Принцип матрешки - Владимир Александрович Сухинин

Риз снова кивнул.

– Это прокатит, – неожиданно на сленге моего мира ответил он, и я заулыбался. – Чему вы улыбаетесь, риз? – спросил Мазандар.

– Вы сказали «прокатит».

– Ах, это? Я слышал это слово от Искореняющих и понял, что оно точно отражает суть нашей темы. Что делать мне?

– Вы доверяете этому молодому человеку? – спросил я и кивнул в сторону двери.

– Да, полностью. Он сын моей возлюбленной. Она покинула этот свет, а он остался один. Я вырастил его и забочусь о нем.

– Он ваш сын? – спросил я, прямо глядя ему в глаза.

Риз замялся, отвел взгляд, но потом еле заметно кивнул.

– И про это никто не знает? – уточнил я.

Риз снова кивнул.

– Наследство оставите ему?

– Да, других детей у меня нет, риз Тох Рангор. Я сделаю его сначала бароном…

– Понятно. Я не буду разглашать вашу тайну. С этого момента вы действуете по планам заговорщиков, а я буду вас прикрывать, ничего не бойтесь.

Мазандар снова кивнул.

– Пока я оставляю вас одних, – попрощался я с герцогом. – Мне надо в столицу, господин герцог. Надеюсь на ваше здравомыслие.

После этого, не задерживаясь, исчез. Появился рядом с магом. Он уже пришел в сознание, но все еще был обездвижен. Ни слова не говоря, схватил его, погрузил на спину и переместился в кабинет Гронда.

Тот сидел за столом и читал бумаги. Глядя на него, я заметил одну особенность всех чиновников. Вся их работа заключается в том, чтобы просиживать за бумагами. У него там, наверное, доносы, рапорты, сводки и все такое. Он не имеет возможности заняться настоящим делом и разгребает то, что насобирали и описали другие. Надо писать резолюции, подписывать отчеты наверх и смертельно уставать от этой рутины.

Налюбовавшись его усердием, «проявился» и с грохотом бросил пленника на пол. Гронд вздрогнул и поднял голову. Икнул и схватился за сердце.

– Студент, – хрипло произнес он, – ты хочешь моей смерти?..

– Нет, мастер. Меня привело к вам неотложное дело.

Гронд, не отрывая от меня взгляда, пошарил рукой по столу и схватил чернильницу. Ее он метко запустил в меня. Я пригнулся, и она врезалась в дверь. Тут же в проем заглянул его секретарь.

– Закрой дверь! – рявкнул Гронд.

Секретарь буквально испарился.

– Это кто? – спросил Гронд, немного успокоившись, и перевел взгляд на мага имперца.

– Это язык, добытый мной у врагов королевства, мастер.

– Кто?..

– Пленный.

Гронд уже пришел в себя.

– Садись, риз, – указал он на стул и стал шарить в ящике стола. – Все никак не могу привыкнуть, что вы, ваша светлость, уже герцог. Срываюсь, простите, – он не нашел искомое и, сплюнув, проворчал: – Закончилось успокоительное.

– Может, вы это искали? – спросил я и достал бутылку «Лозы».

– Ее самую, – ответил Гронд.

Кинул на меня неласковый взгляд и стал доставать стаканы. Поставил их на стол. Я разлил вино. Он выпил залпом. Я лишь пригубил.

– Рассказывай…те, – разрешил он.

– Я провел разведку в замке риза Мазандара и разговаривал с самим герцогом.

Гронд остался невозмутимым. Я даже позавидовал его выдержке.

– Мятеж есть, мастер.

– Улики? – отрубил Гронд.

Я выложил письма. Гронд стал их внимательно читать. Потом поднял тяжелый взгляд на меня.

– Это не улики, – сказал он.

– Это для начала, – продолжил я и положил карту на стол.

Гронд ее пощупал и с уважением декларировал:

– Умеют имперцы делать бумагу.

– Это не имперцы, мастер, – поправил его я. – Это иномирцы. Вы читайте.

Он вздохнул и углубился в изучение карты.

– Ну, вижу стрелки, надписи. И как это понять? – спросил он.

Я протянул ему план. Гронд буквально впился в него и, шевеля губами, стал его изучать. Чем дальше он читал, тем сильнее бледнел. Затем отложил лист и откинулся на спинку стула.

– Убил, студент, – прошептал он. – Нас всех казнят вслед за Мазандаром. Зачем ты к нему полез? А если полез и нашел такое, – он потряс планом, – почему по-тихому не придушил? Я знаю, ты умеешь.

– Не казнят, мастер. У меня есть план.

И я поведал ему о разговоре с Мазандаром. Говорили больше часа. Гронд переспрашивал, уточнял детали, вносил свои поправки и, наконец, повеселел. Сам разлил вино по стаканам. Один из них выпил и спросил:

– А этого зачем притащил?

– Он является свидетелем, вот и притащил.

– И что с ним делать?

– Он расскажет на суде, как пытались вербовать риза. И о спящих ячейках имперцев в Вангоре. Он агент тайной службы.

– Его сейчас допрашивать нельзя, – задумчиво произнес Гронд. – Информация может просочиться. И оставлять тут тоже нельзя. Есть и тут шпионы и продажные шкурки. Ты можешь его где-то спрятать?

– Конечно, мастер. У себя в замке.

– Хорошо.

Гронд задумался на пару мгновений и, сморщившись, проговорил:

– Только как-то нескладно получается со скорпионом, которого пленили. И с его родней… Арест аристократов без санкции короля – это преступление… Они же не на войне. И баронессу обесчестили, сволочи. Муж этого не спустит.

– Я позабочусь, чтобы они не выдвигали претензий к ризу, – пообещал я.

– Убьешь? – хмуро спросил мастер.

– Нет, убивать не буду. Они и так настрадались. Не предали под пытками. Проведу с ними работу. Только надо, мастер, им компенсировать их страдания.

– Как компенсировать? – нахмурился прижимистый Гронд.

– Ну, они же действовали по заданию тайной стражи. Значит, казначей тайной стражи должен раскошелиться.

– Хм, раскошелиться. Не я пристраивал парня к ризу, а Кране… А пусть раскошелится Мазандар. Он это все натворил, пусть и расплачивается за свою любовь к имперцам. Передай ему, пусть выдаст по двадцать… нет, по пятьдесят тысяч илиров каждому. И за поруганную честь баронессы еще пятьдесят тысяч. Этого вполне хватит, чтобы они держали язык за зубами. Иначе…

Я кивнул, понимая, о чем говорил Гронд…

Глава 2

Снежные горы

Святой папа Бурвидус нахмурил брови. С высоты своего места на склоне горы он внимательно осмотрел поле битвы. Внизу перед хирдами дворфов, в двухстах шагах от передовых линий, расположились лесные эльфары. От их плотной группы разбегались группки снежных эльфаров. Часть снежных эльфаров сразу же сдалась дворфам: когда они выскочили наверх и увидели перед собой отряды маленьких, широкоплечих, грозных воинов, то побросали оружие и встали на колени. Их тут же связали и отвели в тыл, к частям обеспечения. Лесных эльфаров и их союзников было не больше четырех сотен. Они сконцентрировались на маленьком пятачке.

Бурвидус заметил, как заметались лесные эльфары. Они сначала выставили конных стрелков перед собой и направили вниз по склону, но заметив подошедших дворфов, стали перемещать их в тыл.

– Гленд командующий, прикажите командам орудий открыть огонь, – распорядился Бурвидус.

Он понял, какую возможность дали дворфам лесные эльфары. Они были отличной мишенью.

– Но, святой отец, – попытался спорить генерал, – мы не объявляли войну лесным эльфарам.

– Зато они объявили войну нашим союзникам. Если вы, гленд, хотите остаться в истории трусливой задницей, то просто отойдите и не мешайте другим делать мужскую работу. Война – удел настоящих мужчин, а не изнеженных барышень, которые перед тем, как отдаться, спрашивают: а у вас есть право меня трахнуть?

Генерал побагровел. Святой отец эпитеты