Мой. Реванш - Натализа Кофф

В кабинете подполковника Булыгина Ермаков оказался впервые. Зато об этом человеке слышал многое.

Булыгин Василий Юрьевич на хорошем счету у руководства. Имел крепкие связи, благодаря папаше – генералу ФСБ. Именно поэтому методы у подполковника были жесткими. Зато раскрываемость, по слухам, стопроцентная. И карьера росла стремительно.

Рус прикинул, что раз Булыгин вцепился в Ирбисов, значит, есть команда сверху. И действовать приказано именно через Дашку. Хреново.

Рус знал, задержали его без доказательств, что бы ни говорил Булыгин. Сейчас нужно просто ждать. Приедут Головин и Терех, все решат. Главное, сохранять спокойствие. А следак намеренно, разумеется, провоцировал Руса.

– Ирбисы давно у нас в разработке. А Дарья Ирбис контактирует с драгдиллером. Барыгой по кличке Колюня. Знаешь такого? – язвил прокурорский и швырнул пачку фоток на стол перед Русом.

Ермаком молчал. Бросил короткий взгляд на картинки. Не интересно. Это все не про Дашку. Не может девочка заниматься наркотой. Просто знал, и все. Да и сами Ирбисы не касаются наркотиков. Дарья это подтвердила, впрочем, Ермаков, как и все городские менты, об этом знали.

Но все равно ситуация хреновая. И на Ермака подозрительно быстро вышли, хотя спецы не местные, а столичные, плохо ориентируются в городе. Почти сразу вломились к Ермаку после того, как Ржавый забрал Дарью из его квартиры. Теперь Руса задержали. Мордой в пол, и «браслеты» на руки.

– Рассказывай про девчонку, майор, – рявкнул мужик, – вас вместе видели в кабаке. И не похоже, чтобы ты первый раз с ней там встретился!

Рус хмыкнул. Нихрена он не будет говорить.

– Что конкретно мне предъявляете, товарищ подполковник? – уточнил Руслан.

Булыгин подался вперед. Скользкий тип, прилизанный, мерзкий.

В кабинете кроме него и Руса никого не было. Камера наблюдения в углу под потолком, но не факт, что пишется картинка. А если и пишется, то наверняка без звука.

– От тебя зависит, Ермаков, – усмехнулся дознаватель и еще тише произнес: – И не таких кололи, майор. Закрою тебя в СИЗО в одной камере с приятной компанией. Как тебе перспективы? Уверен, «друзья» тебя встретят как следует.

Ермаков не сводил мрачного взгляда с «коллеги». Темный тип. Мутный. Но рассказывать Руслану было в любом случае не о чем.

– Молчишь, майор? Ну молчи. Мы твою девку все равно возьмем. И никакой Георгий Ирбис ее не спасет. Ты же сам знаешь, как быстро в таких случаях ломаются сопливые малолетки. Запоет, как миленькая, на весь клан запоет, – с чувством явного превосходства хвастался Булыгин.

Руслан прекрасно знал, к чему клонит мудак. Знал, что после допроса Дашка не вышла бы из комнаты невредимой. И один бог знает, какой беспредел здесь бы начался.

– Думаешь, спас девку? Шалашовку мелкую? – продолжал угрожающе бормотать следак. – Нихрена. Только время оттянул. Через неделю она будет стоять на коленях с моим членом во рту, майор.

У Ермака было слишком живое воображение. А потому даже наручники, сковавшие запястья, не спасли. Спасибо службе, тренировкам и боевой подготовке.

Рус с наслаждением слушал, как сломалась челюсть мудака. Смотрел, как Булыгин, сползает по стене на пол.

И очень тихо Ермаков прошипел:

– Лучше не трогай девчонку. Никогда.

В кабинет ворвался конвой. Под градом ударов дубинками Рус слышал маты и ругань. Видел, как появились новые лица. Генерал Головин был здесь же при полном параде и погонах. Даже Терех вырядился по всей форме. Но Рус знал, если его и вытащат, то на карьере можно ставить крест.

Отличный у майора Ермакова получился уход на пенсию. С солоноватым привкусом крови, ушибами, сломанным ребром. Зато мразь Булыгин так и не очухался. Руслан видел, как сослуживцы тащили его по коридору.

***

– Млин, Рус, ты если решил увольняться, не мог как-то поспокойнее? Да и нам бы сообщил сначала, прежде, чем беспредельщика валить, – ворчал и ругался Терехов, а Ермаков только кривился.

На ребрах была повязка. Снимок врачи уже сделали. Ничего особо серьезного. С чем Рус не мог бы смириться. Ушибы заживут, и не такое бывало. А вот работы у него больше нет. Подсуетились. Вышвырнули. По собственному, так сказать, желанию.

Зато дело не пришили. Уже плюс.

Так сказал Батя. Дело утрясли. Вопрос уладили. Теперь Ермаков обычный гражданин. Можно жить спокойно.

– Так получилось, – скривился Ермак.

– Хреново получилось, – ворчал командир. – А с девушкой что?

– С какой?

– Рус, ты мне-то мозг не клепай! Ты четко знал, кому дал в морду. За незнакомого человека на такое никто не пошел бы, – насупился друг.

– Ну, допустим, – мотнул головой Рус.

– Не хочешь говорить, ладно. Рус, ты просто скажи, какого хрена к Ирбисам влез? Насколько все сложно? Тебе деньги нужны? Случилось что? – допытывался Кирилл.

– Сам не понял, Кир, – наконец, произнес Ермаков и подошел к окну.

В квартире было тихо. Немного накурено. Но даже сигаретный дым не спрятал от Руслана тонкий аромат духов Дашки. Или он просто въелся в самого Руса? Ведь Дарья была здесь, в его квартире, несколько минут. И прошло уже два дня. За это время любой запах испарился бы. Но не Дашкин.

Определенно, Ермак двинулся мозгами. Или его на допросе так обработали? Видать, по голове все же нехило попали.

– Я не лез к Ирбисам. Просто случайно познакомился с девушкой. А она оказалась Дарьей Демидовной Ирбис, – опустив голову, произнес Ермаков.

– Ясно, – кивнул Терех, помолчал, негромко выругался и добавил: – Ладно, мне ехать пора. Томка ждет.

– Подкаблучник, – беззлобно поддел Ермаков и искренне попросил, кивнув на стол, уставленный контейнерами с едой: – Тамаре Егоровне передай благодарность за гостинцы.

– Сам передашь. Велено пригласить на ужин. День выбирай сам, – отмахнулся Кирилл. – Все, я сваливаю.

– Томке и детям привет, – на прощание произнес Руслан.

Когда Терехов ушел, Ермак устало привалился к кухонной стене. Вопросы Кира заставили Руса задуматься. Прав друг, не посылают карьеру в задницу ради чужого человека. А за своего – и не такое можно провернуть.

Рус вновь прикурил, сверля в окно невидящим взглядом ночное хмурое небо. Сигареты – зло. Ермаков курил крайне редко. А сегодня, походу, уже пачку прикончил. Зря, наверное, так он пытался приглушить въевшийся под кожу запах. Зря и безрезультатно.

– Вляпался ты, Ермак, – на выдохе произнес Руслан, – и как будем влезать из этого дерьма?

Однако слишком глубоко покопаться в собственных мозгах Ермаков не успел. В дверь позвонили.

Руслан затушил сигарету, прошел в коридор. На экране домофона появилась картинка. Парень негромко выругался. Только этого гостя ему сейчас не хватало для полного счастья!

***

– Я не согласна, пап!

– Это не обсуждается.

– Тиша, ну