Путь тени - Анастасия Пак

Понятно, судили здесь своего, да и то исключительно ради императора, выказывая ему подобным образом свои благие намерения. Мол, без вашего одобрения никуда. Но всякая любезность имела свои пределы и даже ради Краена выходить за них никто не собирался.

– Сядьте, уважаемая, – ядовито попросил все тот же маг. – У нас тут суд как-никак, значит и вести себя надо соответствующе.

Император взглядом приказал ей успокоиться, и чародейка, постепенно отходя от внезапного припадка ярости, опустилась на свое место. Ну чему она удивляется, к чему все эти эмоции? Она уже видела это не один раз, должна была привыкнуть, но все же когда-то этот человек был ей не только интересен, но и дорог.

– Итак, – скучно начал маг в зеленом. – Этот человек – увы, бывший стихийный маг – обвиняется… – он запнулся, перехватив горящий взгляд чародейки, но тут же вздернув подбородок повыше, надменно закончил, – в пособничестве темным колдунам и подлежит уничтожению. Думаю, что высказал общее мнение всех присутствующих здесь магов.

В черных глазах осужденного мелькнула боль, сменившаяся глубоким презрением. Ни на что другое он в общем-то не надеялся, хотя думал, что возможно приговор будет несколько иным. Обычно за отступничество изгоняли. Он гордо выпрямился, ну и пусть, он бы все равно попытался пройти к императору, даже если бы знал все наперед.

– Император, если имеются какие-то возражения…

Краен молча покачал головой, он тоже прекрасно видел черту, которую переходить не стоит. Это их дело, он заранее одобрил любое их решение, так что вопрос мага был чисто риторическим.

– С каких это пор отступников уничтожают? – холодно поинтересовалась Брайан, хорошо знакомая с их законами.

Маг открыл было рот, чтобы ответить резкостью, как его перебил водный.

– С тех пор, как маги стали надежной опорой императору, в отличие от, – он сделал эффектную паузу, – темных, которые объявили войну нам, а следовательно, и ему. – Он даже выделил это слово, "темных", особой пренебрежительной интонацией, ставя их на несколько ступеней ниже. – Отныне мы не можем позволить себе столь мягко относиться к перебежчикам, слишком многие усилия поставлены под удар. Посмотрите, все эти люди согласны с нами, – он приподнялся, указывая на людей и те под его взглядом совсем сжались. Никто не посмел проронить ни слова, а Шериана, открывшего было рот, чародейка взглядом попросила молчать и молодой воин застыл, крепко сжав челюсти, потемневшие глаза уставились на ободранного мага, и тот, слегка повернув голову, ответил ему понимающим взглядом. Ему не помочь.

Это, считай, конец суду. Стихийные только разыгрывают этакий народный процесс, на самом деле все давно решено и ее присутствие может лишь смягчить, но не отменить участь обреченного. Но делать это надо быстро.

Брайан резко поднялась и подошла к бывшему стихийному, огненный маг за столом сделал протестующее движение, но под императорским взглядом опустился без единого слова.

Девушка опустила тонкие руки на плечи друга, на миг их взгляды встретились и он понял, что она хочет сделать. Понял и дал согласие. Сквозь его бледное лицо ей виделось другое, лицо того, которого уже давно не было в живых. Она подняла глаза на Краена, ее единственный протест не имел никакой силы, но все же хотелось удостовериться.

– Я сожалею, – произнес он. Краен хотел помочь, но не мог, он находился в рамках нужного ему перемирия и вступить сейчас в эту игру значило пожертвовать не одной, а сотнями жизней.

Брайан легонько сжала виски мага, обволакивая его теплом. Пусть она ненавидит магов и колдунов за их вечную безнадежную и в конце концов, глупую войну, за их жестокость, бесчисленные смерти, но никогда она не ненавидела таких, как он, что смотрели на наставников, но находили в себе силы не уподобляться им, а оставаться собой. "Брайан, – позвал ее знакомый почти забытый голос, всколыхнувший все чувства, – я помогу ему умереть без боли". И знакомые светлые глаза заглянули через завесу миров ей в душу. Пусть будет так. Она отняла пальцы от его лба, медленно побрела назад и села за стол, поймав сочувствующий взгляд Шериана. Он был готов помочь, увести мага и защитить ее. Она качнула головой. Нет, это не выход. Невидимые нити тянулись от обреченного к тонким запястьям Брайан. Стихийные, внимательно следившие за каждым ее движением ничего не видели, потому как не могут живые видеть магию мертвых, если только они с ними не связаны судьбой.

– Что ж,- на середину выступил красный. – Приступим.

Он картинно поднял руки, обратив ладони к багряному свету заката, и они словно по локоть погрузились в кровь, принял скорбное выражение лица. Брайан натянула нити и осужденный внезапно выпрямился, из глаз ушла отрешенность и он широко, презрительно улыбнулся бывшим наставникам. Его окутал другой полупризрачный мир, и светловолосый воин придерживал поднятую завесу, жестом показывая, чтобы он не задерживался на той стороне.

Стихийные переглянулись, на краткий миг вспыхнули переплетенные нити, становясь видимыми всем живым. Соображали они быстро. Маг, стоявший ближе всех, отшатнулся с исказившимся лицом и тут же быстро вытянул ладонь, усилием воли сфокусировав на ней сгусток своей силы. Взметнулось неподготовленное слишком яркое и разрушительное пламя и ринулось к указанной живой плоти. Тут уже было не до показательности – добыча стремительно таяла, проваливаясь в другой мир, и огонь прошел сквозь нее, ударяя в беззащитную толпу… точнее сделал бы это, если бы не защитное заклинание Брайан, отразившее его в сторону стихийных. Им не оставалось ничего другого, кроме как рассеять собственное детище совместными усилиями.

Люди, вначале окаменевшие от ужаса, теперь метнулись к дверям, образовав давку, от истошных криков задрожал стеклянный свод.

– Тихо! – повелительно крикнул вскочивший император. Повинуясь его взгляду, стража распихала людей, отодвинув их от выхода. – Суд еще не окончен.

– Император! – подскочил к нему маг огня. – Эта ведьма, – сузившиеся глаза прожигали в ней дырку, – Я уверен…

– Молчать, – оборвал его Краен. – Поздно искать виноватых. Я разочарован, – он скривил губы. – Вы бездарно упустили подсудимого и это целиком ваша вина.

– Но… – лицо красного стало одного цвета с обоженной глиной, разозленный, он готов был пойти на конфликт с самим Краеном.

– Вы правы, император, – вклинился водный. – Уверяем вас, что такое больше не повторится, – и он угодливо улыбнулся, пряча за льстивой маской черную ненависть.

– Надеюсь, – кивнул тот и повернулся к нему спиной, предварительно удостоив Брайан стремительным укоризненным взглядом.