Код доступа 12.2020 - Лилия Фандеева

на его приход. Мне нужен был отец, пусть и не воскресный, а раз в месяц или в день рождения. Разве я многого хотела? Тебе этого не понять. Потом у меня появился отчим, и вся моя любовь досталась ему. Он очень внимательный и заботливый. Есть вопросы, которые мне решить лучше с ним, чем с мамой, а Лере, его дочери, легче с моей мамой. Лера встречается со своей матерью пусть и не часто. Ты мне ответь: что мешало твоим родителям признать меня, познакомить с вами и, возможно, дружить, если мои родители мирно расстались? Молчишь? Вот и я этого не понимаю, – говорила грустно Оля. – Я могу согласиться с тем, что он не забыл обо мне, но мне это что дало? Я последние года четыре знаю о нём многое – что это ему даёт? Ему станет легче, узнай он об этом? Я знаю, где он живёт, где работает, чем интересуется, что любит. Узнала его в больнице, а он, при наличии фото, меня не узнал. Я поговорю с мамой, могу поговорить и с отцом, правда, не знаю о чём. Видишь ли, у нас хорошая дружная семья. Мы прожили вместе десять счастливых лет. Я называю отчима папой, и не хочу что-то менять. Королёва, наверное, смогу понять и простить, но принять не обещаю. И дело здесь ни в нём самом, а скорее в Максиме. Мне слишком дорого обошлась его манера развлечения, а манера пришла от воспитания. То, что я заговорила через месяц – заслуга психолога, а вот то, что я не могу нормально общаться с молодыми людьми – «заслуга» твоего брата. Я в каждом из них вижу потенциальную угрозу, как только они берут меня за руку. Это нормально? Извини, мне нужно ехать. – Ольга вернулась домой и, в присутствии отчима, после обеда, рассказала о своей вчерашней встрече с Королёвыми, о сегодняшнем разговоре с Кариной. – Мам, я сегодня видела свои фото в альбоме Королёва за последние пятнадцать лет и хочу знать: почему он ушёл и на каких условиях? Рассказывай всё.

– Рассказывать особо не о чем, – ответила грустно Светлана Николаевна. – Тебе было года три, когда твой отец стал пропадать вечерами. Мой отец болел, нам с мамой зарплату задерживали, денег не хватало, и я считала, что он пытался как-то поправить наше финансовое положение. Через год он нашёл хорошую работу, но стал два-три дня в неделю и один выходной проводил вне дома. Я поздно заметила перемены в нём. Папа умер, мама заболела, дом, ты, работа – у меня не было времени на мелочи. Он был хорошим отцом, заботливым мужем и меня это устраивало. Я оправдывала его тем, что при его нагрузке нужна и разгрузка. Всё оказалось гораздо сложнее. Тебе было семь лет, когда к нам пришла Алла, его любовница. От неё я узнала, что они дружили с твоим отцом ещё в школе. Она вышла замуж сразу после школы, но ребёнка родила от него. Встретились они с отцом не случайно. Это она устроила его на работу в строительную компанию своего отца и мужа. Стали встречаться. Она развелась с мужем и родила твоему отцу дочь. Сын старше тебя на четыре года, а ты старше их дочери на четыре года. Это Алла предложила мне выход из ситуации. Мы с ней обе понимали, что эта ситуация будет тяготить и его, и нас. Королёв потеряет работу расставшись с ней, а мы лишимся средств к существованию. Если я дам ему развод, отец будет выплачивать нам алименты, помогать материально, оставит нам квартиру, а бабушку устроят в хорошую клинику. Я недолго думала, узнав о двух детях. Сергей не оправдывался, а мне было нелегко простить измену. Он знал мой характер, ведь мы прожили вместе восемь лет и были, казалось, счастливы. Мне было очень больно, и я хотела сделать больно ему, запретив видеться с тобой. В то время мне жить не хотелось, но я понимала, не дай я ему развод – он будет метаться между семьями. Тех отношений, которые были, не будет, а меня ждёт ревность и неопределённость. Я дала согласие на развод. Уходя, он сказал, что всегда любил меня, а Алла – это страсть, которая уходит и приходит, – с грустью сказала мать Оли и замолчала.

– Всё это неприятно, мама, но почему ты не рассказала мне всего раньше? Ты все мои детские разговоры об отце пресекала в корне. Тебе было удобно, что я с каждым годом любила его меньше и начинала ненавидеть? Это твоя месть за его предательство? Папа позволял Лере видеться с матерью, ты это одобряла, а сама не сказала мне правды об отце. Я его не оправдываю, но ты не имела права мне столько лет лгать, придумав отъезд, – говорила Оля, глядя на мать.

– Королёв мог нарушить моё условие в любое время. Не думаю, что мои слова остановили бы его. Разве не так?

– Возможно, ничего бы и не изменилось, но я бы знала, что меня не бросали. Ты помнишь, как я его ждала и что ты мне говорила? Тебе было больно, а мне нет?

– Оленька, мама виновата, и она это понимает. Это её самая большая ошибка, но солгав однажды, трудно позже сказать правду. Как бы ты восприняла эту правду через пять, десять лет? Поверила или продолжала ненавидеть его? Ты, дочка, успокойся и подумай ещё раз над тем, что узнала. Поговори с отцом, если захочешь, – предложил Ольховский.

– Пап, я буду с ним разговаривать, если он сделает первый шаг, а на маму я обижена за недоверие и обман. Ты не переживай, я тебя очень люблю и мне другой отец не нужен. Может мне пожить временно в квартире бабушки?

– Если тебе там будет спокойнее – перебирайся. Только там же нет ни плиты, ни холодильника. Один диван и тот просится на свалку. Собери вещи в сумку, постель, одеяло, подушку, а я перед работой в понедельник завезу. Только это, Лёля, не выход. Ты переедешь вместе со своими мыслями и нерешёнными вопросами.

– Пап, нет у меня никаких вопросов. Ты думаешь, я не прощу маму? Я её уже простила. Ты не видишь, что она сама себя винит? Простить Королёва, а за что? Судя по полученным данным, он обо мне не забывал, а то, что делал это тайно и не встречался, может и к лучшему. Мои отношения с ним могли не сложиться. Что если он этого и боялся? А