Поломанный (СИ) - Михаил Иосифович Черкасский

— Теть Маш, я за ключиком. Не могли бы… — не смотря в окошко, за которым сидела вахтерша, Алекс зашёл в пластиковый аквариум, но вместо привычной тёти Маши, там сидела какая-то злющая с виду престарелая барышня.

— Нету Марии Степановны, заболела. Чего вам? — проскрипела бабуля.

— Вот те раз, — тихо сказал Алекс.

— Здравствуйте, я Алексис Тоцкий с двадцать третьей квартиры. У нас схема с тётей Машей отработанная, — с улыбкой начал Алекс, — я у неё ключик оставляю запасной от квартиры, на всякий случай. Так вот случай настал, можно мне…

— Ничего не знаю, в схемах не участвую, чужих ключей не храню, — отбрила старушенция.

Алекс глубоко вдохнул и принялся обрабатывать нерадивую собеседницу. Через пять минут подобревшая женщина достала из указанного Алексом места ключи и вручила хозяину. Однако, данные водительского удостоверения всё-таки переписала. Без документа афера накрылась бы медным тазом или стоила куда больших усилий.

Поднявшись на этаж, Алекс обнаружил в двери записку. Его очень удивило, что кто-то до сих пор их пишет. Он вспомнил, что в детстве, ещё до появления стационарных телефонов в каждой квартире, подобными «смс-ками» трудно было удивить, но сейчас?

— Наверняка соседи, — думал Алекс. Раскрыв записку, он увидел несколько строк написанных ровным красивым почерком:

«Я ждала возле театра, но ты так и не пришёл. Представление мне понравилось. Спасибо за билеты. Но все же, я хотела провести это время с тобой. Помню, ты говорил о каком-то неотложном деле и невозможности выйти на связь какое-то время, хоть и обещал, что постараешься успеть. Не переживай, я не обиделась. Проходила недалеко от твоего дома, решила сделать такой сюрприз, раз современная связь недоступна. Я лишь надеюсь, что с тобой всё хорошо. Как ты и говорил, тётя Маша чудесная женщина, сразу впустила меня в подъезд и даже вопросов лишних не задавала узнав, что я к тебе. Сказала номер квартиры и этаж. Надеюсь, с тобой всё в порядке. Подпись: Эли. 1.09.2020 г.»

— Эли, чудесная Эли. Возможно, когда-нибудь ты обо всём узнаешь, — Пробормотал Алекс и вставил ключ в замочную скважину. Тут он обнаружил, что дверь уже была открыта. Невооруженным взглядом видно, что в квартире кто-то рылся. Впрочем, ответ не заставил себя долго ждать. Алекс вспомнил разговор с Эльдаром Шахмурадовичем о том, что его искали и хотели «навестить его подружку».

— Пронюхали же черти! — Со злобой произнес Алекс. Память продолжала частично восстанавливаться. Зная себя, он понимал, что никогда бы не рассказал об Эли никому из, так называемых, коллег. Для подобных умозаключений не нужно полное восстановление памяти. Да, Алекс много болтает, но по большей части все эти разговоры — обычная «вода». Но одного он понять не мог. Откуда у него такая ненависть и злоба к ним. Он словно нутром чуял, что все эти коллеги, конченые сволочи, но умом постигнуть причину пока не получалось. Они ведь несколько лет вместе проворачивал серые схемы и ничего, а тут такое. Внезапно он проникся ещё большим отвращением, но уже к самому себе. Эта недосказанность и неопределенность в его жизни явно не внушали оптимизма и существенно подрывали и без того шаткое эмоциональное состояние.

— Надо во всем разобраться и быстро! Матвеич! Матвеич! Что же ты знаешь, Матвеич?! Что за записка?! — бормотал Алекс, расхаживая по своей студии с панорамными окнами. Просторная квартира-студия на 16-м этаже элитного дома, обставленная дорогой мебелью, с огромной кроватью посередине. Кто-то скажет безвкусица, но Алекс был от неё без ума. Был. Более того, раньше Алекс любил и даже гордился своим приобретением. Сейчас он не чувствовал к этим кирпично-бетонным колоннам и стенам ровным счетом ничего. Его волновал лишь «список вопросов», записанных в блокнот и, конечно, нынешний лидер чарта — мёртвый Матвеич.

Для начала нужно было привести себя в порядок. Снимая лохмотья, подсунутые Вовочкой, Алекс скорчился от невыносимой боли, поискал в тумбочке сильное обезболивающее, выпил разом две таблетки и сел за ноутбук. Безудержно вбивая в поисковую строку: «человек в чёрном с синими глазами, галлюцинации, провалы в памяти, тень с синими глазами» и тому подобное, Алекс надеялся найти зацепку. Однако, интернет ничего подходящего не выдал. Чего и следовало ожидать. И действительно, едва ли происходящее с Алексом носило массовый характер.

Боль от ожогов поутихла. Алекс аккуратно разделся, перебрался на кровать и практически моментально заснул.

Глава 9 — И СНОВА МАТВЕИЧ

Утро началось с невыносимой боли в животе. По всей видимости, это последствия приема обезболивающих на голодный желудок. Дел было невпроворот, а времени оставалось всё меньше. Сегодня уже третий день, как Матвеич умер, а значит, по христианской традиции, должен быть похоронен уже сегодня.

— Детина в морге сказал, что за телом Матвеича приедет сын… Восемь утра — ещё можно успеть… На перевязку заскочить тоже бы не помешало. А так и сгнить можно заживо, а пока я в нежить превращаться не намерен, — Алекс собирался и продолжал что-то бубнить себе под нос.

Наспех одевшись в первое, что попало под руку, он взял запасной телефон, деньги из сейфа, вызвал такси и поехал в больницу. Хотя Алексу было едва за тридцать, сейчас молодым человеком его назвать язык не поворачивался. Стресс, недосыпание и небритая физиономия делали своё дело. Алекс, конечно, покривил душой возле зеркала, ведь раньше он никогда бы не позволил себе выйти из дома в неопрятном виде, но сейчас это не имело никакого значения.

Добравшись до больницы, первым делом Алекс направился в перевязочный кабинет.

— Марья Ивановна, здравствуйте! — восторженно сказал Алекс, ещё не успев войти.

— Тоцкий, вы что ли? Нагулялись? Марьи Ивановны нет, сегодня не ее смена. — Ответила сменщица — молодая симпатичная медсестра, по всей видимости, практикантка. А возможно, она просто подрабатывает, пока учится в меде — по больнице вообще много студентов шастает. Учиться же надо на ком-то, а живые пациенты самые лучшие подопытные! Судя по бэйджу сменщицу звали Ирина Шишкина.

— Ой, тогда это вам, Ирочка. — Алекс протянул коробку конфет, заготовленную в благодарность Марье Ивановне. Он купил её в магазинчике возле остановки, как вышел из такси. «Ничего не поделаешь, сладости нашли другого обладателя. Надеюсь, вы на меня не обидитесь, Марья Ивановна», — подумал он.

— Подлатайте меня, пожалуйста, сил моих больше нет, болит ужасно. — Жалобная небритая физиономия выкатила свои хитрые серые глаза.

Алекс выдумал какую-то небылицу, объясняющую почему он не может продолжать стационарное лечение. Хотя сочинял на ходу, выходило вполне складно, и Ирочка поверила. Это не удивительно —