В поисках тебя - Дженнифер Пробст

Не-а. Библиотека. Вау! Книжные шкафы из красного дерева от пола до потолка и винно-красные восточные ковры казались знакомыми. Хмм, где же она это видела? Комната имела большие арочные окна, кое-где стояли журнальные столики и кожаные кресла-трансформеры с наброшенными на подлокотники вязаными пледами и… здесь был ещё один камин. Вау!

Сзади напомнил о себе Дилан:

— Если хочешь пройтись по всем комнатам, то мы можем поесть и завтра, либо ты вправе сдаться и просто спросить, где кухня.

Как бы ни ненавистна была Райли эта идея, она боялась, что никогда самостоятельно не найдёт кухню и, проклятье, ей хотелось есть. Она скривила губы, словно укусила лимон.

— Отлично. Где кухня?

Он ответил со своей знаменитой хамоватой ухмылкой, от которой её желудок всегда издавал странные шлёпающие звуки:

— Следуй за мной.

Они вернулись в фойе и свернули налево. Райли решила, что больше не станет играть в «эники-беники ели вареники». Опять она дала маху.

— Может, ты что-то вроде извращенца-отшельника, который решил спрятаться в этом заплесневелом историческом здании и охранять свои богатства? Потому что, приятель, это странновато. Слуги тут есть?

— Да, и миссис Поттс будет убита, когда услышит, что ты обвинила её в том, что она развела здесь плесень.

— Вот оно! — вскрикнула она. — Этот дом напоминает мне о «Красавице и Чудовище»!

Он рассмеялся.

— Что, до сих пор заядлая любительница диснеевских фильмов? Не дуйся, я просто подшутил. У меня есть горничная с кухаркой, но ты не найдёшь в правом крыле роковую розу.

Она принюхалась.

— Пока не увижу собственными глазами, не поверю. Да, и я не заядлая любительница детских мультяшек. «Красавица и Чудовище» получили Оскара.

— Ну конечно, так вот почему я тебя всё время подлавливал за просмотром мультиков с ноутбука, да?

— По крайней мере, я не порно смотрела.

— Догадайся, кому было приятней.

Она высунула язык. Его широкие плечи затряслись, словно он узнал о её поступке. И почему с ним к ней возвращаются подростковые жесты? Она же всегда такая спокойная и полностью контролирует ситуацию. Даже в колледже только он мог заставить её потерять покой… порой душевный, порой физический. Необходимость делить общую ванную комнату и половину времени видеть его полуголым всё только ухудшала. Сколько раз она прерывала Дилана, когда он сосался с подружками? Она издавала звуки рвоты, пока Дилан не одаривал её пылким взглядом, который, по его мнению, действовал на всех без исключения, после чего хватал девчонку за руку и затаскивал к себе в комнату.

Райли ненавидела то, как, просыпаясь, вспыхивало её тело, как оно молило стать женщиной в его объятьях. Ей удавалось с этим бороться до того ужасного, удивительного мига между ними — до поцелуя.

На этот раз от воспоминаний деваться некуда.

Последний курс. Они были верны себе, спорили о чём-то, она даже не помнит о чём. В одно мгновение они активно нападали друг на друга, а в следующее он прижал её к стене и поцеловал. Она так и не заколебалась и даже не подумала ему отказать: словно оголодавшая, поцеловала его в ответ.

Она до сих пор помнит каждое ощущение: от запаха корицы в его дыхании до тёплых губ, которые скользили по её губам; тот жар; влажное вторжение его языка, когда он снёс её барьеры и проник глубоко внутрь. У неё не было времени подумать или спланировать. Вместо этого её тело с рёвом устремилось вперёд и захватило власть над сознанием, каждой клеткой отдаваясь поцелую, смакуя вкус и голод Дилана, и ощущение его рук на талии, которые удерживали её неподвижно, пока он получал удовольствие. Боже, как же ей понравилось то ощущение потери контроля и в то же время безопасности. В те мгновения она взмыла на небеса, и для неё не существовало ничего, кроме Дилана Маккрея.

Впоследствии они даже не поговорили. Он отстранился, заглянул ей в глаза, развернулся на каблуках и ушёл. Они никогда не обсуждали поцелуй, и порой Райли задавалась вопросом, может, это был просто сон. Вот только даже десять лет спустя она помнит каждую обжигающую подробность.

Она потеряла девственность со своим парнем, когда училась в старших классах, у неё было три романа, но ничто не могло сравниться с несколькими минутами страсти в его объятьях.

Разумеется, он сразу обо всём забыл.

Разумеется, он так и не узнал об её истинных чувствах от силы этого поцелуя.

Райли врезалась в спину Дилана. Он развернулся и схватил её за плечи.

— Тебе плохо?

Как глупо. Хватит мечтать на ходу о глупом поцелуе в колледже.

— Извини. Я в порядке, просто проголодалась.

— Что ж, давай тебя покормим.

Он прошёл в кухню, а она едва не испытала оргазм. Едва.

Она любила готовить. Считала это передышкой от стрессов и обожала хорошо поесть. Она увлекалась выпечкой и, несмотря на маленький дом, создала рай для своего хобби, хотя большую часть времени питалась одна.

Зато кухня Дилана была мечтой гурмана, воплотившейся в жизнь.

Повсюду нержавеющая сталь. Встроенная плита и холодильник, дровяная печь для выпечки пиццы, кофе-машины, навороченные кухонные комбайны, настоящие медные кастрюли, висящие на каком-то безумном прибамбасе над кухонным островом. Бесконечные гранитные столешницы, три раковины, четырёхъярусная полка для специй. Помещение было оформлено в бело-чёрной гамме с отдельными вкраплениями красного цвета.

Райли застонала и сжала бёдра. О боже, эти кухонные электроприборы прекрасны. Она бы здесь могла делать такое…

Он смотрел на неё с восхищением и чем-то ещё. В удивительных глазах читался голод, от которого их цвет потемнел до штормового голубого и чёрно-коричневого.

— Нравится? — прошептал он.

Райли сглотнула, поскольку её тело вспыхнуло, словно подсветка на каком-нибудь грёбанном игровом автомате. Ей удалось взять себя в руки.

— Нержавейка — мой пунктик.

Полные губы изогнулись в полуулыбке.

— Так это к моей кухне ты так вожделеешь? Жаль.

Райли закатила глаза, но отвернулась, чтобы он не заметил правду.

— Да пошёл ты. Разве мало того, что ты переспал с моей соседкой по комнате? Она перевелась в следующем семестре, и ко мне до конца года подселили вонючку Салли.

Дилан снова наполнил её бокал и принялся вытаскивать продукты из холодильника. Она взгромоздилась на один из красных стульев возле кухонного острова.

— От Приз не скрывали, что к чему. Брось, мы встретились раза два, и она заявила, что любит меня. Я никогда её не обманывал.

Райли фыркнула.

— И это тебя оправдывает? Ты разбил ей сердце, и она от меня перевелась в другое общежитие. Говорила я ей не ходить с тобой на свидания!

Он достал то, что осталось после Дня благодарения: свежепорезанную индейку, большие ломти ржаного хлеба и разные соусы. Она наблюдала, как его изящные пальцы делают бутерброды, и пыталась не думать об их прочих талантах. На Дилане была простая одежда: джинсы, ботинки и белый, вязанный косами свитер. Цвет ниток подчёркивал светлые пряди в его волосах и делал его похожим на какого-нибудь легендарного Тора с небес. Его сексапильность всё сильнее действовала ей на нервы. Никто не должен так выглядеть. Такая внешность слишком на руку представителю мужского пола.

Она снова отпила вина.

— Ты всегда была немного помешана на моей личной жизни, — отозвался он, ставя на стол две тарелки. — А может, то была моя сексуальная жизнь?

— Просто пыталась защитить невинных от многоопытного ловеласа.

Он хохотнул и достал банку маринованных огурчиков.

— Впервые слышу, что женщин надо защищать от оргазмов.

Она наклонила голову.

— Такой самоуверенный, да?

Он ухмыльнулся.

— Нет, просто честный.

Райли делала всё возможное, чтобы не поддаться его обаянию.

— Или заблуждаешься, — пробормотала она.

В его глазах вспыхнуло веселье. Этот мужчина был способен вывести из себя кого угодно.

— Так ты расскажешь, почему всё-таки обратилась в «Семейные узы»?

Вино развязало Райли язык. Зачем скрывать правду? Ей нечего стыдиться.

— Хочу выйти замуж.

Его брови взлетели.

— Мы даже ещё не сходили на наше свидание вслепую.

— Не за тебя. Предполагалось, что Кейт найдёт мне идеальную пару. У меня есть подробный список с требованиями, и я готова к семейной жизни.

Райли приготовилась к его насмешкам, но он, казалось, обдумывал её заявление.

— Почему сейчас?

— Пора, — просто ответила она. — Я посвятила первую половину жизни достижению целей и карьере и ни о чём не жалею. Я приносила жертвы, отказалась от кое-каких возможностей, которые могли бы привести к браку и семье. Не желаю о чём-либо сожалеть, но мои приоритеты изменились. Я хочу мужа, детей.

Дилан кивнул.

— Понимаю, ты создала успешное дело, но оно требует полной самоотдачи. Свей ты семейное гнёздышко слишком рано, могло бы ничего и не выйти, потому что ты была бы не готова отдавать все силы бизнесу.