Кодекс ордена (СИ) - Емелин Андрей

— Ты ни о чем не хочешь меня спросить?

Лани снова покачала головой.

— Ну как знаешь, — Эш почесал затылок. — Кстати, у тебя есть какой-нибудь предмет с собой, который позволяет академии определять твое местонахождение? Обычно это кольцо, медальон или какая-то красивая безделушка.

Девушка коснулась рубашки в районе груди и опасливо покосилась на Эша.

— Медальон значит. Хорошо, смотри его не потеряй, не снимай и держи всегда при себе. Надо чтобы на нас поскорее вышли твои, из академии. Может у тебя есть какая-то возможность подать им сигнал, что ты в опасности?

— Нет, — тихо сказала девушка. — Но я обещала написать Витору письмо, вскоре после начала обучения. Это слуга моего отца, он жил в академии и помогал мне там во время обучения.

— Понятно. Значит сам он забеспокоится еще не скоро — через месяц, а то и больше. Ну да ничего, доберемся до Фремьена, а оттуда уже напишешь письмо, чтобы тебя забрали.

— Простите… мастер. Но Вы больше не хотите меня обучать?

Несколько секунд Эш колебался, собираясь рассказать девушке и о том, кто он такой, и по какой нелепой причине ее обманывал, но все же решил, что это откровение может сейчас только навредить.

— Хочу, Лани, но беспокоюсь за тебя, — не менее честно чем собирался, ответил он. — О себе самом я могу позаботиться, однако не хочу, чтобы ты пострадала. Пускай в академии узнают о случившемся, пришлют боевых магов разобраться что к чему, а дальше уже будет видно.

— Хорошо, — девушка наконец слабо улыбнулась, и они отправились в лес.

Через минуту Эш повязал поводьями лошадь к дереву и, попросив Лани подождать, отправился замести следы от конских копыт.

Почти до самого полудня они двигались не проронив ни слова, то продираясь через плотные заросли кустарника, то минуя широкие поляны и овражки. Эш все ждал от девушки каких-либо вопросов, потому как сам он не мог понять ее состояние и отношение к случившемуся бою возле дуба. Наконец девушка поравнялась с ним и спросила:

— Скажите, мастер, а скоро нам можно будет остановиться? Я, кажется, натерла ногу.

Старик кивнул, располагаясь возле старого, поваленного ветром вяза.

Лани облокотилась на неровный пенек и принялась стягивать сапог с правой ноги, а Эш тем временем достал из седельной сумки вяленую рыбу.

Дела у волшебницы оказались неважными — поверхность кожи над пяткой очень сильно покраснела, и содралась, уже давно, должно быть, причиняя серьезную боль. Антим хотел предложить девушке сделать повязку, но она и без его советов открыла свою сумку и достала оттуда бинт. Следом за ним в ее руках появился небольшой пузырек с белой жидкостью в которой антим узнал панациновую мазь. Столь же хорошее, сколько и дорогое, алхимическое средство, обеззараживающее и быстро заживляющее любые раны.

Лани нанесла мазь на ногу и принялась бинтоваться, делая это совсем не важно и рискуя вскоре натереть узлом голеностоп. Эш молча подошел к ней, сел рядом и принялся аккуратно менять перевязку.

— Вас ранили, — сказала девушка, глядя на темное пятно в районе правого предплечья Эша.

— Ерунда.

— Давайте тоже обработаем рану?

— Она уже затянулась.

— А если там заражение? — не унималась Лани. — Мазь подействует и так. А то у Вас мантия грязновата. Мало ли что?

Эш тяжело вздохнул, прикинул удастся ли задрать рукав, чтобы не снимать мантии, но понял, что в этом случае придется слишком сильно бередить рану. Тогда он поднялся и быстро стянул одежду, оставшись в одних штанах. В конце концов девушка была права. Антимы умели терпеть боль, имели сверхъестественную выносливость, однако обычные человеческие болезни могли подкосить их не хуже чем меч врага.

— О святой круг! — изумленно прошептала Лани, глядя на крепкое тело Эша, иссеченное множеством старых ран. Были среди них и следы магических ожогов, и рубцы от ударов сталью, что довелось пропустить антиму за всю его долгую жизнь.

— Страшный я, да? — грустно усмехнулся старик.

— Нет, просто… — девушка смутилась и отвела взгляд. — Вам бы тело восстановить. Маги Вульда или Гоадро смогли бы легко это все исправить… Ну и возраст тоже. Это ведь не слишком дорого.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Эш подумал, что для девушки значит «не слишком дорого»? В столице Ланкарии, городе Новый Анриж услуга возврата возраста стоила не меньше двадцати золотых рейхских марок, или почти семидесяти венгелей. Что же до серебряных ланков, основной валюты в их стране, то их и вовсе потребовался бы увесистый мешок. К сравнению, за такие деньги можно было приобрести отличный дом в столице со всеми новомодными удобствами вроде горячего водоснабжения, где-нибудь неподалеку от дворца. С восстановлением внешности все было проще, но и его, могли себе позволить только очень состоятельные люди. Далеко не все маги, даже в анрижской академии, сами обладали такими средствами.

— Все забываю спросить, какая у тебя фамилия? — сказал Эш, пока Лани перевязывала ему руку, предварительно нанеся на рану немного мази.

— Де Круайен. У моего отца крупное поместье в Брунвее, и своя, пусть и небольшая, торговая компания там же. Водит корабли на восток, в Ассию, — она аккуратно затянула узел и Эш принялся одеваться.

— Я заметил, что ты сказала «отца», а не семьи.

— Да… — Лани опустила взгляд и вздохнула. — Мамы не стало год назад. Я уже училась в академии, так и не побывала дома с тех пор.

— Я вижу, что тебе неприятно об этом говорить, не отвечай если не хочешь, — Эш подвигал рукой, прикидывая не мешает ли повязка движениям и подобрал с земли свою трость. — И все же, что с ней стало?

— Умерла от какой-то болезни. Я не знаю подробностей, отец мало рассказал в письме.

— А что же лекари?

— Родители не очень ладили в последние годы, — пожала плечами девушка и принялась осторожно надевать сапог. — Я точно не знаю, но наверно причина в этом.

Эш кивнул ей и развернул кожаный сверток с рыбой.

— Это не деликатес конечно, но ты с прошлого вечера ничего не ела, а в пути силы расходуются быстро и незаметно.

— Спасибо, — кивнула девушка, забирая несколько крупных кусков. — А у нас ничего нет попить? У меня жажда сильная, а теперь к ней еще и соленое.

— Только вино, за качество не ручаюсь.

Лани кивнула и приняв из рук старика кожаный бурдюк некоторое время смотрела на него и рыбу.

— Мастер… можно у Вас кое-что спросить? Про тот бой у дороги.

— Спрашивай.

— Просто он никак не выходит у меня из головы, хоть я и почти ничего не видела. Только самый конец… Но теперь вот думаю, что наша еда принадлежала тем людям, и это словно какое-то мародерство.

Эш молчал, все ожидая конкретного вопроса и девушка наконец задала его:

— Вам их не жалко?

— Я не могу ответить тебе на этот вопрос однозначно. Что ты имеешь в виду?

— А что здесь можно иметь в виду? — нахмурилась Лани. — Я понимаю, что Вы защищались… И наверно даже защищали меня. Но еще утром те люди были живы, а теперь их нет.

— Скажи, как ты думаешь, стал бы я убивать их, если бы они не хотели биться?

— Я понимаю это и все же…

— Подожди! — сурово перебил ее антим и встал рядом, облокотившись на тот же пень. — Все не так просто Лани. Дело в том, что мне жаль этих людей, однако я жалею не о самой их смерти, а о том, что они выбрали именно такой путь. Им не хватило милосердия, чтобы поступить иначе, что же до меня, то я просто ответил им тем же.

— Но почему? Разве Вы не могли, например, напугать их магией или… или как-то еще не допустить всего этого?! — воскликнула Лани, на что Эш покачал головой.

— Порой людям не хватает сил, чтобы быть милосердными друг к другу. Но если один из них все же останется таковым, поможет это ему или нет? Некоторые шрамы, из тех что ты видела, стали для меня ответом, но мне повезло куда больше чем многим другим — я все еще жив. Теперь я решил одно, уж если тебе отказали в милосердии, отказывай и ты. Но это не урок, Лани. Каждый здесь выбирает сам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Некоторое время они стояли молча, затем девушка кивнула и принялась есть рыбу и запивать ее вином.