Отмороженный-2. Пушки к бою - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой"

– Ну и что я должен из всего этого понять? Что у тебя был секс с Гумаром?

– Какой же ты!.. Это был не секс. Секс был с тобой. Это был танец двух душ, соединенный в экстазе соития… Короче! – Руди открыла глаза. Стала простой и серьезной. – Я больше не хочу, чтобы ты ко мне приставал, и не хочу, чтобы Гумар из ревности тебя убил. Держись от меня подальше. Понял?

– Понял, – спокойно кивнул Сюр. – И ты ко мне больше не приставай.

– Да больно надо… – девушка презрительно скривилась, но тут же на ее лице появилось выражение заинтересованности. – Я хочу, чтобы ты рассказал мне побольше о Гумаре.

– Хочешь, расспроси самого Гумара. Чего ко мне-то пристаешь?

– Я боюсь. Он как зверь. Дикий и опасный.

– С чего бы это? Раньше ты говорила, что Гумар как ребенок и ему нужна нянька.

– Видимо, он долго сдерживал свои мужские, агрессивные порывы, и вот наконец его прорвало. Ну так расскажешь?.. Я могу тебе за это тут по-тихому дать, но чтобы быстро…Ты мне как брат, Сюр. – Глаза ее умоляюще смотрели в лицо Сюра. А тот, испугавшись новой порции тайных встреч, что будет щекотать нервы Руди и вызывать у нее позывы страсти, замахал руками:

– Нет, нет, умерла так умерла…

– Ты что, дурак? Я жива… Можешь потрогать, – она положила его руку на свою грудь. А Сюр, как ужаленный током, ее вырвал.

– Расстались так расстались, – пояснил он. – Про Гумара слушай… Мы лежали с ним на излечении в медблоке на станции «Чилис», когда нас захватил пираты с Андромеды. Держали нас в клетках и ради скуки заставляли драться между собой на арене. Как-то привезли нас на заброшенную станцию корпорации «Ирбис», и там меня, Гумара и еще два десятка рабов заставили идти впереди бойцов. Чернокожие обследовали станцию. Мы с Гумаром были в паре. А на станции, как оказалось, было полно зараженных онокамрузом людоедов. Эти чернокожие гады использовали нас как приманку для людоедов. И на нас напали. Нам крупно повезло. Людоеды напали с тыла на последних бойцов. А те, что были с нами, столпились рядом. Гумар начал действовать первым. Он неожиданно вывернул руку одному из этих черных ублюдков и выстрелил в забрало шлема второму. Ну тут я не подкачал, подхватил падающий автомат и застрелил первого выродка. К тому времени зараженные убили остальных бойцов и, похватав тела, скрылись. Мы остались одни. Пошли дальше в поисках места, где можно скрыться. Не хотели возвращаться на корабль пиратов. Но по дороге на нас напал огромный, метра три высотой, людоед. Пока я открывал двери, Гумар отстреливался и держал тварь на расстоянии. Потом мы нашли склад, полный боевых машин. Гумар вышел на связь с выжившими защитниками базы и пригрозил взорвать запасной реактор…

– Зачем?

– Что «зачем»?

– Зачем он хотел взорвать запасной реактор?

– Ах, это! Я предложил. Нас зажимали с двух сторон. С одной стороны черные, с другой – защитники станции. Короче, в ходе переговоров он выбил нам МДК, на котором мы удрали со станции. Понимаешь, в обычной жизни Гумар весьма невоинственный и только потому, что умом лазит по своим программам. Ему подумать некогда. А когда припечет, он может станцию взорвать.

– И как… взорвал? – Руди по-детски доверчиво смотрела в глаза Сюра. «Ну как тут обмануть такую доверчивость», – подумал Сюр и кивнул: – Взорвал. Но это только между нами. Он очень переживает…

– О чем? – тихим, трагическим шепотом спросила Руди.

Сюр тоже понизил голос до шепота:

– О том, что не взорвал станцию вместе с рейдером…

– Да, на него это похоже… – задумчиво согласилась Руди.

– О чем они говорят? – стоя за спиной Аллы, зашептала Маша.

– Живая говорит, что они не будут вместе делать фрикции.

– Почему?

– Она боится Гумара и боится, что он убьет Сюра.

– А почему боится? Что в нем страшного?

– Он убийца. Убил чернокожего человека, а потом взорвал станцию.

– Вот как! – Внутри Маши вновь завозилось иррациональное чувство опасности, но теперь оно приобретало более четкие черты…

Глава 2

Тридцать световых лет от Солнечной системы.

Созвездие Цефей.

Продолжение одиссеи

Прошло два дня с того памятного разговора Сюра и Руди в оружейной комнате. Сюр стал замечать некие странности, происходящие с Руди. Она похудела, осунулась. Улыбка исчезла с ее лица, и у опущенных уголков рта появились скорбные складочки. Все чаще и пристальнее посматривала она на Сюра и старалась не смотреть в сторону Гумара. А тот прятал от нее глаза и старался не замечать девушку. Сюр забеспокоился и решил переговорить с товарищем. Дождавшись, когда тот остался в своей лаборатории один, он обратился к нему с вопросом:

– Гумар, дружище, что у тебя происходит с Руди?

– А что должно происходить? – ответил тот и недоуменно посмотрел на друга.

– Как что? Вы пара и должны быть вместе, а ты ее избегаешь…

– Мы не пара. Так просто потрахались, как ты выражаешься, и все. Между нами нет обязательств…

– Вот в этом ты ошибаешься, – с искренним негодованием воскликнул Сюр. – Ты видишь, что происходит с Руди?.. Или глаза где-то по дороге потерял вместе с совестью?

– Сюр, ты о чем?!.

– Я о том, что ты затащил девушку в постель. Показал ей, что она тебе близка и не безразлична, а потом бросил. Знаешь, как это называется?

– Как?

– Поматросил и бросил… Ты разбиваешь ей сердце, чурбан толстокожий. Почему ты ее игнорируешь?

– Потому что в тот раз был не я, а Молчун. Я другой… И уверен, что он действовал с твоей подачи. То, что он творил, я бы никогда не сделал…

Сюр зло усмехнулся:

– Молчун, значит?

– Да, именно Молчун…

– И у Молчуна вдруг вырос член? Да?

– При чем тут член?..

– Ну как же? Если это был Молчун, то и член должен быть Молчуна.

– Нет, член был мой, а желания были Молчуна. Меня использовали…

– Да что ты говоришь? И встал твой член тоже по наущению Молчуна? Повторяю! Поматросил и бросил. Так, что ли, поступают нормальные парни? Так делают или подлецы, или животные. Им что? Совокупился с самкой, оплодотворил и ушел своей дорогой. Ты кто? Животное или подлец? Ты скажи, я хочу знать, с кем имею дело?

– Сюр, что ты от меня хочешь? Я не подлец и не животное…

– Я хочу знать, как ты относишься к Руди? Она вся извелась и страдает. Ты этого не видишь? А страдать ее заставил ты, а не Молчун. Именно ты ее трахал и произвел впечатление. Почему ты с ней не поговоришь? Почему не проясните ваши отношения? Ты трусишь? Боишься ответственности? Тогда ты не мужик. Ты хуже бабы. Чмо, вот ты кто…

– Я не знаю, что такое чмо, но я мужчина и попрошу меня не оскорблять…

– Не оскорблять его. Послушайте, что говорит это чмо! Мужчина, Гумар, – это человек, который отвечает за свои дела. Ты же не хочешь отвечать за то, что натворил. А Руди плохо. Ты заставил ее мучиться. Вот ты просто скажи, и я отстану. Она тебе безразлична?

Гумар опустил голову и задумался. Разглядывая подрагивающие руки, ответил:

– Нет, не безразлична. И я не чмо. Я хочу разобраться в себе и своих чувствах. Это ты можешь спать с андроидами и считать их живыми. Я более…

– Что ты «более»? Более нормальный, чем я? Я нормальный, Гумар. И рос, и воспитывался в другой среде, отличной от той, которая воспитала такого эгоиста, как ты. Я не заставляю мучиться других. Не делаю их несчастными. Я не разбиваю жизнь и сердца. И я стараюсь отвечать за себя и свои поступки. Тебе поверили, а ты… предаешь. Разберитесь оба, что вы хотите, и это приказ. Сегодня же…

Сюр зло зыркнул глазами на присмиревшего товарища и пошел прочь. На пороге он становился.

– Если из-за тебя экипаж потеряет такого толкового инженера, как Руди, будешь работать за нее и, если не справишься, будешь оштрафован с сожительством с андроидом, чтобы неповадно было строить из себя невинную овечку и пакостить…