Командировка в западню - Коблова Ирина

Когда портал остался у меня за спиной, мир просуществовал в цельном виде не дольше секунды, а потом рассыпался на пазлы.  

Переход в иное измерение - это для организма стресс, не сравнимый с чехардой часовых или климатических поясов. Шоковая смена окружающей среды со всеми присущими этой среде параметрами.  

Какие-то заботливые люди подхватили меня под руки и отвели к скамье для прибывающих, рядом пристроили багаж. Взгляд то затуманено блуждал, словно соскальзывая с поверхности чужеродной реальности, то ненадолго цеплялся за какой-нибудь из ее фрагментов.  

Ярко-голубое, как над потерянным раем, небо.  

Допотопный грузовичок, словно украденный из музея, но для музейного экспоната слишком неухоженный, с кляксами засохшей грязи на кузове.  

Дерево с могучим изогнутым стволом, который как будто состоял из нескольких слепленных стволов, устрашающе толстых, сплошь в складках, наростах и таинственных древесных письменах, притворяющихся трещинами на бурой коре. Его темно-зеленая крона трепетала и шелестела, напоминая растревоженную тучу.  

Мой завалившийся набок чемодан на колесиках, с оранжевым стикером "Потребляй в гармонии с окружающими" - ненавязчивая социальная реклама.  

Грациозное существо с заостренными эльфийскими ушами и клюквенно-красной радужкой раскосых глаз.

Тыльная сторона кистей рук покрыта бархатистой дымчатой шерстью - как и все остальное, включая лицо, а ладони и длинные пальцы гладкие, но при этом пепельно-серые. В ушах две пары сережек: крохотные голубые звездочки и блестящие, словно стальные лезвия, подвески.  

Ее штаны, украшенные прихотливой узорчатой вышивкой, были заправлены в шнурованные мокасины, поверх туники серебрилась кольчужная безрукавка. На поясе, кроме кобуры, висел длинный изогнутый клинок с орнаментом в виде обвивающей ножны змеи. Слегка загнутые на концах когти гламурно сверкали на солнце лазерными переливами.  

Мое полуобморочное сознание автоматически отметило, что это хороший признак: если местные потребители где-то берут косметическую лазерную пленку - значит, некоторый товарообмен между нашими измерениями налажен, можно надеяться, и с контрактом дело выгорит.  

Какие-то здания на заднем плане. Вот именно - "какие-то", больше ничего о них сказать не могу. Дерево это чудовищное, запыленная архаичная машина и представительница долгианского коренного народа так и впечатались в память, а строения вокруг портальной площадки совершенно не запомнились. Наверное, в них не было ничего особенного.  

Из портала - на сторонний взгляд, из ниоткуда - вышла Чармела с сумкой через плечо. Кесу с кошачьей плавностью развернулась ей навстречу, одновременно выпустив когти - они вдвое удлинились, и сразу стало ясно, несмотря на сияние радужного маникюра, что это страшное оружие: человеку играючи разорвет горло, и вызывать "скорую помощь" уже не понадобится.  

В поле зрения появились трое мужчин в форме цвета хаки и еще одна кесу. Все это общество принялось обсуждать, как поступить с моей спутницей - не пустить на Долгую Землю, или задержать, или, может, загрызть на месте? Люди колебались между первым и вторым вариантом, кесу больше привлекал последний.  

Перед командировкой я овладел долгианским языком, стандартный гипнопакет на полгода. По истечении гарантированного срока знания начнут стираться, как нестойкая краска. Говорят, если человек останется в той же языковой среде, у него будут шансы довольно быстро восстановить словарный запас и умение строить фразы, а если нет - оплаченный лингвообъем исчезнет, и для следующего путешествия придется покупать гипнопакет заново.  

Кое-как доковыляв до спорщиков, я объяснил, что прибыл для переговоров насчет взаимовыгодного сотрудничества, а Чармела мой официальный консультант, она сейчас не сама по себе, а тоже представитель деловых кругов Золотой Федерации, и я прошу немедленно связаться насчет нас с вышестоящим руководством. Кто-то из таможенников отправился в контору звонить по телефону - на Долгой, смешно сказать, нет мобильных коммуникаторов.  

Потом нас отвели в здание по соседству с порталом и продержали там до следующего утра, поместив порознь. Меня накормили и обедом, и ужином, и завтраком из натуральных продуктов отличного качества. Позже я узнал, что Чармела получила только ужин.  

Комната напоминала номер с удобствами в недорогом отеле. У них там ни Интернета, ни телевидения, и на случай, если придется коротать время, я запасся внушительной пачкой бумажных комиксов, но чемодан забрали для досмотра. Подозреваю, упомянутая процедура заключалась в том, что таможенники увлеченно листали комиксы: больше там просто нечего было столько времени "досматривать", а багаж вернули утром, перед тем как нас отпустить.  

Из интересного в моем распоряжении оставалось только зарешеченное окно. Пришлось довольствоваться тем, что можно было там увидеть, с высоты второго этажа.  

Сирень вдоль тротуара, окутанная прозрачным пухом - скорее всего, тополиным: словно облака спустились с небес, задремали посреди городской улицы, и приснился им кустарник, усыпанный пышными сиреневыми кистями. Дома в пять-шесть этажей, выцветшая штукатурка местами заляпана непонятными лиловато-черными кляксами. Мимо проезжали машины того же пошиба, что и грузовик на портальной площадке - антиквариат на колесах. Двадцать первый век, а то и двадцатый. Такие древние драндулеты обычно ставят около мотелей в стиле "ретро" для создания соответствующего настроения.  

Первый день прошел нестрашно: созерцание скучноватой картинки за окном, пока солнце не село. Когда начали сгущаться сумерки, явившийся охранник опустил стальные жалюзи и вдобавок запер эту систему на специальный замочек. Не сдержавшись, я раздосадовано заметил, что снаружи решетка, и мне отсюда никак не выбраться, да я и не собираюсь бежать, поскольку я командированный представитель солидной компании, а не нарушитель. Таможенник невозмутимо процедил, что это мера предосторожности ради моей же безопасности. Дальнейшие расспросы ни к чему не привели: парень невежливо отмахнулся и ушел - досматривать мои комиксы, полагаю.  

Спалось плохо. Не то чтобы я боялся произвола: в худшем случае (а если не лукавить, то в лучшем) меня попросту выдворят обратно на Землю, и злополучная командировка закончится, не успев начаться. Форс-мажор, я не виноват. Пусть в следующий раз посылают кого-нибудь из топ-менеджеров.  

За Чармелу я хоть и опасался, но в то же время понимал, что она далеко не девочка, и если бы ей всерьез что-то угрожало, нашла бы способ отвертеться от участия в этой затее. Сколько я с ней общался, ни разу не возникало впечатления, что ее принудили. Наоборот, она порой выказывала нетерпение, хотя при этом заметно нервничала. Словно у нее тут какой-то свой интерес: забрать шкатулку с любимыми драгоценностями или бумаги, которые обеспечат ей дополнительные дивиденды на Земле, а мои переговоры всего лишь прикрытие. Позже выяснилось, что я угадал. Ну, почти угадал.  

Беспокоилось меня другое: то, что происходило ночью на улице.   Машины проезжали изредка. Шум примитивных моторов, работающих на бензине, спать не мешал, но вкрадчивый шелест по ту сторону окна, доносящееся оттуда же влажное чмоканье, противное и пугающее, негромкие настойчивые звуки, словно кто-то осторожно царапал по стеклу не то гвоздем, не то когтем - все это вызывало приливы первобытного страха, не позволяя расслабиться и погрузиться в дрему. Это медузники-кровососы - или кто-то еще? Второй этаж, снаружи ни балкона, ни пожарной лестницы, а оно там скребется... Вдруг оно сумеет выдавить стекло?..  

Уснул я, когда начало светать и ночная нечисть убралась восвояси. После завтрака нас с Чармелой отпустили. Моя спутница надела солнцезащитные очки в пол-лица, но даже они не скрывали, до чего изможденный у нее вид: побледневшие щеки ввалились, губы как будто выцвели. Она все равно оставалась красивой, с пикантным налетом романтического страдания, чего нельзя было сказать обо мне - физиономия, как у дорвавшегося игромана, которого вытащили из гейм-кабины только на четвертые-пятые сутки.