Во Власти Тьмы - Мадина Ризванова

С немалым аппетитом поедая поданную ему запеченную индейку, Сэм изредка поглядывал на молчаливых Владык, при этом, не проявляя к ним особого интереса. Задумчиво нахмурив брови, Галиций лениво тыкал вилкой в еде, не внемля замечаниям слуг, заявляющих, что это блюдо следует есть ложкой. Столь же безучастен был и Лоренс, мыслями витающий где-то за приделами замка. И лишь Арестон терпеливо ожидал их решения, не сводя любопытного взгляда с равнодушного к ним Сэма, в мыслях дивясь сему созданию, беспечному даже в подобных ситуациях. Самого же светлого принца его взгляд нисколько не смущал, ему было, прямо говоря, до потолка.

- Что же касается меня, то, конечно, безусловно, я в деле, - подняв взгляд на Арестона, заявил Лоренс. - Но есть один нюанс. Сам я, оставив империю, в бой отправиться не могу. Несомненно, имеется средь моих воинов один из лучших, но и он недавно попросился в отпуск на месяц и в данный момент находится в отъезде. Конечно, можно вернуть его назад. Никто не исключал сей вариант, но...

Едва не поперхнувшийся Сэм поднял взгляд на отца, наконец, оторвавшись от вкуснейшей трапезы. Почуяв волнения светлого наследника, Арестон промолчал. Внимание его было все так же неотрывно от этого гостя.

- Отец... Можно я? - предельно осторожно полюбопытствовал Сэм, с надеждой глядя на правителя. - Я знаю о магии все, что характерно и о слияниях трех сил ведаю. Я вычитал об этом в книге: "Превосходство Сил". Да, я не знаю, как то делать на практике, но ведь никто этого не знает. О стихиях ведь я знаю все.

Удивленный взгляд Лоренса сменился на близкий к возмущению. Полуулыбка с его губ тут же исчезла. Смекнувший Сэм тут же осекся, и, прикусив язык опустил, взгляд.

- Сэм! - возмутился Лоренс, не сводя с него пристального взгляда. - Эту книгу читать позволено только Владыкам. Как ты до нее добрался?

- Отец, ты только не горячись,- вскинув руки в примирительном жесте, бросил Сэм. - Я ведь все равно вскоре ее прочел бы. Имею на то право - я наследник.

- Нет, Сэм. На это имеет право только сам правитель. Мог бы дождаться своей коронации.

- Ого! - искренне изумился принц. - Сколько мне этого ждать?

- Да, ладно тебе, Лоренс, - опередил очередной всплеск возмущения светлого правителя Арестон. - Пусть идет.

Помявшись, Лоренс призадумался, с сомнением поглядывая на сына. Предложение он обдумывал тщательно, потому в молчании провел пару долгих минут.

- На эту миссию я отправлю и своего сына.

Эти слова заметно смягчили сердце Лоренса, склоняя его все ближе к поражению, пододвигая его к обрыву, где его ожидало отступление.

- Хорошо... - нехотя выдал Лоренс, понимая, на что обрекает собственного сына.

Внимательные взгляды присутствующих плавно перетекли в сторону притихшего Галиция. Даже безучастный к разговору Сэм посмотрел на него с нескрытым любопытством.

- А ты кого задействуешь, Галиций?

Тяжело вздохнув, правитель лесной империи поднял вдруг помрачневший взгляд на собеседников. Его тоска была им непонятна, поскольку в их глазах он продолжал оставаться личностью все так же тайной, скрытой за завесой.

- Из родных мне отправлять некого... - немного помолчав, заявил Галиций. - У меня только дочь, да и та дьявол во плоти. Я могу задействовать только одного из лучших воинов. Они умельцы даже в этой сфере.

- Значит, все основные участники выбраны, - подытожил Арестон, хлопнув ладонью по столу заставив тем самым встрепенуться задумчивых собеседников. - Осталось найти нескольких сопровождающих для охраны.

В широком, тускло освещенном за счет нескольких ламп серокаменном зале, снова затаилась тишина, способствуя Владыкам поразмыслить над предстоящим нелегким делом. Эти хоровые раздумья Сэма ничуть не заинтересовали, потому он вновь вернулся к сытной еде.

Беседа их затянулась до самого вечера, но это время не казалось им потраченным впустую. Все те лица, которым предстояло принять участие в миссии, были выбраны. Почтовых голубей с письмами было решено выпустить ближе к полуночи, и после терпеливо ждать прибытия выбранных воинов.

- В одном я тебе завидую, Рен, - в час свободного общения заявил Арестон после бокала вина позабывший о своем чине. - У тебя прелестный сын. Шустрый, веселый... С ним не соскучишься.

- Уверен, что и твой не промах, - ответно бросил Лоренс, вертя в руке бокал.

- Да... - отчего-то вдруг нахмурился темный правитель. - Знал бы ты моего сына. Кого-либо стервозней него днем с огнем не сыщешь. Он высокомерен и всегда строг, а улыбку его я в последний раз видел в его проходящем детстве.

- Магия? - предположил Галиций.

Утомленно вздохнув, Арестон отрицательно мотнул головой и опустил взгляд. Пригубившись к бокалу, он сделал небольшой глоток, после посмотрел на правителей.

- Проверяли. Нет на нем никакой магии. Это все характер.

Задумчиво хмыкнув, Галиций опустил взгляд на содержимое золотого бокала. Воцарившую тишину вдруг нарушили сорвавшиеся с его уст строки незнакомой песни. Увлеченные в тихий мелодичный всплеск музыки правители тут же подхватили последние строки. И в этот миг глядя на них кто бы мог сказать, что это именно те самые Владыки, так долго враждовавшие между собой.

Будучи более не в состоянии терпеть подобных картин, Сэмиан вышел из-за стола, и мимолетно попрощавшись с правителями, неслышной тенью покинул зал. Но, как и следовало ожидать, его исчезновения никто из них вовсе не заметил. А в зале тем временем продолжался закрытый пир приносящий лишь радость и тепло в их обмякшие со временем сердца.

- Знаете, что я сделаю, когда мы покончим с Тьмой? - вопросил Арестон, уже заметно захмелев.

- Что? - заинтересовался Галиций, отложив бокал.

- Подпишу мирный договор с землями Мельина и Ширелена.

- Логично, - кивнул охмелевший не менее других Лоренс, поднимая бокал. - За мир!

- За мир!!!

Как он и полагал, дворец темного правителя многим отличался от ему привычных. Коридоры в его обители были несколько уже, стены воздвигнуты из серого камня, неровно и грубо. Так же на его пути, в более светлых территориях замка, встречались незнакомые ему скульптуры разных божеств и яркие живописи на холстах, скрывающих за своей завесой ровные стены. Его восхищенный взгляд, не зная за что уцепиться, бешеной рысью перебегал от одного экземпляра или же творения к другому. На тонких губах его уже привычно угнездилась лучезарная улыбка, не изменявшая ему на протяжении всей прогулки.

Шаткое равновесие его хрупкого покоя не нарушало ничего из окружающего его мира. Драгоценное внимание Сэма, посвященное лишь холстам, скульптурам и гербам, украшающим стены, не привлекали даже проходящие мимо слуги. Последние в свою очередь очень часто на него оглядывались. И лишь один проходящий мимо Освальд остановился за спиной светлого принца, глядя на него с не прикрытым интересом. Сам же Сэм его просто не замечал, продолжая изучать мраморную скульптуру Аполлона.