Эта девочка Моя (СИ) - Царева Вероника

Цепов Кирилл здесь царь и бог, а я просто новенькая, человек без имени. Наверное, она, выгнала бы меня из квартиры, если бы он попросил об этом.

— Я так рада, что ты зашел. Я как раз собиралась посмотреть какой-нибудь фильм, если хочешь, присоединяйся, в холодильнике есть пиво, — любезничает с ним Анька, не замечая кинжалы, которые он мечет глазами в мою сторону. Он знает, где я живу и с кем, и почему-то мне кажется, что это не очень хорошо.

Ты заплатишь за все. Его слова звенят в моих ушах.

Я все еще чувствую ядовитую интонацию, с которой он произнес эти слова. Я никто в его мире, никто в этом институте, а он бог на которого бросаются девчонки, а парни мечтают с ним дружить. Принудить меня уехать для него несложно. Унижать еще проще.

— Анют, не возражаешь, если я немного поболтаю с твоей подругой, — когда я слышу его глубокий, строгий голос, кровь в моих венах практически останавливается.

Я неосознанно качаю головой. Выхожу из гостиной и почти бегу по коридору в свою спальню.

Его тяжелые шаги заполняют пространство позади меня, и я понимаю, что мне не обогнать его. Нужно было послушаться, я не должна была провоцировать его.

Добежав до двери спальни, быстро открываю ее, бросаю учебники на пол и когда поворачиваюсь, чтобы закрыть, вижу, как его нога залетает между дверью и косяком. Мой взгляд падает на это место.

— Ну что так удивленно смотришь? Разве я не говорил тебе… Не предупреждал? — его голос суров и опасен, и я дрожу, гадая, от страха ли это или отчего-то другого.

С той ночи, когда он поставил меня на колени и приказал сосать его член, я чувствую то, что не должна чувствовать к такому злобному и страшному человеку, как Кирилл.

Я бью руками по двери, пытаясь закрыть, но ему достаточно одного крошечного толчка, чтобы одолеть меня. Он открывает дверь и входит в спальню, мою спальню, его глаза не отрываются от моих, огонь и ярость кипят в его зеленых глубинах.

Он зол и жесток и в этом состоянии выглядит великолепно.

Так, тормози Диана, ты не можешь так о нем думать, только не после того, что он с тобой сделал. Он уже не тот человек, которого ты когда-то знала.

Его огромная рука хватается за край двери, а затем он закрывает ее. Запирая нас внутри, я делаю шаг назад, кажется, что комната стала намного меньше.

Звук защелкивающегося замка заставляет мое сердце забиться сильнее. Оно бьется так громко, что на мгновение, я слышу только шум крови в ушах. Может ли он тоже это слышать?

Что случилось с мальчиком, которого я любила?

Глава тринадцать

— Убирайся, — шепчу я, мой голос слаб, как и мое тело.

Я должна была послушаться его, послушаться его предупреждений. Никогда раньше я не нарушала правила, но правила Кирилла глупы, даже более чем глупы, они просто нелепы.

— Я никуда не уйду, пока не получу желаемое. Я здесь, чтобы преподать тебе урок, — ухмыляется он, но это не его обычная улыбка, нет, эта улыбка коварная, обещающая душевную боль.

Его глаза перемещаются вверх и вниз по моему телу, и я чувствую себя маленькой, загнанной в угол мышкой.

— Но, но я же ничего не сделала… — мои губы дрожат, выдавая эмоции, я ненавижу его за то, что он заставляет меня испытывать страх.

Он делает шаг вперед, смотрит с превосходством, пульсируя гневом, местью, и я знаю, что мальчика, которого я любила когда-то, мальчика, который был моим лучшим другом, моим всем, больше нет внутри этого монстра.

— Ты, существуешь, и для меня этого достаточно. Теперь ты станешь моей собственностью. На некоторое время…

Я не успеваю ответить, как он уже возле меня, его пальцы грубо впиваются мне в кожу. На этот раз я знаю, что не смогу ударить его по яйцам, но это не значит, что я просто позволю ему причинить мне боль. Я бьюсь и царапаюсь, но он одолевает меня так, словно я маленькая букашка.

Толкает меня на кровать лицом вниз, его колено упирается мне в поясницу, чтобы удержать на месте. Мое лицо уткнуто в подушку, но я все равно борюсь с ним.

Страх впивается в мои внутренности, когда я слышу щелчок пуговицы на его джинсах. Он нет… он не станет. Нет.

— Кирилл, прекрати сейчас же, — приказываю ему, повернув голову в сторону, и заодно делаю столь необходимый вдох. — За что? Кирилл, я не понимаю!

Я чувствую, как его руки проникают под мои лосины.

— Не понимает она, как же! Может тебе память отшибло, милая Диана? — шипит он ядовито, а в моих глазах начинает темнеть. — Ты понятия не имеешь, с кем ты, блядь, связалась. Кто я теперь. Я тут главный, управляю этим местом… девушки хотят, чтобы я их трахнул, парни хотят быть мной. Сейчас ты на моей территории и я могу сделать с тобой все что угодно.

Паника вцепляется в меня и отказывается отпускать. Он владеет здесь всем, всем кроме меня. Я ему не принадлежу. Осознания этого дает мне сил и смелости, чтобы противостоять ему. Он несет странную чушь! Я ничего не сделела. НИЧЕГО. И эти его беспричинные обиды меня не интересуют, хотя, что-то мне подсказывает, что я не знаю настоящей причины его гнева.

Я извиваюсь, выгибаюсь и брыкаюсь, делаю все возможное, чтобы сбросить его.

— Борись со мной, Ди, борись. Так даже интересней.

— Я тебе не принадлежу… — давлюсь окончанием фразы, когда чувствую прохладный воздух на своей прикрытой одними лишь трусиками попе. Он стягивает лосины с моих бедер и наваливается на меня еще сильнее.

Боже…

Хотя мне страшно, страшно от того, что он собирается сделать, часть меня испытывает искушение поддаться тьме внутри него, позволить ему выместить ее на мне. Интересно, если я отдамся ему, если я позволю ему овладеть собой, изменит ли это что-нибудь? Повернет ли это его ко мне.

Я чувствую его горячее дыхание возле уха и прежде чем я успеваю собраться с мыслями, он срывает с меня трусики, потратив на это незначительное усилие.

Моя грудь ходит ходуном, я никак не могу остановить учащенное дыхание. Он ведь не собирается этого делать, правда? Он же не станет насиловать меня? Это все равно он, пусть даже такой злой, но это он, он не перейдет черту.

Затем я чувствую его… не только тело, но и его член, он огромный, и он скользит вверх и вниз по моей заднице, заставляя дрожать от страха, но в моем животе кипит нечто большее, чем страх. Это нечто совсем другое.

Тепло заполняет мое существо, посылая струйки удовольствия в моу сбитую с толку голову. Я в замешательстве, в полном замешательстве. Я не должна хотеть этого, но, как бы это ни было странно, хочу.

Я представляла себе секс с ним с тех пор, как узнала, что это такое. Но никогда, никогда я не представляла его таким. Я всегда предполагала, что он будет моим первым, но я думала, что это будет мило и нежно, а не так грубо и грязно.

Рука Кирилла ласкает мою разгоряченную плоть, его прикосновения удивительно нежны, когда он скользит членом между ягодицами, вверх и вниз, вверх и вниз. Я слышу, как он вдыхает и выдыхает, словно пытаясь успокоиться.

— Мне трахнуть твою киску или задницу? — я снова начинаю извиваться под ним, желая хотя бы увидеть его лицо, попытаться найти в нем того мальчика, которого я когда-то знала.

— Отпусти меня… ты показал свою силу, доказал мне все. Хватит, — кричу я, чувствуя, как удовольствие бурлит у меня между ног.

— Нет, я думаю тебе еще мало, — его рука скользит по моему телу, проходит по ягодице и проникает между ног.

Все это я хотела когда-то давно, его руки на мне, его губы на моих, и, возможно, часть меня, все еще хочет этого, но только не с тем человеком, которым он сейчас стал.

Я хочу его прежнего, мальчика, который держал меня за руку, улыбался мне и вытирал мои слезы.

Я хочу вернуть своего лучшего друга.

Без предупреждения он начинает нежно поглаживать мой клитор.

— Может, я трахну обе. Скажу всем, что ты оказалась шлюхой, которая умоляла меня взять обе твои дырочки.

Мое тело реагирует на его прикосновения, хотя его слова жестоки, а голос зол.