Страна мучительных грез - Сергей Васильев

Я все же не мог оторваться от пива, когда с курением уже почти завязал. И тут мне случилось познакомиться с добродушным человеком, психологом НЛП, он пообещал мне, что сможет помочь в разрешении проблемы с алкоголем. Мы стали периодически встречаться и проводить сеансы, доктор погружал меня в полугипнотическое состояние и предлагал окунуться в воспоминания начала жизни, затем от этих первых воспоминаний постепенно переходить к последующим, оценивая то, что со мной происходило, таким образом как бы поясняя эти воспоминания, и, наверное, так становиться уже более собранным. И вот, пробегая по всем временным отрезкам своей жизни, такого рода годам, пятилеткам, я уже подходил в полусне к настоящему моменту своей жизни, предположительно уже более здравый, чем раньше. В общем, случилось так, что я в результате практически полностью отказался от пива. Но могу сказать здесь, что лично мне, скорей всего, помогла договоренность с этим обаятельным и добрым человеком о том, что я не буду приходить пьяный на встречу с ним и вообще постараюсь воздерживаться от употребления пива. Сила данного слова может быть очень велика, как я это узнал из наших с ним встреч, но что касается НЛП, не могу быть твердо уверен, что помощь этого метода может привести к таким результатам, что было под силу мощному убеждению этого интересного человека. Он даже делал смелые шаги, пытаясь освободить меня от лекарств, три раза в день которые я принимал, боясь снова оказаться в плену уже знакомого мне земного ада. Горн, так гордо звучала его фамилия, объяснил мне, что прием лития – это, по сути, костыль, который мне уже может только мешать, и, судя по моему очень даже устойчивому состоянию, я вполне пригоден для того, чтобы обходиться без таблеток. Он в целом не ошибался, уже далеко в будущем мне это подтвердили другие, еще более серьезные специалисты психологии.

Но случилось горе: моя возлюбленная изменила мне с одним из моих лучших друзей, и это сильно выбило меня из колеи той праздной и вместе с тем активной, даже во многом продуктивной жизни. Я не мог справиться с таким очень непростым вопросом и, в свою очередь, решительно отомстил, нашел ей очень даже неплохую замену, и с новой подругой пустился в романтическое путешествие, но, к сожалению, не только с этой красавицей, но и прихватив с собой всю свою семью на загадочный остров Валаам. Но лукавая девчонка не дала мне настроиться на новый выбор и, пользуясь моей прежнюю привязанностью, бойко начала напрашиваться в любовницы, раз уж не в жены. Тогда я, поддавшись искушению, начал терять себя, и мое поведение не вселяло доверия новой избраннице, на двух женщин внимание мое распространяться не желало, и я твердо решил все же простить измену и вернуть первую любовь. Но и Рита уже была во власти другого мужчины, с которым я было принялся активно бороться. Силы покидали меня в этой борьбе и поиске спокойствия, ремиссия подходила к концу, и жизнь превращалась в тяжкую муку с уже самым настоящим депрессивным кошмаром.

Заканчивалась сессия, и я бросился было учить последний не сданный вследствие пьянки зачет, как наткнулся на проблему неугасаемой любви к Рите, которая совершенно отчаянно мешалась с ненавистью к ней же, и это разногласие чувств не только не давало мне покоя и какой-либо возможности учить предмет, но и вообще мучило своим гневным, черным, уже болезненным настроением. Я между строк книжки по гражданскому праву видел ее глаза, душу, которая манила меня к себе и в то же время показывала невозможность нашего союза прежним и счастливым. Буквы, слова невозможно было не только запомнить, но и прочесть. И здесь мне пришла на помощь мама, она строго, как бы приказав мне, заставила опомниться и выучить основные вопросы. Собрав все силы, я начал читать и старательно осознавать и запоминать предмет. На следующий день, на удивление себе, я весьма виртуозно излагал выученный материал. Были времена и случаи, когда мать, позитивно руководя мной, делала мою жизнь успешней и лучше, но обо всем, что полезного и негативного было в родителях, я собираюсь написать после и по возможности максимально раскрою эту тему.

И вот, сдав экзамен, я почувствовал себя совершенно другим человеком, ощутил превосходство над злой девчонкой, которая вдобавок всласть поиздевалась надо мной, прибавив ко всем высказанным гадостям, что очень любит мучить людей. В настоящее время это дает мне право вывести из прошлой трагедии отношений, что они того не стоили. К сожалению, на меня свалилась сразу еще беда: зубные врачи мне вырезали кисту, и я, очухавшись после всех этих невзгод, решил приступить, наверное, к мести за свою обиду от ее отказа и стал ухаживать за Ритиной подругой, к которой искренне привязался, но раздружив ее с Ритой и тем не менее уже почти влюбившись в эту подружку, начал терять душу, которая на тот момент во многом выдохлась, блуждая в запутанных коридорах страсти. Новые отношения легли фатальной ношей, предполагая, кроме ответственности, ту нагрузку, которая сплеталась с тяжестью разлуки, пусть так язвящей, но все же любимой девочки.

И вот здесь-то, казалось бы, всем знакомые интриги, но вот способности принимать в них участие как раз таки не имеют душевнобольные люди, и терпеть весь шквал чувств в таких случаях им не под силу. Но хочется жить, и если не заводить семью, делая серьезные шаги, то хотя бы суметь какое-то время пытаться быть на некотором уровне взаимоотношений с противоположным полом, пусть даже это и не ведет к цели постоянного продолжения этих отношений. Но тем более на тот момент мне было неизвестно, что я не способен жениться, завести детей, создав крепкую семью, хотя, конечно, я был сильно напуган тем, что сравнительно недавно со мной приключилось, поэтому, находясь в некотором смысле настороже, не имел той уверенности в себе, которая обязательно должна способствовать такого рода счастью.

Как только выработалось стойкое отвращение к прежней подружке, и я было стал смотреть в будущее смелее, мама опять сделала хорошее дело и помогла устроиться юристом, надо сказать, о совершенно самостоятельных шагах я не мог помышлять, родители часто предвосхищали мое продвижение по карьерной лестнице, но все же очень неплохо, что я вперед узнавал о своем будущем. Пусть ездить пришлось в другой город, но зато сама специфика дела внушала уважение к себе, я был очень доволен работать юрисконсультом. Здесь я присмотрел себе девочку, начал входить в контакт с коллективом, своим активным поведением производя, как мне казалось, довольно приятное впечатление. Но выскочила ситуация, когда я в игре в волейбол с сотрудниками вдруг не смог попасть мячом в сетку ни одного раза из данных мне в фору, это до того меня пристыдило, особенно в собственных глазах, что я взял и не вышел на работу.

3. Начало конца…

Но, конечно, все это время, представьте себе, с самого устройства моего на работу уже яростно расцветала в моей голове маниакальная идея. Поначалу завладело моим рассудком то, что я представляю из себя очень необычного человека, и это мне дает возможность надежды на великие свершения. Так, например, я решил сдавать экзамены, как это делал Ленин, экстерном, потом слушать и таким образом входить в компанию во время отдыха с Элвисом Пресли. Но все это было бы делом совершенно нормальным, если бы не то, что начало следовать за всем этим. Вместе со вновь появившимся активным поведением мной овладела какая-то сила, но она все же пряталась в своих бойких проявлениях от не проявлявшего уважения и терпимости ко мне начальника этой респектабельной работы, хотя, надо сказать, все остальные вокруг совершенно любовались, как мне казалось, моим характером. А работа серьезная, мне приходилось подписывать документы, и тем не менее именно вихрь энергий, бушевавших во мне, давал, как мне казалось, право быть признанным. А как же иначе? Разве может не понравиться добрый, активный человек кому-либо? И я стремился обаять всех – не так, так эдак. Я имею в виду и то, что, кроме поведения, я достаточно броско и в то же время изящно одевался, курил только дорогие сигариллы и притом старался не злоупотреблять этой все же отравой, принялся читать лучшие газеты и, вообще, вести себя достойно, вся моя комната изобиловала цветами, которые должны были очистить воздух, чтоб это давало возможность наиболее полно выразиться моим суждениям. Зарядка по утрам обязательна. В общем, я менялся, как всем казалось, в лучшую сторону, набирая стремительно обороты своих изменений. Но, опять же, уже не чувствуя груза и убегая от той тяжести разбитого романа.

Уже казалось, что теперь ничто не удерживало меня, не мучило и не досаждало, а раскрывались только перспективы, и совершенно верилось в предстоящий жизненный успех. И вдруг наряду с этой эмоционально яркой жизнью стали являться мысли того величия, что несколько лет назад увлекли меня от целенаправленных практичных интересов. Я начал думать, что имея такую способность производить эффективное влияние на людей, ошеломлять их потоком совершенно смелых гордых суждений, приводить их в трепет, заколдовывая гипнозом слова, и даже убеждать в своих идеях как абсолютно верных, и при этом как же я могу оставаться обычным человеком? Конечно, я начал считать себя далеко не обыкновенным, и даже больше того – сверхспособным, талантливым. Ведь смог я в тот, как мне начинало казаться, неудачный первый раз своего взлета, когда меня почему-то положили в больницу, доказать многим друзьям, что я самый настоящий бог, ведь поверили же они тогда, значит, и теперь поверят.