История русской армии. Том третий - Андрей Зайончковский

В это время, однако, было получено приказание корпусного командира генерала Данненберга начать отступление.

Неохотно, но с полным спокойствием повернули наши батальоны назад и отошли за вязкие низины. А турки, убедившись в нашем отступлении, выдвинули из укреплений свою конницу, которая, однако, после первого нашего удачного ядра ускакала обратно. Подобрав раненых и убитых, отряд генерала Данненберга грустно подвигался к Ольтенице, недосчитывая в своих рядах 980 храбрых товарищей. Потери турок в точности неизвестны.

Таковы были печальные результаты первого значительного дела на Дунае, которые явились следствием всех предшествовавших распоряжений, колебаний и противоречий главнокомандующего с одной стороны, а с другой — полной нераспорядительности в бою генерала Данненберга; отсутствие разведки подступов, неправильная оценка неприятельской позиции и сил, направление главной атаки в лоб, вместо того, чтобы ее вести на важный в стратегическом отношении левый фланг; наконец, руководство боем с далекого тыла и, как следствие этого, приказание отступать, когда обстановка давала полное вероятие успеха.

Между тем у Журжи, против Рущука, все попытки турок переправиться разбивались об энергию и храбрость генерала Соймонова.

С начала ноября до конца 1853 г. на всем протяжении Среднего и Нижнего Дуная происходили только редкие незначительные попытки турок делать поиски на наш берег, всегда оканчивавшиеся для них неудачно.

Наша Дунайская армия приняла к этому времени следующее расположение: главные силы, в составе 31 батальона, 7 эскадронов и 92 орудий, были сосредоточены у Бухареста, а остальные войска разбросаны по Дунаю, начиная от его устья в следующих группах: 15¾ батальона и 16 орудий у Килии, Сатунова и Измаила; 11 батальонов, 8 эскадронов и 36 орудий между Рени и Браиловым; отряд графа Анрепа, 4 батальона, 10 эскадронов и 12 орудий, между Каларашем и Слободзеей; генерал Павлов с 4 батальонами, 8 эскадронами и 16 орудиями против Туртукая; генерал Соймонов с 7 батальонами, 8 эскадронами и 32 орудиями у Журжи; между Систовым и Никополем 8 эскадрилий, 9 отрядов и 4 конных орудия и, наконец, Мало-Валахский отряд генерала Фишбаха, силой в 8 батальонов, 16 эскадронов, 6 сотен и 32 орудия, у Краиово.

Расположение 4-го и 5-го пехотных корпусов к концу октября и началу ноября 1853 г.

Между тем армия наша томилась в ожидании возможности сойтись, наконец, грудь с грудью с врагом, в бесполезных поисках за которым она влекла в течение многих месяцев трудную жизнь.

После этого турки сосредоточили в Калафате до 20–25 тысяч человек при 52 орудиях, обнесли этот пункт двумя линиями весьма солидных укреплений и, опираясь на них, занимались сосредоточением в укрепленный лагерь запасов из окрестных деревень и, главным образом, революционированием местного населения. Все возрастающее влияние их на местных жителей заставило генерала Фишбаха принять при помощи летучих отрядов ряд мер по стеснению круга деятельности турок и ограничению своза продовольствия.

Опасение возможности серьезных здесь столкновений привело князя Горчакова к решению назначить начальником Мало-Валахского отряда графа Анреп-Эльмпта, пользовавшегося славой энергичного начальника. Граф Анреп 8 ноября прибыл в Краиово, а вслед за ним на усиление Мало-Валахского отряда была двинута из-под Бухареста в Краиово 12-я пехотная дивизия. Передвижения частей Мало-Валахского отряда, производившиеся с целью либо усмирения восставших деревень, либо для отогнания неприятельской конницы, набеги коей становились все смелее, свелись в результате к тому, что к 19 декабря он занял следующее расположение: генерал Бельгард с батальоном Тобольского полка, взводом гусар, 2 сотнями добровольцев и 2 орудиями стоял в селе Престав, полковник Баумгартен с таким же отрядом, но без добровольцев, — у села Четати, и главные силы графа Анрепа (3½ батальона, 2 эскадрона, 2 сотни и 20 орудий) — у Быйлешти, имея в 10 верстах за собой, в Черее, 10 эскадронов кавалерии. Очевидно, что такое расположение, при котором Бельгард отстоял от Баумгартена на 30 верст и этот последний от графа Анрепа на 25 верст, давало энергичному противнику, владеющему укрепленной позицией у Калафата, возможность разбить наши отряды по частям и, по крайней мере, заставить их принять неравный бой поодиночке.

Это и привело к славному, но совершенно бесцельному делу у с. Четати 19 декабря.

Несмотря на дело 19 декабря, растянутое расположение 7-тысячного отряда графа Анрепа оставалось в том же опасном положении.

Ахмет-паша решил этим воспользоваться и 24 декабря с заходом солнца вывел совершенно скрытно из Калафата отряд в 13 батальонов, 5 рот карабинер, 3 полка конницы и 28 орудий, всего силой около 15 тысяч человек, и сосредоточил их в Модловите. Оставив в последнем пункте 1 батальон, 1 эскадрон и 2 орудия, турки в 4 часа утра 25-го скрытно подошли к с. Четати.

Отряд полковника Баумгартена располагался, не приняв никаких мер предосторожности от внезапного нападения, и неприятель свалился ему как снег на голову.

Селение Четати и смежная с ним деревня Фонтына-Банулуй лежат на гребне высот, составляющих левый берег долины Дуная, шириной в 600 сажен.

Высоты эти круто спускаются к реке и полого в противоположную сторону, кончаясь открытым степным пространством, которое тянется на с. Моцецей и Быйлешти. Обе деревни, Фонтына-Банулуй и Четати, были обнесены со стороны степи большим рвом с насыпью. К северу от Четати находилась позиция, где происходил бой 19 декабря.

На рассвете 25 декабря полковник Баумгартен получил известие о приближении значительных масс неприятельской кавалерии, быстро поднял свой отряд по тревоге и, видя присутствие многочисленной турецкой конницы, приготовился для встречи ее.

Однако две фронтальные атаки турок были отбиты и отхлынули в деревню Морени. Тогда турки решили нанести удар в охват нашего правого фланга, но и здесь не имели успеха.

Во время этого единоборства наши войска несли огромные потери от огня турецких штуцерных.

Расположение Мало-Валахского отряда

К 10 часам в резерве оставалось лишь две роты, из которых одна охраняла обоз. Необходимо было выиграть время, чтобы дать возможность подойти отрядам генерала Бельгарда и графа Анрепа. Достигнуть этого можно было только, заняв соответствующую силам отряда внутреннюю позицию на валах, что и было в полном порядке исполнено отрядом Баумгартена.

Теперь для встречи противника с фронта у нас имелось три роты, а для встречи его с востока и запада, на длинных фасах Четати, по две роты.

Под прикрытием этих рот остальные части продолжали отходить назад на позицию к северу от Четати; наконец, с трудом отбившиеся от турок 3-й и 1-й батальоны с полковым обозом стали подходить к северной опушке Четати, прикрываясь от теснивших с юга турок 4-м батальоном.

Но здесь истомленную трехчасовым боем горку храбрецов ожидало новое испытание.

Турецкая кавалерия обскакала деревню и заняла уже ту позицию, на которую стремился отряд Баумгартена.

На высоте стояло 6 конных орудий, из которых два открыли по нашей пехоте огонь.

Выставив у выхода из селения 4 орудия, Баумгартен собрал роты 3-го батальона и, лично двинувшись с ними против неприятельской конницы, не только обратил турок в бегство, но и взял с боя 2 орудия, а тем временем сюда подошли и прочие два батальона.

Не успели еще наши войска расположиться на позиции, как турецкая конница бросилась отбивать потерянные орудия; попытки эти окончились полной неудачей, но в это время был ранен полковник Баумгартен. Между тем противник возобновил свои атаки и с других сторон. Более часа обстреливал он наше расположение огнем 14 орудий, после чего двинул в атаку свою пехоту. Но трижды повторенный против правого нашего фланга удар не имел успеха, как и атака конницы на наше левое крыло.

Было около 12 часов. Упорный и кровопролитный бой длился уже около четырех часов, патроны подходили к концу, прислуга орудий была почти вся перебита. Чтобы окончательно сломить сопротивление тобольцев, турки решили повести последнюю атаку уже на фронт нашей позиции, т. е. со стороны самой деревни Четати. Эта фронтальная атака должна была быть поддержана атакой с обоих флангов. Все было готово для нанесения этого решительного удара и неизвестно, удалось ли бы храбрецам отразить его… Но в эту минуту турки остановились и начали постепенно оттягивать свои войска назад.

Остатки тобольцев были спасены. Вдали раздался гул оружейных выстрелов.

В 11-м часу 26-го, оттеснив турецкие пикеты, одессцы почти бегом подошли к Фонтына-Баулуй, восточнее которого, около шанцев, турки спешно выстраивали боевой порядок. Около полудня началась сильнейшая канонада между отрядом Ахмет-паши, занимавшего позицию фронтом к д. Моцецей за рвами и насыпью, и войсками генерала Бельгарда, развернувшего обе свои колонны с большим между ними промежутком.