Война, прошедшая сквозь миры - BlackRaven

 Первым узнали длинноволосого шиноби с протектором Конохи на лбу, который был облачен в белые одеяния клана Хьюга. Затем — бородатого дядьку в стандартной военной форме шиноби. На опознание остальных ушло еще некоторое время.

"Готово. Что ты собираешься делать, Наруто?" — отозвался Девятихвостый Лис.

Узумаки сжал кулак, наблюдая, как его тело начинает окутывать фиолетовый покров с иссиня-черными язычками пламени. На животе и груди проступили таинственные печати, значения которых блондин до сих пор не понимал.

"Надрать кое-кому задницу!" — ответил блондин, когда покров полностью распространился по его телу. 

Прежде чем остальные успели что-либо понять, Наруто фиолетовой молнией перепрыгнул через окружающих их Зецу и устремился к вратам, занося кулак для удара.

 — Наруто! Ни в коем случае не ныряй в ту красную арку! Если окажешься там, Акацуки схватят тебя, и пути назад не будет! — крикнул Итачи, сообразив, что блондина рядом с ним уже нет.

 — Понял, — усмехнулся золотоволосый джонин и заметил, — Не так уж я и туп.

В его руке сформировалась голубоватая сфера из вращающихся в разные стороны потоков чакры. Оттолкнувшись от земли, Узумаки вновь взмыл в воздух, после чего нанес удар. Расенган врезался в заднюю поверхность врат и начал их сверлить с оглушающим скрежетом. Наруто аж сморщился. Но отступать не собирался.

Правда, не всё оказалось так просто. Его расенган за десять секунд сверления не оставил на вратах ни единой царапинки. Они остались на своем месте, а из красной арки продолжили выходить новые и новые Зецу.

 Блондин для порядка нанес еще несколько ударов кулаками, но ни единой вмятины на странном металле не появилось. Тогда он так же быстро вернулся на свое прежнее место.

 — Итачи, эти врата невозможно уничтожить! — сообщил он.

 — Что? — переспросил Учиха, перестав извергать во врагов пламя.

 — Расенган не оставил на них ни царапинки. Даже в этом режиме я не смог их повредить, — пояснил блондин.

 — А если попробовать технику помощнее? — поинтересовался Киба.

 — Бесполезно. Если расенган их никак не повредил, то даже Расен Сюрикен не возьмет, — покачал головой Наруто.

 — Откуда ты знаешь, идиот? Ты же не пробовал! — воскликнул собачник.

 — Я это... почувствовал. И не называй меня так! Настоящий идиот здесь — это ты, Киба! Такой техникой я могу задеть кого-то из наших.

Киба почесал затылок.

 — Действительно.

Мимолетная улыбка сползла с его лица, когда возвращенные к жизни мертвецы, о которых они на пару секунд благополучно забыли, покинули свои гробы, и солнечный свет пал на их лица.

 — Что будем делать с ними? — поинтересовался он.

 Узумаки не ответил. Стиснув зубы, он совершил над собой невероятное усилие и ринулся вперед. Взмыв в воздух, блондин выставил перед собой руку.

 — Одама Расенган! — прокричал он.

 — Стихия Дерева: Двойной древесный купол! — от этого голоса у Наруто на миг замерло сердце.

Треск и грохот ознаменовали то, что из-под земли вырвались толстенные деревянные конструкции и, соединившись над головами призванных, создали собой полусферический барьер.

 — Что-то не припомню, чтобы Хару владела такой техникой! — заметил Киба.

Давление чакры было столь ужасающим, что во все стороны подул мощный порыв ветра. Жужжание вращающейся чакры усилилось, и расенган миновал препятствие. Древесная преграда будто сама исчезла с его пути.

Гигантский вращающийся шар чакры врезался в ходячих мертвецов и уничтожил их, не оставив и мокрого место. Но как только Наруто развеял свою технику, возрожденные начали вновь собираться, бумажка за бумажкой слетаясь со всех сторон.

 — Поразительно... У них бессмертные тела! — воскликнул Киба.

 — Конечно, Киба! Это ж Эдо Тенсей! — раздраженно процедил блондин, вновь отскочивший назад.

 — Я не слышал о такой технике, — озадаченно проворчал Инузука.

 — Смотри, Наруто, — Итачи показал пальцем на тела Зецу, которые зацепил гигантский расенган блондина.

Они медленно рассыпались в пыль, превращаясь в горочки легко сдуваемого серого порошка, похожего на пепел.

 — Что? — Наруто не поверил своим глазам и опустил непонимающий взгляд на свои руки, на которых полыхали черные огоньки.

 "Наруто, позволь тебе объяснить. В нашем родном мире, когда ты пользовался моей чакрой, она обладала силой созидания и реагировала на дерево особым образом. Помнишь? Достаточно было одного твоего прикосновения к белому Зецу, как он превращался в дерево", — обратился к нему Курама.

 "Это я помню. Но что со мной теперь не так?" — ответствовал он.

 "Либо твое тело слишком долго находилась под влиянием чакры темной половины Волка, либо вся его чакра такая. Она имеет противоположный эффект. В этом режиме ты обладаешь силой разрушения. Иными словами, теперь древесные техники тебе не так страшны. И тебе достаточно будет одного лишь касания к белому Зецу, чтобы он обратился в пыль", — пояснил Девятихвостый Лис.

"Спасибо. Я, кажется, понял. Напомни мне, чтобы я не касался дверей и других деревянных предметов, а лучше вообще не входил в этот режим в деревне. Разнесу что-нибудь — Наваки-сан меня прибьёт!" — усмехнулся Наруто.

 Шутки шутками, а настроение у блондина резко подпортилось, когда он вновь увидел Хару, Асуму и других знакомых персонажей.

 — Стихия Огня: Великое облако пепла! — промолвил Сарутоби, складывая печати, пока остальные возрожденные двигались вперед.

Но закончить комбинацию движений он так и не смог. И его напарники тоже остановились.

 — Мы как раз вовремя, не так ли? — послышался знакомый голос за спиной блондина.

Наруто оглянулся через плечо.

 — Шикамару? Хината? Чоджи? — он несказанно удивился, когда увидел, что Нара стоит в своей фирменной стойке со сложенной печатью для совершения техники клана, а от него по земле тянется несколько длинных теней, которые захватили и обездвижили всех ходящих мертвецов.

 — Команда Шика-Хина-Чо уже здесь, — кивнул лентяй. 

Ладони Хинаты засветились голубоватой чакрой, и она, оказавшись возле Кибы расшвыряла окруживших его кольцом белых Зецу. Чоджи, увеличив свои кулаки, проламывался к ним сквозь полчища белых тварей.

 — Техника множественного теневого сенбона! — послышалось сверху, и не кто иной, как Генма Ширануи, зависший в высоком прыжке, выплюнул свою железную зубочистку, которая тут же с хлопком разделилась на несколько копий и повтыкалась во врагов. Учитель Хинаты, Чоджи и Шикамару поравнялся рядом с Итачи.