До вечности - Лилиана Родс

в ней привлекло меня. Я ничего не сказал, но начал расспрашивать и выяснил, что она ценит свою семью превыше всего и не беспокоится о вещах, которые обычно впечатляют других.

— Например, деньгах.

— Верно, — говорит он. — Я знал, что именно ты стоишь за ежемесячными балами-маскарадами, и, конечно же, знал почему. Я даже сходил на один из них, думая, что поговорю с тобой, но побоялся все испортить. Не знаю, каковы были бы последствия, если бы кто-то узнал, что мы общались. Я не хотел, чтобы ты что-то потерял. Поскольку заслужил это наследство.

— Его бы не было, если бы не твои идеи и подталкивание отца к правильным решениям, — говорю я.

— Мы здесь не для того, чтобы говорить об этом, — отвечает он. — У меня была идея отправить Карину на твой бал, но я знал, что она не примет приглашение просто так, потому что она не такая. Она домоседка и свободное время проводит дома, ухаживая за бабушкой.

Я киваю.

— Алекс, ближе к делу. Что ты хочешь сказать?

— Я подумал, что она идеально тебе подойдет, и отправил ее на бал. Я уволил ее, чтобы убедить ее сделать это, а потом предложил содержать ее бабушку.

— Как ты мог так поступить?

— Знаю, но я пытался добиться своего. Сначала я просто хотел, чтобы она оказалась рядом с тобой, чтобы посмотреть, поладите ли вы, как я надеялся. Проблема в том, что она мне понравилась еще в тот момент, когда я просто услышал о ней. А когда увидел ее, все стало еще хуже.

— Что значит «стало хуже»?

— Я влюбился в нее.

В помещении вдруг становится душно, как будто из него высасывают весь воздух.

— О.

— Она не ответила мне взаимностью. Потому что влюбилась в тебя. Думаю, в ту первую ночь. Она даже не знала, как тебя зовут, и как ты выглядишь на самом деле, но влюбилась по уши. И это причинило мне боль. Поэтому я захотел причинить боль тебе, потому что всю жизнь ты получал внимание и любовь, а меня отталкивали.

— Но…

— Знаю, это не твоя вина. Я взрослый человек и должен был забыть об этом. Каким-то образом эта неуверенность и боль вернулись. Я был сам не свой. Весь план отправить ее на бал был безумным, и я сожалею об этом.

— Но без тебя я бы с ней не познакомился.

— Она хорошая девочка, Райан. Я знаю, что мы не разговаривали пять лет, но думаю, что она идеально подходит тебе. Мне жаль, что все так вышло, но я предполагаю, что она любит тебя настолько, что если бы ты пошел к ней, то смог бы все исправить. И, возможно, сохранить свое наследство.

— Я не беспокоюсь об этом. Мне действительно больше нет до этого дела. Я люблю ее больше всего на свете, но устал жить по плану отца. Я поступил глупо, не попытавшись поговорить с ней и выяснить правду. Мне тяжело доверять людям, и я позволил этому страху управлять мной.

— Иди и забери свою девочку, — говорит Алекс.

— А что насчет тебя? С тобой все будет в порядке?

Он задумчиво улыбается.

— Она показала мне, что я могу любить. Я не думал, что способен на это. Мое время придет. А сейчас я просто хочу, чтобы брат вернулся в мою жизнь. Я хочу, чтобы ты был счастлив.

Глава 7

Карина

Три недели до дня рождения Райана

Через час после того, как Одесса ушла домой, я смотрю на свой телефон, безмолвно умоляя его о звонке или сообщении от Райана. Я не могу позвонить снова так скоро.

В дверь звонят, и я решаю, что это один из моих соседей. Открываю дверь и вижу Райана, стоящего передо мной.

— Мы можем пойти куда-нибудь поговорить? — спрашивает он.

— Зачем? Мы можем поговорить здесь.

— Нет, я совершил много ошибок и собираюсь исправить одну прямо сейчас.

— Хорошо, — говорю я, смущаясь. — А где ты предлагаешь сделать это?

— Дома. У меня дома. Так мы сможем поговорить. А потом, если ты не захочешь меня больше видеть, я привезу тебя домой, и тебе больше не придется терпеть мое общество.

— Но я не хочу этого, — шепчу я.

— Тогда чего же ты хочешь? — спрашивает он.

— Правды, — отвечаю я. — От нас обоих. Позволь мне все объяснить.

— Хорошо, — говорит он.

Мы садимся в его машину, и я чувствую, как дрожу.

— Хорошо, — говорю я. Опускаю руки, а затем начинаю нервно щелкать костяшками пальцев. Мое дыхание неглубокое, а плечи напряжены. Я пытаюсь сделать глубокий вдох, но у меня не получается.

Он осторожно кладет свою руку поверх моей и ловит мой взгляд.

— Дыши, — говорит он.

Я киваю и ненадолго закрываю глаза, сосредоточившись на дыхании, пока оно снова не становится нормальным.

— Я знаю, на что это было похоже, — говорю я, — но то, что ты сказал тогда, на прошлой неделе, верно и для меня. Все, что я говорила тебе, было правдой. Все, что я чувствую к тебе, — настоящее.

Он испускает долгий вздох.

— Знаю. Уже пообщался с твоей феей-крестной, — говорит он. — Я должен был понять, что все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я должен был догадаться, что мы не могли встретиться случайно.

— Тогда зачем было забирать меня из этого бардака в тот день? — спрашиваю я, оттопыривая большой палец.

— Не знаю. Я просто поверил своему чутью.

— Я чувствую себя ужасно из-за этого. Ты должен меня выслушать. Я рада, что ты поговорил с ним, но просто позволь мне рассказать свою версию, пожалуйста.

— Хорошо, — говорит он.

— Я работала в «John’s» официанткой последние пять лет, когда меня неожиданно уволили. По дороге домой ко мне подъехал лимузин, и мужчина предложил мне 20 000 долларов, чтобы я могла ухаживать за больной бабушкой и содержать нас, и все, что мне нужно было для этого сделать, — это посетить бал-маскарад и потанцевать с человеком в зеленой маске.

— Продолжай, — говорит Райан.

— После первого бала Алекс выглядел довольным и предложил заботиться о моей бабушке до конца ее жизни, если я буду готова провести следующие шесть месяцев в отношениях с тобой, а потом все закончить, когда буду уверена, что ты в меня влюблен. Я не хотела этого делать, но моей бабушке стало хуже. В ту ночь у нее случился инсульт, а затем сердечный приступ. Врачи даже не были уверены, что она выживет. Я не чувствовала, что у меня есть выбор. И должна была сделать все возможное, чтобы спасти