. — Ты молодец, что владеешь ситуацией и не стал по-тупому подставлять людей. Но давай каждый будет заниматься своим делом, договорились?

Затягивать представление явно не стоило, надо быстро штурмовать, хватать Нарбулу и везти в Махачкалу. При этом постараться не «сыграть в дурачка» — создать видимость, что пленный находится в бронированном конвое, который ощетинится штыками, а реально увезти его на зачуханных «Жигулях» без охраны, на которые никто и смотреть не будет. Репнин ползал с бойцами по окрестным буеракам, побывал на правом фланге, на левом, откуда с единственной точки открывался ограниченный вид на сараи. Он долго рассматривал их в бинокль, затем покосился на Жилина, который пристроился рядом и усердно пыхтел, поглощая очередную сигарету:

— Сарай видишь? По сигналу сможешь попасть под него из «РПГ»? Нужен один хороший выстрел. Чтобы эта «дура» подпрыгнула и развалилась.

— Не вопрос, командир… — Жилин прищурился, оценил расстояние и ширину просвета. — Не дважды два, конечно, нужно хорошо помолиться, но, думаю, справлюсь.

— Отлично, — кивнул Вадим. — Тогда не будем тянуть резину. Гриша, скликай наших, буду ставить задачу. Нарбула уже в курсе, что к нему на рандеву пожаловал столичный спецназ, поэтому не будем ждать, пока он что-нибудь придумает…

Спектакль удался на славу! Внимание бандитов не мог не привлечь рев двигателей за бетонными блоками, шум толпы, которую усердно изображали дагестанские полицейские. Громогласно ревел командирский голос: «Первое отделение, к воротам!!! Всем на исходную, приготовиться!» Полными кретинами бандиты, конечно, не были, но не могли исключать вариант второго штурма в лоб. Для отражения атаки им нужен был пулеметчик под сараем. И Жилин засек его! Упругое тело перекатилось под кирпичные «курьи ножки», волоча за собой пулемет с треногой, — туда он немедленно и выплюнул кумулятивную гранату! Выстрел вышел блестящим. Граната разорвалась под днищем сарая. Взметнулись доски, какие-то мешки, садовый инвентарь — все взлетело на воздух и посыпалось обратно, образовав невнятную горку кирпично-дровяного хлама. Вторая реактивная граната разнесла в щепки ворота, и туда, где они только что стояли, полетели наступательные гранаты «РГД». Иллюзия наступления по фронту была полной. Максим Рудницкий чуть руку себе не вывернул! Под прикрытием этого хаоса с восточной каменной горки скатились четыре фигуры, ловко преодолели забор и попадали в кустарник. Окна на этой стороне помалкивали — если там и был стрелок, то он перебежал туда, где царили грохот и пальба. Бойцы поднялись, дружно бросились вперед, не встречая сопротивления. В окна полетели светошумовые гранаты. Люди падали под фундамент, зажимали уши. Разлетались осколки стекол, звучали резкие хлопки, сопровождаемые ослепительными вспышками. Амбарцумян выбил прикладом остатки рамы, сцепил ладони, на которые взгромоздился суровый ботинок майора Репнина. Толчок — в некотором роде катапульта. Прыжок получился не очень гладким, Вадим ушиб колено о карниз, ругнулся непечатным словцом.