Мой псих (СИ) - Савас Евгения

Решив, что мне почудилось, я стала поворачиваться, когда снова заметила что-то неправильное в идеальной картинке. Недолго думая, подошла и пригляделась. Из-под крайней подушки торчало что-то яркое, и явно здесь лишнее.

Осторожно отодвинув край покрывала, я не менее аккуратно приподняла подушку. Под ней лежал шарф. Очень непохожий ни на что из виденного мною сегодня. Дешевый и немного потрепанный. Настолько, что я удивилась его чужеродности.

Голоса стали громче, и я пришла в себя. Поправила шарф, прикрыла подушкой, так чтобы его не было видно, и застелила покрывало, как было. Едва отошла, вернулся управляющий.

— Ты ничего не трогала?

— Нет.

— Хозяин очень не любит, чтобы его вещи трогали.

Как глупо. Почему сразу не догадалась, куда попала? Кто еще из обитателей дома мог здесь жить?

Управляющий повел меня за собой. И он все же проверил, но только одну из комнат, что доверил мне до этого. Он слишком педантичен, чтобы чувствовать себя спокойно, пока не убедится сам, что все сделано, как полагается. Забавный. Удовлетворенный полностью моей старательностью, дал еще несколько подобных заданий.

День прошел быстро. Уже лежа в своей постели, я никак не могла заснуть. Откуда-то приглушенно звучала едва угадываемая мелодия.

Я встала и, не включая света, подошла к шкафу. Нашла на полупустых по-прежнему полках свою шапку. Света, льющегося из окна, было достаточно, чтобы рассмотреть её. Хотя я носила её со времен старшей школы и прекрасно знала, как она выглядит. И на ощупь тоже. Дешевая и немного потрепанная. Мне купила её мама, вместе с шарфом. Которого у меня больше не было. И удивительно похожий на него лежал сейчас под подушкой в комнате человека, которого я даже никогда не видела.

Разве такое возможно? Я знала, куда подевался мой шарф. Я сама намотала его на шею человеку, истекающему кровью, сидящему на снегу.

Он задал такой правильный вопрос, на который у меня до сих пор был только один ответ.

Мой голос в пустой комнате прозвучал неожиданно, повторяя то, что я сказала тогда. Кажется, сама того не желая, я сказала это вслух:

— Никто.

8 глава

Подготовка праздника и уборка после всегда занимают много времени и сил. Это давало мне надежду, что и сегодня для меня дела найдутся. Софи заметила мои взгляды исподтишка, которые я бросала на Шефа в надежде узнать, в каком он настроении и можно ли сегодня появиться на кухне.

— Поможешь мне сегодня? — после моего третьего вздоха она, едва сдерживая улыбку, предложила мне.

Я, разумеется, сразу согласилась. Но немного ошиблась, в чем именно мне предстояло помочь ей. Я подумала, что все, что нужно делать, доставить готовые блюда. Но как только мы оказались у дверей столовой, она кивнула мне на дверь, приглашая войти вместе с ней. Хорошо, если она считает, что я не нарушу никаких негласных правил.

Гости, что оставались здесь на ночь — я забыла о них. Вот почему у Софи прибавилось работы. Столовая состояла из двух помещений, условно разделенных широкой аркой. Стол стоял во второй комнате.

Завтрак был организован в стиле шведского стола. Мне нужно было стоять у буфета, помогать тем, кто подходил. Человек восемь, не считая хозяина. Его мне было не видно с моего места. Я отошла, встав сбоку от буфета, почти спрятавшись за ним, стена и растения возле неё, закрывали его от меня. Когда мы вошли, я не смотрела в сторону стола.

Он едва притронулся к еде. Сидел, несколько расслабленно, откинувшись на спинку стула. Мне была видна только его рука, вытянутая и лежащая на столе. Пальцы словно играя, иногда делали быстрое движение, ударяя подушечками по скатерти. Не слишком явное, почти рефлекторное движение. Мне кажется, он делал так неосознанно, реагируя на тех, кто говорил.

Гостей я могла видеть, но особенно не приглядывалась. Разве это возможно, с утра пораньше выглядеть так, словно снимаешься для рекламы в журнал? И хозяин, в том числе. На нем была светлая рубашка с запонками на манжетах! Брюки и обувь я не могла рассмотреть, но не сомневалась — дорогие.

Я не прислушивалась к тому, о чем говорили за столом. Скорее пыталась уловить общую атмосферу. В целом дружелюбную, кажется, эти люди давно и хорошо знали друг друга.

Немного выбивалась одна девушка. Даже не знаю чем? Слишком безупречна? Когда видишь таких людей, от них словно веет рекламой. Только там люди настолько выверено прекрасны, абсолютно во всем. Я даже не могу представить проблему, которая может вторгнуться в их мир. Пятно на ковре? Нет, это слишком. У них, наверное, не бывает пятен, болей, плохого настроения.

— Лонгвей, ты совсем ничего не съел. Я принесу тебе что-нибудь другое.

Я невольно посмотрела на руку хозяина. Когда прозвучали эти слова, пальцы чуть напряглись, сильнее прижимаясь к столешнице. Однако он не протестовал.

Очень красивая девушка. Волосы просто шикарны — до талии, гладкие и блестящие. Я просто залюбовалась. И потому обратила внимание на то, что она принялась накладывать на тарелку, подойдя к буфету, возле которого я стояла.

Даже удивительно — стопроцентный вариант. Она выбрала абсолютно все, что хозяин точно есть не будет.

Она так сосредоточенно все делала, что даже не сразу заметила меня. Не вздрогнула, но словно удивилась, обнаружив живое приложение к тарелкам. Глаза тут же чуть холоднее стали. Но она нашла для меня применение. Так как в одной руке она держала тарелку, а в другой стакан, кивком указала на то, что ей нужно и ушла.

Могу я сделать вид, что поняла её жест неправильно? Рука сама потянулась к совсем другой тарелке. Я понесла её к столу, вслед за девушкой.

— Я не голоден, Сяоминг.

— Завтрак — самая важная еда, — она слегка наклонилась, наверняка для того, чтобы показать, как красиво её волосы выглядят с такого ракурса и полностью заслонив от меня хозяина.

Не слушая возражений, поставила то, что принесла, отдала мне тарелку, которую забрала и ту, что я принесла, забрала. Даже не заметив, что на ней совсем не то, что она хотела.

Я вернулась на свой пост. Софи подошла и пока шла спиной к завтракающим, улыбнулась мне, показывая, что довольна.

Завтрак уже подходил к концу. Несколько человек ушли.

— Софи, принеси мне…

Что именно хотел попросить хозяин, мы не узнали, один из гостей опрокинул стакан с соком. Началась суматоха. Софи поспешила к нему, указав мне на кофеварку. Наверное, это и хотел хозяин. Я понесла ему кофе.

Как я и думала, тарелка, что принесла девушка, осталась не тронутой. А вот то, что принесла я — он все же поел. Поставив чашку, я вдруг почувствовала, что на меня смотрят. Я что-то не то сделала?

Хозяин все в той же вольготной позе, действительно смотрел на меня. А точнее на мою забинтованную руку, которой я подала чашку.

Я подумала, что ему неприятно и хотела спрятать её за спину. Но я едва успела отпустить чашку, как его до этого спокойно лежащая на столе ладонь метнулась к моей. Он накрыл мою руку полностью и резко, с силой сжал и тут же отпустил. Я губу прикусила, от боли, едва удержав вскрик. И тут же застыла.

Он поднял на меня глаза, и все мысли вылетели у меня из головы. Он сделал это намеренно от и до. Специально хотел причинить мне боль. Смотрел, наслаждаясь и радуясь тому, что сделал.

Я невольно попятилась, пройдя пару шагов. Поспешно отвернулась и, едва сдерживая шаг, ушла на свое место. Хотя очень хотелось убежать, не оглядываясь.

Следующие пять минут, когда гости, наконец, покинули столовую, я стояла как соляной столп. Мало что понимая и слыша. Софи пришлось повысить голос, чтобы привлечь моё внимание.

Все, включая хозяина, уже разошлись. Я стала помогать с уборкой, когда Софи вдруг остановила меня:

— Что с твоей рукой?

Опустив взгляд, заметила, что там, на повязке выступила кровь. Рука ныла, стараясь не беспокоить лишний раз, я делала все с помощью левой. Наверное, поэтому она обратила внимание на мои кособокие движения.