Книга Атруса - Робин Миллер

Он снова повиновался, поборов желание убежать, и позволил дождю колотить его по щекам и шее. Не прошло и минуты, как его лицо занемело, но вдруг, неизвестно почему, Атр начал наслаждаться новым ощущением.

Нагнув голову, он прищурился и взглянул на Анну. Его бабушка прыгала на одной ноге, вертелась, подняв над головой руки, словно приветствуя небо. Атр робко последовал ее примеру и, когда радость охватила его, бешено закружился на месте, а дождь все лил и лил.

Гроза прекратилась так же внезапно, как и началась. Атр огляделся и заметил, как она удаляется, уходит по другую сторону вулкана – плотная завеса падающей воды, оставляющая за собой темную и ровную пустыню.

Оглянувшись, Атр заметил, что вся посуда, что он притащил и расставил, до краев полна воды – множество дрожащих зеркал, отражающих слепящую синеву небес. Он хотел сказать об этом Анне, но тут свистящее шипение из жерла вулкана привлекло его внимание.

Он смотрел, как огромный столб пара поднялся из кратера, словно спящий великан пробуждался к жизни.

– Все в порядке. – Анна подошла и положила руку ему на плечо. – Такое случается, когда вода попадает в глубокие трещины.

Атр прижался к бабушке. Боязнь исчезла – дождь прошел, он пережил его и теперь пребывал в неуемном возбуждении.

– О чем ты задумался? – тихо спросила Анна.

– Откуда берется дождь? – Будто зачарованный, он следил, как плотная темная стена исчезает вдалеке.

– Из великого океана, – объяснила она. – Ему приходится преодолевать сотни миль, чтобы добраться сюда.

Он кивнул, еще охваченный воспоминаниями о том, как мощный, серебристо-черный поток окатил его, поглотил, забарабанил по коже.

Взглянув на бабушку, Атр рассмеялся.

– От тебя идет пар! Она шутливо ущипнула его.

– От тебя тоже, Атр. Пойдем вниз, пока солнце не поджарило нас.

Он начал спускаться по стене расщелины, намереваясь первым делом выпустить из кладовой Искру, но, едва посмотрев вниз, застыл как вкопанный, приоткрыв рот в негромком изумленном восклицании.

Под его ногами расщелина превратилась в великанское сине-черное зеркало, тень крутых стен делила его пополам, и теперь оно напоминало треснувший щит.

Подойдя поближе, Анна нагнулась и рассмеялась, глядя на него.

– Ты не прочь научиться плавать, пустынный жучок?

Анна разбудила Атра еще затемно, слегка встряхнув его за плечо, прежде чем появился первый луч солнца. Высоко в руке она держала лампу, и теплый желтый свет заливал нишу, в которой лежал Атр.

– Пойдем, – позвала она, с улыбкой глядя, как мальчик протирает глаза. – Я хочу показать тебе кое-что.

Атр сел. Что-то произошло, но что – неизвестно… Он вгляделся в лицо бабушки.

– Это и вправду было, бабушка? Или я видел сон?

– Нет, это не сон, – мягко ответила она и, взяв Атра за руку, провела его в свою комнату на узкий балкон.

Луна была уже на ущербе, и, хотя спускалась с зенита, ее свет еще заливал дальний край пруда.

Атр застыл на месте, часто дыша, и, ошеломленный зрелищем, вглядывался в блестящее эбеновое зеркало пруда. Не того пруда, который был знаком ему с младенчества, а большого, полного водоема, заполняющего расщелину от стены до стены. При виде его у Атра вырвался вздох:

– Звезды… Улыбнувшись, Анна склонилась над ним, показывая очертания «небесного охотника» в воде.

– Смотри, Атр, – прошептала она, – вон путеводная звезда.

Он уставился на сияющую голубую звезду, а затем, подняв голову, отыскал ее на небе.

– Это ты и хотела показать мне? – спросил он, поворачиваясь к Анне.

Она покачала головой.

– Нет… Иди за мной. Едва поднявшись над краем расщелины, прежде чем он заметил то, ради чего бабушка разбудила его, Атр помедлил на второй сверху ступеньке лестницы и взглянул вниз.

Под ним, далеко-далеко внизу, расстилалось звездное небо. На мгновение иллюзия стала настолько реальной, что казалось, если Атр сделает еще шаг – ему предстоит вечное падение. Но, вспомнив, что бабушка терпеливо ждет его по другую сторону гребня, Атр поспешил к краю расщелины.

И тут же застыл с открытым ртом – зрелище, которое предстало его глазам, казалось невероятным, напоминающим грезу.

Весь склон вулкана был устлан ковром из Цветов. Даже при лунном свете Атр различал яркую пестроту оттенков – фиолетовых, синих, темно-зеленых, алых и ярко-оранжевых.

Он стоял, ничего не понимая. Увиденное казалось чудом.

– Их называют эфемеридами, – прозвучал в полной тишине голос Анны. – Семена этих цветов – сотни тысяч крошечных семян – могут годами лежать в сухой земле. Но как только пройдет дождь, они расцветают– всего на одну ночь. А потом…

Она вздохнула. Более печального вздоха Атру еще не доводилось слышать. Он недоуменно взглянул на бабушку – только что ее голос был переполнен восторгом.

– Что случилось, бабушка? Она задумчиво улыбнулась и погладила его по голове.

– Ничего, Атр. Просто я вспомнила о твоем дедушке. О том, как рад он был бы видеть эти цветы.

Атр спрыгнул на землю, коснувшись ступнями сочного, прохладного цветочного ковра. Земля под ногами была влажной.

Присев на корточки, он провел ладонями по крошечным соцветиям, ощущая их нежность и хрупкость, а затем сорвал один из цветков и поднес поближе к глазам, чтобы рассмотреть.

У цветка оказалось пять мелких розовых лепестков и пушистая сердцевина. Атр выронил его.

Минуту он стоял на колене, оглядываясь вокруг, а потом его внезапно пронзила новая мысль. Вскочив, он бросился к Анне.

– Семена!

Он осторожно спустился по стене расщелины, то и дело останавливаясь, изучая места, где перед грозой рассыпал драгоценные семена.

Не прошло и нескольких минут, как он со смехом обернулся к Анне.

– Получилось! Семена проросли! Наина, ты только посмотри!

Она подошла поближе, не скрывая улыбки.

– Тогда лучше будет собрать их, Атр, пока не взошло солнце – прежде, чем пустыня отнимет то, что дала.

Работа была закончена, теперь оставалось только наблюдать и радоваться неожиданному празднику. Как только рассветные тени протянулись по пескам, Атр взобрался на склон вулкана с Искрой под мышкой. Казалось, неожиданное изобилие цветов опьянило кошку – она прыгала и каталась по цветам так, словно вновь стала котенком.

Наблюдая за ней, Атр усмехался. Он надел линзы, опустил солнечные фильтры и прибавил увеличение. Пришла пора удовлетворить любопытство – пока солнце не поднялось слишком высоко и жар был еще терпимым, пока, как уверяла Анна, цветы не высохли и не исчезли.

Некоторое время он бродил почти так же бесцельно, как изящная, худая кошка, его постоянная спутница. А затем вдруг обнаружил, что что-то ищет или скорее не ищет, а пытается понять смысл увиденного.