Любовь — первая и единственная - Пенни Джордан

Сильвия открыла незапертую дверь дома и скрылась внутри. Рэн угрюмо побрел следом.

Третья глава

Они осмотрели нижний этаж, прошли по элегантной галерее с окнами, выходящими в парк, и только начали исследовать просторный бальный зал, как Сильвия вдруг поняла, что Рэн был прав, советуя ей отдохнуть перед осмотром дома.

Комнаты Хавертон-Холла не были такими огромными, как залы итальянского палаццо с их мраморными полами, но Сильвия уже утратила счет многочисленным гостиным, через которые ей пришлось пройти на нижнем этаже. Одна только галерея тянулась целую милю, а когда Сильвия взглянула на покрытый пылью паркетный пол бального зала, у нее екнуло сердце при мысли о предстоящем осмотре высоких потолков и мозаичных панелей. А ведь останутся еще и верхние этажи! Но Сильвия не могла проявить слабость перед Рэном. Поэтому, не обращая внимания на первые признаки подступающей головной боли, она глубоко вздохнула и принялась осматривать панели.

— Первое, что нужно сделать, это составить отчет о размерах разрушений, — сказала она Рэну твердым деловым тоном.

Рэн перебил ее.

— Это не обязательно.

Сильвия остановилась и со злостью на него взглянула.

— Рэн, ты должен понять, — многозначительно заявила она. — Здесь я ответственна за все. Твое одобрение мне не требуется. Дом разрушается. Нам нужен отчет специалистов о размере ущерба.

— Я уже его получил.

Сильвия нахмурилась.

— Когда…? — начала она.

Но прежде, чем она успела закончить, Рэн невозмутимо ответил:

— Было ясно, что Трасту понадобится результат полного структурного обследования дома, поэтому я и провел его, чтобы сэкономить время. Я дам тебе копию отчета. Я уже выслал один экземпляр в Нью-Йоркский офис Траста на прошлой неделе.

У Сильвии сильнее забилось сердце, а на щеках появился гневный румянец.

— Ты заказал полное обследование? — с угрожающим спокойствием спросила она. — Можно узнать, кто дал тебе на это право?

— Ллойд, — последовал краткий и ошеломляющий ответ.

Сильвия открыла рот, но тут же снова его захлопнула. Это было вполне в духе Ллойда, и она это понимала. Он думал только о том, чтобы побыстрее довести до ума свой последний излюбленный проект. Естественно, он не знал, в отличие от Сильвии, что Рэн не столько пытается помочь, сколько стремится пошатнуть ее авторитет.

— Как я понял, ты не читала отчет, — продолжил Рэн таким тоном, словно разговаривал с нерадивой школьницей, не выучившей домашнее задание.

Сильвия скрипнула зубами.

— Я не получала никакого отчета, — едко ответила она.

Рэн пожал плечами.

— Что ж, у меня еще остался экземпляр. Хочешь продолжить осмотр, или сначала отчет почитаешь?

Если бы этот вопрос задал кто-то другой, Сильвия бы с радостью воспользовалась возможностью отложить работу до тех пор, пока не отдохнет и не избавится от жуткой головной боли. Но так как это был Рэн, Рэн, которому она не собиралась ни в чем уступать, Сильвия покачала головой и сердито ответила:

— Когда я захочу изменить свои планы, Рэн, я сообщу тебе об этом.

Он слегка изогнул бровь, но ничего не сказал.

Всю неделю стояла жара, и в бальном зале нечем было дышать. Висящая в воздухе пыль забивала ноздри.

Сильвия чихнула и поморщилась от усилившейся боли. Яркий солнечный свет вливался в окна, вызывая у нее странную дурноту… Она отвернулась и охнула, почувствовав, как кровь застучала в висках от малейшего движения.

Такие сильные боли беспокоили ее очень редко. Обычно причиной их было переутомление. Украдкой от Рэна, она осторожно потерла виски.

— Берегись… — предупредил ее Рэн.

— Что? — Сильвия метнулась в сторону и покраснела, когда Рэн указал на полуотвалившийся кусок штукатурки, прямо над ее головой.

На свету Сильвию тошнило все сильнее. В отчаянии она зажмурилась и тут же пожалела об этом, ощутив сильнейший приступ головокружения.

— Сильвия…

Она торопливо открыла глаза.

— Что с тобой? — резко спросил Рэн.

— Ничего, — со злостью огрызнулась Сильвия. — Всего лишь головная боль.

— Головная боль…? — Рэн с удивленным видом взглянул на ее белое, как мел, лицо и выступившую на лбу испарину. — На этом все, — твердо заявил он. — Закончим завтра. Тебе нужно отдохнуть.

— Я должна делать свою работу, — дрожащим голосом возразила Сильвия, но Рэн пропустил ее ответ мимо ушей.

— Ты сможешь дойти до машины? — спросил он. — Или тебя придется нести?

Сильвия окинула его яростным взглядом.

— Рэн, я в порядке, — солгала она и охнула, когда за неосторожным движением последовал очередной прилив боли.

Рэн тут же схватил ее за руку и потащил к дверям, не обращая внимания на ее возмущенные вопли

На верхней ступени лестницы он развернулся и подхватил Сильвию на руки, прошипев сквозь зубы:

— Если собираешься упасть в обморок, Сильвия, можешь сделать это сейчас.

Сильвия хотела сказать ему, что вовсе не намерена падать в обморок, но ее лицо прижималось к его плечу, а ее губы, если бы она попробовала заговорить, коснулись бы его теплой кожи и…

Судорожно сглотнув, она попыталась изгнать боль с помощью самовнушения, но это не помогло. По опыту она знала, что единственным лекарством был бы хороший сон.

Спустившись, Рэн пересек прихожую, распахнул ударом ноги входную дверь и вынес Сильвию на воздух.

— Что ты делаешь? — спросила Сильвия, когда он пронес ее мимо джипа к своей машине.

— Везу тебя домой… в Дом священника.

— Я могу доехать сама, — заспорила Сильвия, но Рэн только рассмеялся в ответ.

— Ни за что… — Затем он опустил ее на заднее сиденье своего «лендровера», такого же древнего, как и тот, на котором Рэн когда-то разъезжал по поместью Алекса. Пока Сильвия пыталась усесться поровнее, он прыгнул на сиденье водителя и повернул ключ зажигания.

— Рэн… мои вещи… — Рэн явно не собирался выслушивать ее возражения. Поскольку перекричать шум двигателя не представлялось возможным, Сильвия прекратила свои попытки остановить Рэна и свернулась комочком на сидении, нахохлившись и уставившись в окно.

Рэн мрачно взглянул на ее ссутуленные плечи и повернутое в профиль лицо. В этой позе она казалась очень беззащитной, похожей не на сильную, облеченную властью деловую женщину, а на девочку, которую он помнил.

«Лендровер» свернул на грунтовую дорогу, ведущую к Дому священника.

Девочка или женщина, какая теперь разница? Рэн шепотом выругался. Внезапно его внимание привлекли несколько оленей, пасущихся у дороги. Предполагалось, что они не должны выходить с территории парка, прилегающей к дому и отведенной под пастбище. Должно быть, в изгороди есть дыра — в той новой изгороди, на постройку которой ушли почти все его скудные сбережения. А значит… В округе ходили слухи о ворах; местные фермеры часто жаловались на кражи скота.