Время предпоследних новостей - Владимир Спектор

И просить - просто силы нет.

Я мечты положу в суму,

Что похожа на белый свет.

Может, с кем поделюсь мечтой,

Может, встречу кого в пути...

Он, ведь, только на вид простой.

А с мечтой - хорошо идти.

* * *

Сквозь жару или холода,

Сквозь грозу или сквозь капель

Помоги мне попасть туда,

Где побудку даёт апрель.

Там весна открывает счёт,

Там «надежду» зовут «любовь».

Я ей верю, что «всё пройдёт».

Всё пройдёт. И начнётся вновь.

* * *

Предатели и негодяи – в большинстве?

Примета времени? А, может, просто жизнь?

И шапка не горит на голове,

И слышно – не «Держи его!» - «Держись!»

Меняются фасоны и зачёс,

Идут часы, то плача, то смеясь…

Как за вопросом следует вопрос,

Так за дождём – и грязь, и новый князь.

* * *

От пункта «А», прибежища разлуки,

До пункта «Б», где встречи ждёт любовь,

Судьбою словно взятый на поруки,

Пространство покоряя вновь и вновь,

Я замер на ходу, на полуслове,

И сердца стук узнал сквозь стук колёс,

Когда разлука взорвалась любовью,

А тень от встречи – тенью дальних звёзд.

* * *

По линии руки,

В дыхании пространства

Мы снова не близки,

Как блажь и постоянство.

И вместе – далеки

От знания ответа,

Как поворот строки

От таинства сюжета.

* * *

Кто хороший поэт, кто – плохой…

Помаши мне оттуда рукой,

Ты ведь тоже и странный, и странник,

Из себя самого изгнанник.

Поделись не строкой, не уменьем,

Не пронзительным стихотвореньем,

Тем, что стало судьбой на века…

Просто пусть шевельнётся рука,

И пойму я, как песню, как чудо,

Эту боль, что сквозит ниоткуда.

* * *

Мир, не теряющий границ,

Криклив, как наваждение.

Увы, понять, кто «жид», кто «фриц»,

Дано уже с рождения.

Хоть нынче «немец» - как пароль

Победы, не проклятия.

Всё ж, миллиард криклив, как ноль,

Живущий по понятиям.

И рушатся не рубежи,

А лишь могилы братские.

И только тем, кто в них лежит,

Плевать уже на нации.

* * *

Несладкое вино располагает к думе

О смысле бытия, неспешности пути…

И мысли в голове, как пассажиры в трюме,

Кумекают, куда нам плыть или идти.

Желанье говорить и улыбаться чаще

Душевно и легко, без лести и обид…

Несладкое вино, так ведь и жизнь не слаще.

Хотя порой светла и не горька. На вид.

* * *

Ответов на вопросы нет,

Но поиск их всё длится.

Горит и не сгорает свет,

Рождая тень на лицах.

Зачем, куда, откуда, как? -

Бог весть, моя родная...

Я знаю - свету нужен мрак,

Но почему - не знаю.

* * *

Я стучусь – и не слышу ответа,

Я ищу – не могу обрести.

Жизнь сравнима с частицами света,

Что не гаснут, сгорая в пути.

Отражаясь в мгновении каждом,

Растворяемся только в своём.

Это, кажется, было однажды,

Прорастая всё новым быльём.

* * *

Притворяюсь весёлым. Знакомое дело.

Несмотря ни на что, веселюсь и пляшу.

Что в душе наболело – скрываю умело,

И за то, что несмелый – прощенья прошу.

Открываю и вновь закрываю скрижали.

Паникую и вновь обретаю покой.

И удача внезапной сестрою печали

Вдруг бросается вслед за случайной строкой.

* * *

Бабочек осенние полёты.

Направленье – прямо в никуда.

Спета песня. Но остались ноты,

И горит по-летнему звезда.

Манит небо даже холодами

Бабочек порхающий салют.

Улетают с нами и над нами.

И, как будто крыльями поют.

* * *

О справедливости – без лишних слов.

Она – не хлеб, не масло, не картошка.

Она – как счастье, как любовь,

Не делится на части и на крошки.

Она – как жизнь без боли и обид.

Но где на свете есть такое диво?

И потому, видать, душа болит,

И это, впрочем, тоже справедливо.

* * *

Ожиданье звонка,

Ожидание доброго слова.

То ли жизнь нелегка,

То ли хочется снова и снова

Ощутить вдруг родство

В ритме непостоянства.

Словно ветер листвой,

Мной играют судьба и пространство.

* * *

Счастье – лекарство для всех больных.

Где та аптека,

Где выдают его для двоих,

Где век от века

Снова и снова в рецептах нет

Лишнего слова.

Мы не готовы узнать ответ.

Сердце готово.

* * *

Несостоявшийся роман,

В котором будни ненасытны,

А праздники, как счастье, скрытны,

И в каждом чудится изъян,

Как состоявшийся обман,

Где от любви до равнодушья,

Как от чахотки до удушья,

Где даже трезвый – тоже пьян…

А вот в природе всё не так.

Там всё всерьёз, и всё иначе.

Там дождь, хоть плачет, но к удаче,

Ведь вслед за ним светлеет мрак.

* * *

Ожиданье чуда, как любви,

Ожиданье счастья, как прозренья.

Кажется, что только позови –

От спасенья и до воскресенья

Пролетит эпоха, словно миг,

В отраженье звёздами врастая…

Вслед за ней парю в глазах твоих,

Хоть чудес давно не ожидаю.

* * *

Падение листа по вертикали

С пропеллерным вращением вначале.

С желанием парить, не унывать.

Пусть увядания видна печать

Сквозь ярость желтизны осенней краски.

Парение листа, желанье ласки

В преддверье осени, зимы. Исчезновенья.

Парение листа. А не паденье!

* * *

Кто-то обгоняет, торопясь,

Кто-то, торопясь, идёт навстречу,

Продолжая внутреннюю связь,

Судьбами сшивая день и вечер.

И не ощущая, как поют,

То ли трубы, то ли просто птицы.

Там и тут идут они, идут…

И ничто, ничто не повторится.

* * *

Приспособиться и быть, как все,

Не как белая ворона,

Мчаться не по встречной полосе,

Не на красный, - на зелёный.

Приспособиться, как дождь к зиме,

Или как снежинка к лету.

Привыкать, как свет к полночной тьме,

Даже, если нету света.

Привыкать к тому, что из мечты

Вырастают новые загадки,

Что режим набора высоты

Горький в той же мере, что и сладкий.

* * *

У разных мыслей - общая основа.

И суть её - словарное кольцо.

И даже превращаясь в дело, слово

Меняет форму, сохранив лицо.

У разных слов - похожие обличья.

Хоть это ни о чём не говорит.

Охотник вдруг становится добычей,

Храня при этом неприступный вид.

* * *

И где-то тишина незримо

Поёт беззвучно о своём.

Любовь опять проходит мимо,

Не с песней - с тишиной вдвоём.

А музыка почти что рядом.

Я слушать вновь и вновь готов...

Любовь, меня лаская взглядом,

Звучит мелодией без слов.

* * *

Ответов на вопросы нет,

Но поиск их всё длится.

Горит и не сгорает свет,

Рождая тень на лицах.

Зачем, куда, откуда, как? -

Бог весть, моя родная...

Я знаю - свету нужен мрак,

Но почему - не знаю.

* * *

Гудки локомотивов маневровых,

Ночная перекличка поездов

И мыслей, от бессонницы суровых,

Как путешественник и командор Седов…

Но в мыслях, что суровы только внешне,

Вопросов вязь, надежды и мечты.

И речь друзей, и лица их, конечно,

И много ещё разного. И ты.

* * *

Среди мыслей о насущном хлебе,

О делах, долгах, вчерашнем дне,

Боже мой, журавликами в небе -

Мысли о тебе и обо мне.

И восходит, кажется, сиянье,

За собою в вышину маня,

Как награда - общее дыханье

Каждого мгновения и дня.

Каждого мгновенья, что сгорает

В пляшущем, не гаснущем огне…

И мерцает, с вечностью играя,

Память о тебе и обо мне.

* * *

Безмятежность праздничного дня,

В коей отдых представляется работой,

Как среда или четверг – субботой,

Растворяется в душе, маня

Полудетским таинством любви,

Ожиданием не чуда, так свободы.

Сквозь мгновенья, будто бы сквозь годы,