Харизостан - Илья Баксаляр

Однажды мулла, слушая речи капитана, внезапно спросил:

– Что тебя беспокоит?

Капитан растерялся, он не знал, что ответить. В свои проблемы молодой человек не хотел посвящать никого. Мулла смотрел в глаза капитана, там кипел океан страстей, который искал выход из своего страшного состояния. Священнослужитель молчал, понимая состояние своего собеседника. Он дал ему возможность самому решить, как поступать дальше. Страшные чувства клокотали в душе капитана – ему было стыдно признаться в своих грехах, но и ходить с таким тяжелым грузом он больше не мог. Молодой человек молчал, вдруг он весь задрожал, и предательские слезы ручьями потекли по лицу. Его всего трясло от нервной судороги. Путаные фразы вылетали из его уст. Первые слова с большим трудом вырывались наружу, превозмогая страх и дикий стыд за свое прошлое. Но мулла продолжал спокойно смотреть на капитана, его глаза успокаивали молодого человека и разрушали ту плотину, которая сдерживала весь этот гигантский страшный клубок боли, гнева, страдания и уничтожающей самооценки. Теперь все наболевшее вырвалось мощным потоком наружу, унося из души тяжелый, смертельный груз, который лишал капитана всякой надежды на жизнь.

Мой друг, не стоит обвинять капитана в слабости. Конечно, слезы не украшают мужчину. Но ведь с каждым из нас бывали такие моменты, когда нам не хотелось жить, когда весь мир превращался в одно черное месиво, затягивающее своей безликой холодной слизью в страшное одиночество и жестокое состояние, путь из которого часто ведет к трагедиям. Мы помним это состояние, но нам повезло, рядом были наши добрые близкие, родные и друзья, и благодаря им мы смогли вылезти из самых страшных душевных пучин. Помнишь, как становилось нам легче, когда мы могли выплакаться, выговориться и вырвать из своего сознания фонтан боли и страха. Как становилось нам лучше и постепенно окружающий мир из черного мрака превращался в светлый день, наподобие предутренних сумерек, когда из темной ночи незаметно проскальзывает заря нового дня и через некоторое время первые лучи солнца возвещают о новой жизни. Так и у нас. Поэтому даже самому сильному человеку очень нужно освободить свою душу от мрачной темноты, чтобы опять увидеть солнце.

Капитан говорил и говорил. Он путался в словах, переносился то в тот окоп под Багдадом, то в детство, то опять бросался под американский танк, рассказывая, как он хотел погибнуть, потом опять начинал рыдать, и все это повторялось очень долгое время. Мулла слушал и молчал, он прекрасно знал, что в этот момент нужно молчать и дать человеку вылить всю свою боль и страдания. Священник смотрел в глаза капитана и видел, как уходит страшное черное облако из его души, как светлеют мокрые глаза, и понимал, что вместе со слезами уходит его прошлое, которое не давало молодому человеку жить. Мулла молчал. Капитан рассказывал и рассказывал, слезы прошли, он постепенно успокаивался. Этой ночью молодой человек впервые за многие месяцы спал спокойно, ничто не беспокоило его сна.

8 глава. Разочарование

Капитан покинул мечеть, а мулла остался один. Давай заглянем в его прошлое еще раз, ведь там так много загадочного и таинственного.

Американцы уехали из Пешавара и оставили его продолжать бороться за светлое будущее угнетенного афганского народа. Агент ЦРУ собирал информацию о положении в Афганистане, он много разговаривал с вернувшимися оттуда моджахедами. Расспрашивал о количестве постов на дорогах, расположении войсковых частей, количестве бронированной техники, но больше всего его интересовал моральный дух русских. Однажды в Пешавар привезли несколько пленных советских солдат, они были захвачены моджахедами. Их лица были изуродованы жестокими побоями, глаза затекли от огромных гематом на лице, из глубоких ран сочилась кровь. Афганские партизаны сбросили их из грузовика, они рухнули на пыльную дорогу, капли горячей крови озарили серый песок. Молодые русские ребята лежали на чужой земле вдали от своей родины и готовились к смерти, зная, как долго и мучительно они будут умирать. Они сильно хотели пить, страшная жара совсем добивала их. Они лежали на раскаленной земле, готовые уже ко всему, понимая, что впереди их ждет ад. Мой читатель, посмотри на этих ребят, совсем еще пацанов. Еще несколько месяцев назад они оканчивали школу, наверное, влюблялись, встречали весну и жили большой надеждой. Вспомни свои восемнадцать лет и весну того времени. Маленькие листочки начали пробиваться сквозь набухшие, почти желтые яркие цветы мать-и-мачехи, белая пелена маленьких цветков на вишне, яркое весеннее солнце, теплый ветерок и такое радостное настроение, хочется жить, прыгать, летать, мечтать и любить – самая прекрасная пора в жизни любого человека. А сейчас ты лежишь где-то в чужом краю, со страшной болью после побоев, пересохшими губами обращаясь к маме, в надежде, что она сейчас придет и заберет тебя домой, умоет, обработает твои раны, напоит холодной проточной водой и ты опять побежишь на улицу радоваться жизни. Но этого уже не будет. Наверное, где-то в небольшом русском городке женщина вдруг испытает страшный испуг, ее материнское сердце подскажет, что с ее сыночком что-то случилось. Она не могла услышать шепот сына. Она почувствовала сердцем, что случилась беда. Женщина замечется, страшные мысли ее начнут сводить с ума, своим материнским сердцем она чувствует, что скоро в ее жизни угаснет самое главное солнце – ее любимый ребенок, который вырос и покинул дом, чтобы отдать свой долг родине.

Мальчишки лежат на земле, глотая пыль своими воспаленными и изуродованными губами, которые еще ни разу не прикасались к сладкому женскому телу. Впереди мучительная смерть, но надо выдержать предстоящую пытку, нужно мужественно принять любую, даже самую жестокую смерть. В душе у солдат все темнеет, в глазах тупая обреченность идущего на голгофу человека. Мальчишка лежит головой в пыли, он задыхается от нее и пытается хоть как-то глотнуть воздуха, как рыба, оказавшаяся на берегу, он судорожно хватает воздух ртом.

Бородатый моджахед подошел к умирающему русскому парнишке и со всей силой ударил сапогом по головке. Азим видел весь этот ужас, у него все внутри перевернулось. Борцы за справедливость так не могут поступать, да, перед тобой лежит поверженный враг, но он человек и заслуживает другого отношения к себе. Азим понимал, что борьба за свободу – это жестокая битва, но это честная борьба в открытом бою. А тут еще совсем парнишка лежал на земле и его добивали самым жестоким образом, скот и то так не забивают, возмутился Азим. Он подошел к мальчишке, взял его за голову, со лба текла струя крови через глубокую рану, достал из своей сумки марлевый пакет и начал обрабатывать рану. Бородатый моджахед подбежал к Азиму и хотел схватить его за воротник, но будущий мулла повернулся к нему. Здоровый грубый моджахед оторопел, он почувствовал взгляд Азима. Ему сразу стало как-то не по себе, теплые глаза говорили ему: «Ты же человек! Почему ты губишь себя своей жестокостью? Посмотри на себя – в кого ты превратился?» Бородач отошел назад, он не понимал, что с ним сделали. Злоба и пробужденная ей жестокость стали растворяться в мягкой энергии глаз Азима. Моджахед не знал, как себя вести, но бить лежащих в крови русских солдат он уже не очень хотел.

Азим повернул голову к русскому мальчишке. Все лицо было изуродовано жестокими побоями, глаза смотрели вперед непонимающе. Все лицо было в крови. Молодой человек вытер лицо марлевой салфеткой. Остальные афганцы стояли в стороне и не понимали, зачем этот араб возится с этой русской собакой? Но, видя, с какой теплотой он относится к раненому, невольно прониклись уважением к Азиму. Ведь любой из них мог оказаться в плену у русских и быть на месте этих избитых солдат и так же со страхом ожидать своей участи. Когда мы смотрим на мучения людей, нам бывает их жаль, когда мучается враг, мы считаем – это правильно, пусть почувствует справедливое возмездие. Но представь, мой друг, что тебе приходится лежать в пыли, после жестоких избиений понимать, что это еще не конец. Что тебе сейчас хочется одного – умереть и больше не испытывать тех мук, которые ты перенес, и тех страшных минут, которые предстоит пережить тебе. Только поняв это, может быть, наше сердце смягчится и мы осознаем, что перед нами все-таки человек и он не заслуживает такой жестокости к себе.

Азим смотрит в глаза русского солдата. Они замутнены страшной болью, пока они ничего не понимают, солдат стонет. Проходит некоторое время, глаза солдата устремляются на Азима. В пустых обреченных глазах уже нет ничего, нет ни капли жизни, ни кусочка надежды, есть только одно желание – умереть. «Мама», – шепчет он, губы нервно дергаются. Молодой араб достает из сумки перекись водорода и осторожно обрабатывает раны солдату. Моджахеды были удивлены – зачем? Этого русского все равно расстреляют или забьют камнями, да и вряд ли он выживет после таких жестоких побоев. Азим старается перевязать глубокие раны, накладывая марлевые повязки. Солдат стонет. Он поднял глаза и посмотрел на своего спасителя. Теплый огонь неторопливо полился в его душу, какая-то маленькая искорка жизни пробудилась в угасающих глазах русского парнишки, умирающего за многие тысячи километров от родного дома. Солдат смотрел на Азима, ему стало легче, тепло проникало все глубже и глубже, он представил родной дом, добрую улыбку такой дорогой и родной мамы. Он захотел ее обнять и утонуть в ее теплоте, вспоминая, как в детстве любил прибежать к своему самому дорогому человеку на свете и обнять ее крепко-крепко. Он смотрел в глаза Азима и представлял маму, ведь только она одна могла смотреть на него с такой огромной теплотой. Он представил опять маму, крепко-крепко ее обнял и с этим добрым и теплым чувством умер.