Здесь Русью пахнет - Маргарита Полякова

Впрочем, Марина отдавала себе отчет, что ей вообще повезло. Причем сильно. И не только с Настасьей и Бермятой. Неведомые силы, закинувшие ее в данный мир, были к Марине до безобразия благосклонны. Не оставили в диком лесу на съедение зверям (дескать, как хочешь, так и выкручивайся), а сделали ее баронессой с собственным поместьем. Дочь была рядом и чувствовала себя прекрасно, сама Марина начала постепенно привыкать к новой жизни, а тут ей на голову свалился и еще один подарок — содержимое аптечки не убывало. Марина несколько раз проверяла это невероятное явление, но факт оставался фактом. Содержимое было на месте до последнего шприца. Правда, запас лекарственных средств в аптечке был небогатым (только самое необходимое), но и то было хлеб. Стяжав себе славу лучшей лекарки, Марина перестала бояться, что настроение дьюлы изменится, и ее выставят с территории Ласково. Теперь она знала, что сможет прокормиться собственными навыками. Которые, с течением времени, можно будет усовершенствовать. Марина каждый вечер садилась за пергамент, пытаясь вспомнить все, чему ее учили в университете. И неизвестно что было сложнее — выудить из закромов памяти старые лекции или записать их гусиным пером.

Окончательно гнева дьюлы Марина перестала бояться после появления в ее жизни Фьяны. Хотя «появление», это несколько не то слово, которым можно было охарактеризовать девицу с разными глазами и пестрыми волосами. Фьяна буквально ворвалась к Марине в дом с требованием спасти своего драгоценного василевса. Причем именно с требованием, ни больше ни меньше. Марина даже не могла сказать, с чего вдруг она так сразу согласилась помочь этой нахалке. Но о своем решении она не пожалела ни разу. Напротив. Встреча с Фьяной была судьбоносной. Начать хотя бы с того, что Фьяна оказалась родом из мира, как две капли воды похожего на мир Марины. За одним исключением. Магия. В мире Фьяны она была обыденным, повседневным и вполне привычным явлением. К этому известию Марине оказалось привыкнуть даже сложнее, чем к факту существования параллельных миров. Однако Фьяна, владевшая магией с рождения, ничего особенного в своем даре не видела. Да и вела себя вполне обычно. Переживала за своего василевса так же, как Настасья за Бермяту. И это несмотря на то, что Данжер был бессмертным! Нда… этот факт укладываться в голове у Марины не хотел тоже. Не говоря уж о том, что истинной сущностью василевса оказалась драконья. Впрочем, об этом Марина (на свое счастье) узнала несколько позже. Иначе и за лечение браться бы побоялась. И напрасно бы сделала. Ибо благодарные Данжер с Фьяной о лекарке не забыли, и периодически приглашали ее переехать к ним в Фотию, подальше от стукнутого на завоевании мира Бячислава.

Да… уж пригласили так пригласили. Марина до конца дней не забудет увиденное зрелище. Где-то через день после того, как ей привезли Форса, в небе показались два огромных дракона, которые начали выписывать виражи прямо над ее поместьем. Марина даже не могла бы сказать, чего она испытала больше — облегчение или желание убить, когда драконы обрели вид Данжера и Фьяны. Впрочем, парочка несколько искупила свою вину, рассказав о своих приключениях и пригласив на свадьбу.

— А ты? Еще никого себе здесь не приглядела? — полюбопытствовала Фьяна, как только Данжер, по просьбе Бермяты, отправился инспектировать войско и дать пару дельных советов по обороне.

— Мне пока было не до этого, — попыталась уйти от разговора «по душам» Марина. Хе! Не на ту напала!

— Думаешь, когда я оказалась в данном мире без поддержки университета, я только и мечтала о том, как бы мне найти для себя мужчину? — хихикнула Фьяна. — Ничего подобного! Данжер сам нашелся! Причем в первую же неделю моего пребывания в данном мире.

— Тебе повезло, — сделала Марина еще одну попытку уйти от разговора.

— Повезло, — согласилась Фьяна. — Но ведь тебе тоже может повезти. Если ты позволишь. А ты из своего поместья и носа не высовываешь. У тебя кто-то остался там, в твоем мире? Кто-то такой, кого ты не можешь забыть? Может быть, отец Зинаиды? Я права?

— Отчасти, — усмехнулась Марина, поняв, что так просто она от Фьяны не отделается.

— Ну расскажи… любопытно же… каким он был?

— Экстремалом. Абсолютным и стопроцентным. Во всем, — вздохнула Марина. — Если была гора, на которую надо было подняться, или пещера, куда надо спуститься — Андрей был в первых рядах. По-моему, в поисках самого крутого экстрима он испробовал практически все — от дайвинга до парашютного спорта. Ему обязательно нужно было куда-то лезть, что-то покорять, ставить ненормальные рекорды, рисковать жизнью, пускаться в авантюры. Андрей был не человек, смерч. И можно было предположить, что ничем хорошим это не закончится.

— И не закончилось? — напряженно поинтересовалась Фьяна.

— Разумеется! Он поехал на очередную гору, чтобы покататься на лыжах. Естественно, на самую сложную трассу. Наверняка, там вообще стояли знаки, что кататься запрещено. И сто против одного, что они только подстегнули Андрея покорить спуск. Однако лавина оказалась проворнее. Их не нашли. Никого. Ни одного из шести человек.

— Ужас! — передернула плечами Фьяна. — Как же ты это пережила?

— Никак, — вздохнула Марина. — Я это не пережила. Я просто отключилась от мира. И если бы не Зинаида, неизвестно, что со мной было бы.

— Господи, да где ж ты его нашла на свою голову, авантюриста такого? — посочувствовала Фьяна.

— Да это почти случайно получилось, — вздохнула Марина. — Сначала Андрей был просто знакомым моих знакомых. Мы периодически пересекались с ним в разных компаниях. Он мне нравился. Но знаешь… так… издалека. Высокий, белокурый, голубоглазый… на него просто приятно было посмотреть. И охотниц на Андрея всегда было более чем достаточно. Так что я особо и не рыпалась. Не люблю завоевывать мужиков. Как-то мне это против души. Наверное, именно поэтому мы с Андреем года два были просто приятелями. Ничего незначащий флирт, никуда не ведущие разговоры, легкая увлеченность, никогда не имевшая продолжений… Я говорила тебе, что я верю в Судьбу? Так вот. Это была именно Судьба. Мне тогда было лет двадцать, не больше. Был май месяц. Совершено обычный вечер, абсолютно спокойный город. Ни зимнего холода, ни летнего зноя, ни весеннего первоцвета. Мне было скучно. Я купила пива. И завернув за угол, встретила Андрея. Наверное, ему тоже было скучно, потому что он, во-первых, тоже был с пивом, а во-вторых, мне обрадовался. Мы сидели на расшатанной облупленной скамейке темного парка, болтали, и нам даже не мешал шатающийся рядом бомж, поминутно интересовавшийся выпили ли мы уже наконец пиво, и можно ли забирать бутылки. Ты знаешь, прошло уже столько лет, а я до сих пор помню этот вечер. До деталей. До мелочей. До каждого жеста. Между нами словно вспыхнуло что-то, чему я не могу дать ни объяснения, ни определений. Я поехала к Андрею. Не знаю, просто как-то так получилось. А потом… потом много чего было.