Огонь ласкает - Дорис Смит

— Насколько я понимаю, у вас проблема.

Голос у него был хриплый и очень молодой. Вмешался Брайан, веселый, как всегда:

— Ты с ней поосторожнее, между прочим. Она кусается. — И он вышел.

Мне от всей души хотелось, чтобы он остался. Мистер Болтон, разменявший шестой десяток и лысый как яйцо, всегда говорил какие-то глупости, но все было лучше, чем молчание. Саймон Уэст, не говоря ни слова, установил поудобнее кресло и подошел ко мне справа с маленьким зеркальцем в руке.

— Ну, так который из них паршивая овца в стаде?

— Этот, — указала я.

Он кивнул, снова молча, и постучал серебряной палочкой по моему зубу.

— Так больно?

На его лбу появились аккуратные морщинки. Я покачала головой, и он постучал с другой стороны.

— В нем очень глубокая пломба и, скорее всего, он «пошел» под ней. Может, вырвать его?

Я кивнула, близкая к панике. Мистер Болтон всегда кудахтал надо мной, говоря, что больно не будет. Разумеется, больно все равно было, но по крайней мере появлялось чувство, что ему не все равно. Саймон Уэст сделал мне очень болезненный укол наркоза, и у меня на глаза навернулись слезы.

— Простите, — сказал он. Я была так потрясена, что выпрямилась и почувствовала себя лучше. Он обошел меня с другой стороны и бросил розовую таблетку в подготовленный стакан воды. Я вежливо улыбнулась. По челюсти распространялось забавное покалывание. Он спросил, как «у нас» дела, я ответила «нормально».

— Хорошо. Подождем еще пару минут.

Он отодвинул занавеску и посмотрел на платаны за окном. На них еще оставалось довольно много листьев.

Наконец он подошел ко мне со щипцами в руках.

— Откройте рот, пожалуйста.

Щипцы оказались у меня во рту и вылетели оттуда за секунду. Что-то звякнуло в металлическом лотке.

— Уже все? — недоверчиво прошамкала я.

— Да. Хотите медленный повтор? — Его лицо засветилось весельем. — Прополощите рот, — предложил он, что я и сделала.

Брайан болтался в холле, и Саймон Уэст выпроводил нас обоих.

— До свидания, мистер Уэст. Спасибо вам, — сказала я.

— Да не Уэст, душка, — поправил Брайан. — У нас одна мать, но разные отцы. Его фамилия Поррит.

Глава 3

— Эй, с тобой все в порядке? — спросил Брайан. — Ты не из тех куколок, которые падают в обморок, когда им делают укол?

Мое сердце продолжало прыгать, как шарик на ниточке.

— Все нормально. Меня просто удивило имя.

— И меня ваше тоже, собственно, — заметил Саймон Поррит. — Такое же, как у моей новой секретарши. Хотя не думаю, что вы родственницы.

— У нас одна мать, — просветила его я. — И отец тоже.

Два таких похожих лица вытянулись от изумления. Потрясенный свист Брайана потревожил тишину. А Саймон выпалил:

— Боже ты мой, ее, наверное, нашли под другим кустом!

— Я думаю, под тем же, — съязвила я. — Навык делает мастера.

Когда мы ехали обратно, Брайан взглянул на меня.

— Сай не имел в виду то, что ты подумала… Он не хотел тебя обидеть. Просто он стеснительный парень. Оторопел, вот и сморозил глупость…

В это, учитывая внешность Саймона Поррита, верилось с трудом. Но как бы то ни было, Брайан хотел как лучше.

— А он намного старше тебя, — заметила я.

— На двенадцать лет. И последние семь он мой опекун.

— А что случилось с вашими родителями?

— Старик разбился в автокатастрофе. Мама умерла, когда я родился.

— И за вами присматривала мать Саймона?

Он рассмеялся.

— Она делала это очень корректно, слава богу. Сай ненавидит, когда им управляют, так же как и я. Поэтому он и разозлился так вчера на Фрейзера.

Я уж было забыла про визит К.Ф. к Саймону. Произошло что-то интересное?

— Это давняя история. — Брайан сымитировал голос моего босса. — «Дело в том, что галстуки Брайана доставляют нам некоторое беспокойство».

Я захихикала. Вкус Брайана в отношении галстуков уже несколько недель был самой интересной темой в офисе. Сегодняшний — широкий, с зигзагообразными полосами розового, зеленого, оранжевого и бордового цветов — был пока наиболее цветастым. Тем не менее мне не верилось, что дело только в галстуках.

— Вот нахал! — Машина опасно дернулась. — Осторожнее! — предупредила я.

— Ну, сама посуди, Кон… — Шины зацепили тротуар, и я поморщилась. — Ты бы стерпела? Да и любой другой на его месте? Сай был в ярости. Ему и так работы хватало по горло без идиотских претензий К.Ф.

Я вспомнила, что Марии показалось, будто ее босс получил плохие известия. Все сходилось.

Мэри Лейден, кассир, перегнулась через стойку, когда мы с Брайаном вошли.

— Все о'кей? Как прошла операция?

— Нормально, — ответила я.

— У тебя кровь идет. — Она вздрогнула.

Через несколько минут то же самое повторила Хэзел.

— Боже мой, что он с тобой делал? У тебя весь рот в крови.

Обед тоже не удался. Крови и супа я проглотила поровну, а Хэзел закрывала глаза и морщилась каждый раз, как я открывала рот. К тому времени, как мы добрались до кофе, она заявила:

— Ну, не знаю, по-моему, он просто мясник.

Кто-то еще предположил, что Саймон Поррит выместил на мне свою злобу на К.Ф. Происшедшее уже не было секретом: Брайан рассказал об этом всему третьему этажу, и все сочувствовали ему.

На рабочем месте ко мне снова вернулось чувство отрешенности. Я сидела и смотрела на небо.

— Кон, ты совсем белая. — Хэзел нашла какой-то повод подняться ко мне. — У тебя голова не кружится?

— Нет, — ответила я, и она снова вскрикнула:

— Кон! У тебя опять полный рот крови. Что ты собираешься делать?

Я не видела, что я еще могу сделать, кроме как сглатывать.

— Думаю, у тебя кровотечение, — объявила Хэзел. — Тебе придется вернуться к врачу.

Возвращаться у меня не было ни малейшего желания, о чем я ей и сказала.

— А я подумала, что он шикарный парень, — возразила она. — Он тебе не понравился?

— Нет, — ответила я, вытирая рот платком.

Она стояла и озабоченно смотрела на меня, когда позади нас распахнулась дверь. Я уже научилась различать многих сотрудников по звуку шагов; это были как раз те, которые Линда считала подходящими для рекламы. Я с тоской подумала, что он опять застал нас врасплох, и ждала, что Хэзел сбежит. Вместо этого она сказала:

— Мистер Фрейзер, вы не думаете, что Кон надо что-то делать с этим зубом?

«Идиотка, — подумала я, — он, наверное, даже не знает, кто такая Кон». Вслух я твердо сказала:

— Я в порядке.

К.Ф. уставился на меня вытаращенными глазами:

— И давно вы в таком состоянии?