Юрий Гагарин – человек-легенда - Владислав Артемов

Мы оказались впереди.

Из-за скудности представлений об околоземном

пространстве не было полной уверенности в успехе грандиозного начинания. Сам факт запуска спутника не скрывался, однако подробности его проведения до поры до времени все-таки оставались за кадром. И причины были вполне понятны. Уровень наших знаний о физических условиях верхней атмосферы и околоземном пространстве был недостаточным. Неясны были такие вопросы, как структура ионосферы, условия прохождения через нее сигналов космической радиосвязи и степень метеоритной опасности. Отсутствовали какие-либо экспериментальные данные по вопросам герметизации спутника, обеспечению его теплового режима в космическом пространстве, по энергопитанию в течение длительного времени.

С. П. Королев

Сергей Павлович Королев: «Мы внимательно следили за сообщениями о подготовке в Соединенных Штатах Америки спутника, названного не без намека «Авангардом». Кое-кому тогда казалось, что он будет в космосе первым.

Я попросил подобрать мне материал об этом будущем спутнике. Мне приготовили. Мы посчитали и убедились, что американские ракетчики могут вывести на орбиту… апельсин. Все было ограничено у них до предела. Главное, что их сковывало, – это ракета. Ее тяга такова, что не дает никаких резервов и предъявляет огромные требования к точности, к разъединению ступеней.

Посчитали и мы, чем располагаем. Убедились: можем вывести на орбиту добрую сотню кило граммов».

Полет нашего первого спутника положил начало космической эры. В качестве космического тела ему предначертано было просуществовать в течение 94 суток, совершив за это время 1440 оборотов вокруг Земли.

Первый спутник произвел на Западе впечатление разорвавшейся бомбы. Оказалось, что русские дали американцам сто очков вперед. Посол США в СССР Фой Колер сказал: «Буквально за одну ночь достижение в области науки и техники уже само по себе придало новый мировой статус Советскому Союзу и нанесло серьезный удар по престижу и влиянию США не только в глазах других наций, но, прежде всего – американцев. И в течение многих лет после этого советское руководство с большим умением и эффективностью использовало это новое научно-техническое достижение в области освоения космоса для преследования еще более глобальных политических целей. Причем делало это в такой степени, что советская внешняя политика в конце пятидесятых и начале шестидесятых годов часто называлась „дипломатия спутника“».

Впрочем, объяснять внимание, уделявшееся космосу Кремлем, лишь стремлением поразить воображение соотечественников и всех людей планеты, было бы неверно. Как отмечал Колер, «русские использовали свои космические успехи в качестве главного орудия в непрекращающихся попытках достичь мирового превосходства в области науки и техники, то есть в том, что расценивалось советским руководством как „самый важный трамплин в борьбе между двумя системами на мировой арене“». Другими словами, космические технологии рассматривались правительством СССР как важнейшая движущая сила прогресса в других отраслях промышленности, играющих ключевую роль в экономике современного государства. К числу таких относятся, в частности, приборостроение и электроника, исключительно сильным стимулом для развития которых стала ракетная техника.

Французский журнал «Пари-матч» писал: «5 октября 1957 года Вашингтон был потрясен циклоном, который срывал вывески, сваливал столбы, вырывал с корнями деревья, поднимал к небу тучи опавших листьев и в конечном счете обрушил на столицу наводнение. Но поспешно собравшиеся ученые, специалисты и политические деятели думали о другой буре – о буре, которая поднималась в общественном мнении. Русские только что достигли того, что американцы столь часто преждевременно описывали: запустили первый искусственный спутник Земли. Это было чудо! Рухнула догма о техническом превосходстве Соединенных Штатов».

Обозреватели Ассошиэйтед Пресс справедливо заметили: «Девяносто процентов разговоров об искусственных спутниках Земли приходилось на долю США. Как оказалось, сто процентов дела пришлось на долю России».

Агентство Юнайтед Пресс подчеркивало: «Любые томительные сомнения, скептицизм или умаление научных достижений России внезапно рассеялись. Дальнейший путь к звездам открыт. Советские ученые заявили, что они могут сделать и сделали то, чего величайшие гении западного мира все еще не могут достичь».

Герман Оберт

Директор английской радиоастрономической станции «Джодрелл-Бенк», которая в то время была одной из крупнейших в мире, признался, что запуск спутника стал свидетельством «высокой степени технического прогресса, достигнутого в СССР».

Ученые США восприняли советский эксперимент с величайшим удивлением, ведь именно они не раз заявляли всему миру о запуске спутника и вдруг оказались в отстающих. Так, председатель американского Национального комитета по проведению Международного геофизического года Джозеф Каплан заявил: «Я поражен тем, что русским удалось сделать за такой короткий срок. Это нечто фантастическое. И если они могли запустить этот спутник, они могут запустить и более тяжелые спутники».

Известный ученый Герман Оберт, стоявший у истоков западной ракетной техники и космонавтики, так отзывался о Королеве: «Наверное, если бы жил мой коллега, господин Циолковский, с которым я состоял в переписке, то мы бы при встрече с Королевым сказали ему: „Браво! Браво! Вы осуществили мечту, питавшую наш разум многие годы, и в реализацию которой мы внесли свой посильный вклад. Человечество благодарно этому человеку за свершенное. Получить признание человечества – значит, надо быть по меньшей мере выдающимся деятелем науки и культуры“».

Вернер фон Браун

Какова же была судьба американского спутника «Авангард»? Он был создан в следующем, 1958 году и вышел на орбиту 17 марта. Весил он всего лишь 1,4 кг, поэтому и получил название «Бэби Авангард».

В те дни Вернер фон Браун, руководивший в свое время созданием ракеты Фау-2 на заводе в Пенемюнде, заявил: «То, что мы вывели сейчас на орбиту, может соперничать с русскими спутниками только по духу. Если бы мы двигались на 20 процентов быстрее, чем они, то нам все равно потребуется пять лет, чтобы перегнать их».

Так что запуск первого советского спутника стал одним из величайших исторических событий. Не случайно на XVIII Международном конгрессе по астронавтике, который состоялся в сентябре 1967 года в Белграде, было принято решение считать началом космической эры 4 октября 1957 года.