Демоны города масок - Юлия Арвер

Догадки роились в голове, старательно вытесняя горькую мысль: по воле Айдана Амаль оказалась абсолютно беззащитна, и, пользуясь этим, братец хладнокровно отправил к ней убийц. Отправил вероломно и под покровом ночи! Значит, она находилась там… за этим забором, черным от обугленных останков плюща.

– Мне показалось, что двое из них кого-то волокли за собой, – вдруг добавила женщина.

– Вы не рассмотрели, кого: мужчину или женщину?

– Слишком изящный силуэт. Думаю, это женщина.

Надежда, глупая и зыбкая, зародилась в самом укромном уголке души, но даже этого тусклого огонька мне хватило, чтобы выбраться из топкой безнадеги. Однако ее тут же похоронили под собой два вопроса: «Что Айдан сделает с Амаль, если ее и вправду забрали его холопы?» и «Не причинит ли страданий больше, чем она испытала бы, сгорев в огне?»

Долго раздумывать над ними не получилось. Вдалеке послышался топот множества ног, и совсем скоро из ближайшего переулка, будто муравьи, высыпали два десятка навиров в полной боевой готовности. Среди них я узнал и сыскарей, и штурмовиков Дана.

Спросив у женщины имя, я отправил их с внучкой восвояси. Дан, так и не успевший переодеться, кивнул своим солдатам на незапертые, но заботливо прикрытые ворота. Двое из них, держа на изготовку мечи, толкнули створки и внимательно осмотрели территорию. Возле ворот скорчился обгоревший труп, над которым тут же поспешил склониться один из сыскарей. Он достал из-за пазухи амулет с множеством камней и узелков из разноцветных нитей. Хоть эти магические маяки и выглядели совсем непрезентабельно и даже по-детски, силу они имели недюжинную. Благодаря плетеным амулетам навиры определяли следы чужой магии. Камешки, до этого остававшиеся прозрачными, окрасились в алый. Значит, караульного погубила колдовская сила.

Еще пятеро сыскарей рассредоточились по наполненному духом смерти и горечью дыма внутреннему двору, держа на изготовку те самые амулеты. Камни в них мгновенно позеленели. Особняк пал под натиском ведьмовского огня.

– Уж не сама ли Амаль сожгла свой дом? – фыркнул один из сыскарей.

– И своих солдат заодно? Чушь! Отряд – самое дорогое, что у нее есть, – возмутился я.

Сыскари замолчали, недоверчиво косясь в мою сторону. Уверен, ни у кого из них я не вызывал симпатии. Как жаль, что мне было плевать.

По знаку Дана мы вошли в дом. Дверь, скорее всего, снесли с петель еще до поджога. Сейчас ее обугленные останки валялись неподалеку. Я прикрыл нос и рот рукавом, вглядываясь в каждый уголок некогда красивейшего особняка. Сердце громыхало в груди, висках и даже в горле, по лбу тонкими струйками стекал пот, ощущавшийся ледяным и обжигающим одновременно, а по телу ползла мерзкая дрожь. И чем больше обугленных мужских трупов мы находили, тем сильнее она становилась.

Мне казалось, что следующим телом будет женское, и если им окажется Амаль, я…

Сколько раз в жизни мне приходилось испытывать ужас? Не страх, не мнительное беспокойство, а именно ужас, который чернотой растекался перед глазами. Такие события можно было сосчитать на пальцах одной руки. И сегодняшнее вошло в это число.

Мы обшарили комнату за комнатой, заглянули в каждый уголок и исследовали каждый труп. Всего их насчитывалось восемь, и все мужские. Я выдохнул, но тут же замер, пораженный внезапной мыслью. Где тогда Ида и Маура? Если убийцы забрали с собой всего одну женщину, и ею наверняка была Амаль, то куда делись эти двое? Неужели сбежали? Нет, Маура хоть и оказалась редкой гадиной, не бросила бы единственную дочь в лапах холопов Айдана. Возможно, она отсутствовала в особняке, когда сюда пришли огонь и смерть. Но куда подевалась Ида?

Своим беспокойством я поделился с Даном, и тот велел еще раз осмотреть все потайные уголки особняка и внутреннего двора. Иду так и не нашли. Сердце вновь тревожно забилось, но уже не металось в груди, словно угодивший в капкан хищник. Судьба Иды, конечно, волновала меня, но не так, как судьба Амаль.

Когда мы насквозь пропитались запахом дыма, Дан подал сигнал уходить, но посреди обгоревшего внутреннего двора я замер и огляделся.

– Где лошади? – вырвалось у меня. – Здесь должно быть одиннадцать обгоревших лошадей.

– В особняке нет конюшен, – отозвался один из навиров. – Наверняка лошади или в имении воеводы, или в ближайшей конюшне.

Я встревоженно сглотнул. Неужели Тайфун, так привязанный к Амаль, остался без хозяйки? И почему в этом горе я ощущал странное родство с ним?

Дан слегка подтолкнул меня в спину, чем вывел из оцепенения. Одному из бойцов он поручил отдать приказ солдатам империи установить дежурство у Зеленого особняка на случай, если рядом замаячит кто-то подозрительный… либо же объявятся Амаль и Ида.

Жестом попросив Дана немного отстать, я шепотом передал ему слова пожилой дамы. Он с сомнением изогнул бровь, услышав о красных масках «демонов», пришедших за Амаль.

– Считаешь, это Айдан? Он же не совсем идиот, чтобы самолично просить командира связать магию сестры и в ту же ночь нападать на нее.

– Наверняка новый воевода чувствует себя безнаказанным, но навиры – не та сила, которую можно подчинить, – рыкнул я. – Нужно рассказать командиру. Он вправе пригласить Айдана на беседу.

– Не вздумай соваться к нему со своими подозрениями, – опасливо оглядевшись, тихонько прошептал Дан.

– Почему?

– Командир не пойдет против воеводы. Он слишком хорошо прикормлен.

* * *

Величественный особняк воеводы возвышался надо мной каменным чудищем, скованным четырьмя башнями и оплетенным сетью витражных галерей. Одни окна зияли черными провалами, словно беззубые рты, другие подсвечивались мягкими огнями свечей. Я наблюдал за домом уже четверть часа, дожидаясь, пока кто-нибудь откроет бесову входную дверь. Вокруг клубилось марево теней, надежно скрывшее меня от вражеских глаз. А враги помойными крысами сновали везде, несмотря на воцарившуюся вечернюю мглу.

Вчерашний день я потратил на жалкие попытки проследить за холопами нового воеводы, но все они не имели успеха. Колдуны Айдана передвигались по городу на лошадях в гробовом молчании, словно ожившие мертвецы. Как ни старался, я не мог угнаться за ними. Оставалось лишь идти напролом. Глубокой ночью я попробовал перемахнуть через высоченный забор под покровом теней, но невидимая защита, окутавшая имение рода Эркин, ударила меня мощью десятка молний и отбросила обратно. Хвала Владыке, не пришлось собирать по кусочкам свои кости!

Тут-то я и загрустил. Вот дурак! Собрался проникнуть в дом воеводы, как обычный воришка! Разве первые лица провинции столь глупы, чтобы оставить свое жилище без защиты? Единственный возможный путь к цели – через ворота.

Сегодня днем я прятался от яркого солнца, отогнавшего все тени Даира. Чуть только оно