ТехникСан 2. На ковре-звездолете - Александр Евгеньевич Сухов

— А вот об этом я готов поведать вашим хранителям. Чтобы не быть голословным, позволю провести процедуру ментаскопирования своей памяти. Уверяю, им будет интересно.

— Наивный хуман. Да, наши хранители на Шантао продают и покупают информацию. Вот только покупают задешево, а продают задорого. При этом речи о каких-либо бартерных сделках не может быть. Максимальная сумма, которую ты можешь получить за свою информацию, сто миллионов кредитов Содружества… Заметь, максимальную. Этих денег, Лис, тебе ну никак не хватит на покупку интересующих тебя данных о твоем родном мире. Если тебе интересно, процедуру ментаскопирования можно провести здесь в лагере. В этом случае означенная мной сумма тут же поступит на твой счет. Ты подумай.

Вот же гадство! Эти хитрожопые лягухи неплохо так устроились. Сто лямов, это всего лишь одна сотая часть от необходимой мне суммы.

— А по-другому никак? Насчет взаимовыгодного обмена знаниями. — Не сдавался я.

— Еще раз повторяю, для хранителей существует всего лишь одна приемлемая форма обмена данными: купить задешево, продать задорого. Я тебе уже говорил, что не согласен с подобной практикой, то есть доступ к любой информации должен быть свободным для всех граждан Содружества. Но я всего лишь рядовой член общества, мнение которого для сильных мира сего ничего не значит. К тому же, рахтанцы народ консервативный и чтут заветы предков, основавших информаторий. Так что, либо ты соглашаешься пройти процедуру сканирования своего сознания, либо оставляешь свой секрет при себе.

Я почесал «репу». Однако так себе выбор. Либо передать рахтанцам информацию за сущие гроши, либо держать её в секрете и не получить «с паршивой овцы хотя бы шерсти клок». Вот же жлобьё! Монополисты, мля! Впрочем, за сто лямов и те бабки, которые здесь заработаю я смогу приобрести не просто бот, а полноценный корабль малого класса и оснастить его необходимым оборудованием для работы по программе «Демилитаризация».

— Ладно, согласен, уважаемый, — махнул рукой, подобно Гаю Юльевичу, перешедшему Рубикон, чтобы захватить власть в Риме. — Когда вы сможете выполнить процедуру?

— Откладывать не будем. По окончании нашего разговора ты отправишься в медблок, там Ньюг Киори тобою и займется.

Хотел, было, отправиться во владения змеелюда, но тут мой взгляд в очередной раз упал на увеличившуюся горку артефактов на столе своего нанимателя, и мне в голову пришла весьма занятная идея, как подзаработать на поиске и добыче этих вещиц.

— Экселенце, вы позволите задать вам вопрос?

— Спрашивай, — милостиво разрешил профессор.

— А для чего вообще нужны эти артефакты? Я пытался расспрашивать об этом научных сотрудников, молчат, как рыба об лёд… — Тьфу ты! Снова я со своими лингвистическими закидонами. — Короче, молчат.

На мой вопрос Шуизо Аквилай дзо Тсорг ухмыльнулся по-своему по-лягушачьи (стоит отметить, что с помощью повышенной наблюдательности за счет использования нейросетевого импланта я имею возможность анализировать эмоциональное состояние представителей не только гуманоидных, но и негуманоидных рас) и направился к своему рабочему столу. Выдвинув один из ящиков, рахтанец извлек оттуда бутыль, объёмом пару литров и небольшую пластиковую формочку, какими обычно играют в песочнице детишки. Открутил пробку бутылки и тут же наполнил форму чем-то жидким серебристым.

Присмотрелся. Да это же ртуть, если не ошибаюсь. Пригляделся. Вне всяких сомнений, самая настоящая ртуть.

Тем временем профессор взял в руки один из артефактов, по форме перекрученный в восьмерку бублик и поднес к наполненной жидким металлом формочке. Далее случилось нечто из ряда вон выходящее. В комнате повеяло холодом, как результат, над профессорским столом сформировалось приличного размера облачко пара. Впрочем, небольшая рукотворная тучка быстро рассосалась, а довольный профессор извлек из формы небольшой кусочек твердого металла золотистого цвета и протянул мне со словами:

— Это золото, Лис. Только что на твоих глазах произошел процесс трансцендентной трансмутации. Иными словами, псионика в чистом виде. Если определенным образом подкорректировать работу артефакта, можно получить практически любой существующий в природе химический элемент, вплоть до трансурановых. И это без каких-либо технологических ухищрений.

Взяв в руки образец внимательно его рассмотрел, даже на зуб попробовал и убедился, что это уже никакая не ртуть, а, вроде как, самое настоящее золото. Ну и ну, только что на моих глазах свершилось то, чего земные алхимики пытались воплотить в жизнь на протяжении многих веков и ничего из этого у них не получалось, до тех пор пока люди не создали ядерные реакторы. Ну да, заветный металл из ртути, свинца или вольфрама мы получать научились, вот только дорогим оказалось то золотишко, очень дорогим. Впрочем, ценность золота в Содружестве не такая, как на Земле. Здесь этого добра добывается космическими старателями предостаточно. Дефицита всех прочих химических элементов также не наблюдается.

— Поразительно! — Я не удержался от восторженного возгласа.

Однако Шуизо Аквилай дзо Тсорг на этом не успокоился. Он подошел к окну и взял в руки горшок с каким-то кривоватым и основательно угнетенным растением, что-то наподобие японского бонсай. Поставил на свой стол. Затем извлек из кучи артефактов небольшой шарик дунул-плюнул на него, что-то пошептал. При этом я отметил всплеск уже знакомой мне энергии.

Черт побери, да он же, вне всяких сомнений, псионик. При случае попытаюсь расспросить его, каково это быть одаренным, заодно выведать, чему обучают в учебных заведениях, где проходят подготовку псионически одаренные разумные.

Тем временем, профессор положил активированный артефакт у основания деревца, затем хорошенько полил почву в горшке из графина с водой.

Результат не заставил себя долго ждать. Вскоре деревце было всё усыпано сначала бутонами, затем небольшими цветами с розоватыми лепестками. Столь бурное цветение продолжалось не более пары минут. Лепестки осыпались, на месте цветов появились небольшие шарики плодов. Сначала они были совсем мелкими зеленого цвета. Однако по мере созревания становились все более и более крупными и постепенно меняли окраску сначала на желтовато-зеленую, затем лимонно-желтую, на конечной стадии вызревания стали ярко-оранжевыми. Веселенькое зрелище, скажу вам, небольшое по размерам деревце, сплошь усыпано плодами, напоминающими по виду мандарины, вот только присущего цитрусовым запаха мой нюхательный аппарат не ощутил.

Рахтанец сорвал полдюжины фруктов и протянул мне.

— Попробуй, Лис. Плод кальвиса приятен на вкус, а для представителей гуманоидных рас отличный стимулятор физиологической активности.

Один фрукт закинул в рот, благо размеры позволяют и, разжевав его, ощутил ни с чем несравнимые вкус и аромат. К тому же моментально бодрость накатила, будто пару чашек кофе выпил.

Сплюнув на ладонь косточку в плотной скорлупе, сказал: