Прекрасная вдова - Дженет Маллани

По коридору, чуть впереди меня, идет высокая седая дама. Ее внешность кажется мне знакомой. Она оборачивается на звук моих шагов. Я приседаю в поклоне, а душа моя при этом уходит в пятки. Эта дама — вдовствующая графиня, мать Иниго Линсли, и все боятся ее до смерти. Она славится своей резкостью и бестактностью.

— Добрый вечер, леди Террант.

— А, это вы, леди Элмхерст.

Последний раз я видела ее несколько лет назад, во время свадебного путешествия с Элмхерстом. Ходили слухи, что она какое-то время была в опале у королевской семьи и вынуждена была уехать из Лондона.

Сам Линсли безумно боится свою мать, несмотря на то что та души в нем не чает и любит его больше других сыновей. Леди Террант внимательно осматривает меня с головы до ног.

— А вы не помолодели, милочка!

Вряд ли это замечание можно принять за комплимент, когда тебе всего двадцать три. Думаю, все так считают. Да, графиня не меняется. Она все такая же статная и величественная. У нее, как и прежде, лучистый взгляд. Раннее замужество, взрослые сыновья — должно быть, ей уже за пятьдесят.

— Недавно я вышла замуж за адмирала Райли, так что теперь я миссис Райли. Слава Богу, в моем возрасте можно делать все, что заблагорассудится!

— Мои поздравления, мадам.

— Я слышала о смерти Элмхерста, и мне жаль его. Этот плут был чертовски красив. — Пока я обдумываю, поддерживать ли мне этот «милый разговор», она продолжает: — Я намерена самым серьезным образом поговорить с Оттеруэлом. Его садовникам пора голову оторвать.

Ах да, эта дама питает слабость к редким растениям. Не сомневаюсь, она не уедет отсюда, пока не раздобудет для своего сада достаточно саженцев из оранжереи Оттеруэла. Закончив на этом общение со мной, она разворачивается и направляется вниз по лестнице. Слава Всевышнему! Она войдет в гостиную первая и тем самым отвлечет внимание гостей от моей скромной персоны. Каждый, увидев ее, поспешит раскланяться, расшаркаться и как можно скорее унести ноги прочь, подальше от греха. Вернее, от ее ядовитых замечаний.

Не обращая никакого внимания на собравшихся в гостиной, миссис Райли прямиком направляется к седому, весьма добродушному на вид господину, своему новому супругу. Я же с неподдельным интересом принимаюсь рассматривать висящие на стенах картины. И украдкой наблюдаю за присутствующими.

Высокий темноволосый мужчина рядом с миссис Гиббоне оживленно беседует с Конгривансом. Интересно, кто он? Что-то не припомню, чтобы я видела его раньше. Конгриванс очень хорош собой! Черный цвет ему так к лицу! Леди Оттеруэл совершенно неприлично кокетничает с ним. Хотелось бы знать, как близко они знакомы. Вряд ли их связывают любовные отношения. Однако ее мужу следует быть начеку. Неужто этот Конгриванс на самом деле французский шпион? Это было бы так романтично! Не знаю, не знаю, если всех моих знакомых, намекавших на свои шпионские подвиги, собрать вместе, можно было бы сформировать целый полк!

Ужин подан. Гости рассаживаются так, чтобы избежать соседства с двумя персонами — со мной и миссис Райли. В результате миссис Райли оказывается справа от меня, а слева садится темноволосый спутник миссис Гиббоне. Он представляется секретарем Оттеруэла и производит впечатление очень милого молодого человека. Мистер Дарроуби, похоже, совсем не интересуется столичными сплетнями. Я позволяю себе чуть-чуть, просто из вежливости, пофлиртовать с ним. В конце концов, когда еще представится случай досадить этой миссис Гиббоне? Она сидит напротив и мило беседует со своими соседями. Миссис Райли то и дело отпускает колкости по разным поводам.

— Какая роль в пьесе досталась вам? — спрашиваю я Дарроуби.

— Я буду играть Деметрия, леди Элмхерст. Лорд Оттеруэл очень обрадовался, узнав, что приехал мистер Конгриванс. Теперь у нас есть Лизандр. Сам лорд и леди Оттеруэл будут играть Оберона и Титанию, а также Тезея и Ипполиту.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Толстушка леди Оттеруэл совсем не похожа на Ипполиту, царицу амазонок. Впрочем, пьеса кажется мне полной чушью — влюбленные, заблудившиеся в лесу, волшебницы, колдовство!

— А Филомена Линсли, — он с обожанием смотрит на нее, — отвечает за костюмы. Актерская игра ее не привлекает. Я хорошо знаю ее. Она мне как сестра, леди Элмхерст. Долгие годы наши семьи были очень близки, одно время я даже служил секретарем у ее зятя.

Вот оно что. Интересно, как мистер Линсли относится к тому, что Дарроуби постоянно крутится возле его жены? Сам Линсли, похоже, постановщик пьесы, а его сын Уилл будет представлять озорного эльфа Пака.

— Кто же будет играть мастеровых? — заинтересованно спрашиваю я.

— Слуги Оттеруэла, — поясняет миссис Райли. — Его дворецкий мнит себя настоящим трагиком. Ему дали роль ткача, Основы, и поручили репетировать со слугами. Разумеется, Оттеруэл уберет все сцены с ослиной головой, чтобы дворецкий не участвовал в любовных играх со своей хозяйкой. Оттеруэл созывает всех друзей и соседей на премьеру. После представления намечается бал и грандиозный банкет — зажарят быка и закажут море пива для арендаторов.

После ужина Оттеруэл объявляет всем о назначенной на десять утра репетиции. Он немного нервничает — до премьеры остается всего две недели. Десять часов утра. Да он совсем с ума сошел! После ужина ставят карточные столы. Я играю в вист, стараюсь казаться сдержанной и благовоспитанной. Мой выигрыш достаточно скромный — несколько шиллингов. Что ж, я вполне довольна собой. Окружающие обращаются со мной очень мило. Неудивительно — все в восторге от щедрого угощения и винного погреба Оттеруэла. Миссис Гиббоне, улыбаясь мне, с видом собственницы уводит мистера Дарроуби. Вечер подходит к концу, и дамы, с трудом сдерживая зевоту, начинают собирать свои шали и веера.

Вот теперь я точно знаю. Как только все налаживается, жди удара из-за угла.

— Леди Элмхерст. — Чья-то рука ложится на спинку стула и слегка касается моих обнаженных плеч. — Я слышал, вы отлично играете в карты. Не откажетесь от партии в пикет?

Это Конгриванс.

— Вообще-то я собиралась отправиться в кровать.

Он обходит стол и усаживается напротив.

— Какое волнующее сообщение, леди Элмхерст. Мое воображение сразу рисует соблазнительные картины. Но перед тем Как вы уйдете…

Он вынимает из колоды младшие карты. Зачарованная, я не могу оторвать глаз от его рук. Он тасует колоду, быстрым движением раскладывает карты веером на столе и ловко собирает. Какие красивые длинные пальцы! Не знаю, на что смотреть, — то ли на его пальцы, то ли на его губы.

— Хорошо, — произношу против воли. — Шиллинг за очко. Годится?